Министр иностранных дел Ирана заявил, что война в Иране изменила подход к безопасности в регионе, убедив арабские государства в том, что безопасность должна быть коллективной и региональной, а не зависеть от иностранных баз, которые стали источником нестабильности.
В обширном интервью пресс-службе президента Арагчи сказал, что война продемонстрировала, что внешние силы и базы не только не обеспечивают безопасность, но и активно подрывают ее. «Страны, на территории которых не было баз, оставались в большей безопасности и меньше пострадали от войны, чем те, где располагались американские базы, которые должны были их защищать. На деле эти базы защищали сионистский режим и не могли защитить своих хозяев», — сказал он.
По его словам, теперь в регионе сложилось более точное понимание того, что безопасность в Персидском заливе должна быть коллективной, учитывать экономические аспекты и не может быть обеспечена в условиях экономического дисбаланса и дисбаланса в сфере безопасности между государствами.
Арагчи заявил, что послевоенная внешняя политика Ирана будет «совершенно иной» по сравнению с довоенным периодом.
Образ слабого Ирана полностью исчез. До войны мы казались слабыми, и это заблуждение подтолкнуло США к нападению. После 40 дней сопротивления этот образ превратился в образ сильного и стойкого Ирана, который может выстоять в самых суровых условиях, подчеркнул он.
По его словам, западные СМИ признали, что публичная дипломатия Ирана во время войны была «чрезвычайно сильной и влиятельной — более влиятельной, чем все западные СМИ». Он выступил в защиту иранских дипломатов за рубежом, заявив, что ни один из них не покинул свой пост, несмотря на давление.
Министр высоко оценил роль президента Масуда Пезешкяна в переговорах, назвав его самым важным фактором в достижении Исламабадского меморандума о взаимопонимании. По его словам, Пезешкян выступал против простого прекращения огня после 12-дневной войны и настаивал на том, чтобы война не повторилась. По его словам, американцы начали с текста из 15 пунктов, который по сути был «документом о капитуляции», а итоговый меморандум из 14 пунктов показал, насколько продвинулся процесс.
По словам Арагчи, Пезешкян был реформатором в методах, но «полностью принципиальным» в сути, глубоко преданным делу укрепления обороноспособности Ирана и благосостояния всего населения.
«Отныне иранцы будут видеть образ мощной, сильной и достойной внешней политики, которая преследует национальные интересы, права народа и гордость Ирана», — сказал Арагчи.
Комментарии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарий