Курдский фактор в вопросах внутренней безопасности Ирана

30 января 2018
A A A


Хотя тема о недавних волнениях в Иране сходит на нет, тем не менее вопрос о том, почему же иранские курды всё-таки не воспользовались удобным моментом для озвучивания каких-то своих национальных требований, требует своего ответа. Тем более что углубляется трагедия курдов в сирийском Африне, который, казалось бы, после 20 июля 2012 г. стал надежным и безопасным оплотом курдов всего региона. Но новая война турок и курдов, которую Анкара предпочитает именовать антитеррористической операцией «Оливковая ветвь», заставляет весь мир задуматься над тем, каким может быть продолжение того упорного сопротивления, которое сейчас оказывается туркам в Северной Сирии. А при этом фактор Ирана и иранских курдов может внезапно стать довлеющим. Тем более что сирийские курды 22 января объявили, что после первых дней упорных боев турки и протурецкие группы террористов «отступили с территории Африна», — заявил РИА Новости представитель Сирийского Курдистана в Москве Роди Осман.

Итак, что повлияло на иранских курдов и вынудило их сохранять относительное спокойствие. В конце концов, и им было понятно, что за частью протестовавших, как сообщали власти и спецслужбы Ирана, стоят США и Израиль. То есть те же самые силы, которые в октябре 2015 г. инициировали включение части сирийских курдов в так называемый «Союз демократических сил» Сирии (SDF), а сейчас хладнокровно дали отмашку Турции на фактическую расправу с курдами SDF. В указанном вопросе будет трудно разобраться, если не обратиться к борьбе Ирана вне его границ с терроризмом в Сирии и Ираке. В особенности — в Ираке, где осенью прошлого года в Курдской автономии (KRG) был организован и проведен так называемый «референдум о независимости». А затем под давлением Тегерана иракские курды пошли на попятную, и сами же «заморозили» итоги своего референдума. Осенью 2017-го никто особо не вступился за курдский референдум и курдов KRG.

Но есть и внутрииранские реалии, которые заставляют курдов Ирана быть умней своих собратьев в Сирии и Ираке. Этническим курдом является, или, по крайней мере, его так называют, аятолла шейх Ахмад Джаннати. Это, без преувеличений, выдающийся религиозный и государственный деятель современного Ирана, один из могучих столпов иранской государственности. Он является председателем Совета Стражей конституции, ответственного за инспекцию соответствия иранского законодательства догмам ислама и за утверждение кандидатов на различных выборах. Аятолла Джаннати входит в Совет с момента его основания в 1980 году и возглавляет его с 1988 года. Кроме председательства в Совете Стражей, Джаннати входит в состав Совета по целесообразности, Совета экспертов и Высший совет национальной безопасности Ирана. Аятолла Джаннати имел и имеет большое влияние на политику Ирана. Он часто рассматривается как духовный наставник и покровитель экс-президента Махмуда Ахмадинеджада и еще многих других личностей, связанных с вооруженными силами и Корпусом стражей Исламской революции (КСИР). Например, бывшего министра обороны (1997—2005 гг.), а ныне — председателя Высшего совета национальной безопасности Ирана Али Шамхани. Если учтем, что Шамхани был и командующим силами КСИР в провинции Хузестан (1981—1982 гг.), 1-м заместителем командующего КСИР (1982—1989 гг.) и, наконец, командующим Сухопутными силами КСИР (1984—1989 гг.), то станет понятным, что аятолла Джаннати — это еще и человек, непосредственно влияющий на сам КСИР, а также крайне близкий к аятолле Хаменеи, поскольку весь КСИР находится в непосредственном подчинении последнего. И уж тогда не вызовет удивления то, что аятоллу Джаннати называют и духовным покровителем экс-командующего КСИР (1981—1997 гг.), а ныне члена Совета по целесообразности Мохсена Сабзевара Миргаэда Резайи, ультра-жесткого консерватора, о котором иногда утверждается, что именно он руководил зарубежными операциями КСИР.

Когда почти сразу же после Исламской революции в Иране в ряде курдонаселенных местностей вспыхнули вооруженные восстания, то именно аятолла Джаннати принимал активнейшее участие в мирных переговорах. Именно после его миротворчества в Сенендедже прекратились противостояния, а затем и в других местностях люди сложили оружие и приняли Исламскую революцию. Аятолла Джаннати также известен особыми заявлениями о курдском факторе в регионе. Например, в 1991—1992 гг. он несколько раз говорил о том, что Иран может оказать поддержку «братьям-курдам» в Турции.

Естественно, что в те годы подобная риторика была вызвана тем, что США через турецкую спецслужбу MIT активно готовили Турцию к войне с Ираном. После разоблачения этого «спецпроекта» иранскими контрразведчиками в 1992 г. сразу два экс-сотрудника турецкой MIT признались в этом, и удивительно или нет, через несколько месяцев в апреле 1993 г. внезапно скончался президент Турции Тургут Озал — кстати, публично признававшийся, что он — курд по национальности. И инфаркт настиг Озала практически сразу же после его визита в Азербайджан, кстати.

Хотя это напрямую не относится к нашей теме, но в 1996 г. лидер Курдской рабочей партии (PKK) Абдулла Оджалан говорил, что Озала отравили турецкие спецслужбы. Произошло это по причине того, что в апреле 1993 г. Озал договорился с курдами об урегулировании вооруженного конфликта и собирался публично объявить об этом именно 17 апреля, т. е. в день, когда он умер. Вдова президента потребовала пересмотра дела, однако ее обращение осталось без последствий. 2 октября 2012 года в Стамбуле приступили к эксгумации останков Озала с целью поиска в них яда. Уже 2 ноября было объявлено, что в ходе лабораторных исследований останков тканей Тургута Озала турецкие медики обнаружили следы редкого ядовитого вещества — стрихнина-кератина, и пришли к выводу, что Озал был им отравлен. Информация о стрихнине не была подтверждена официально. В декабре 2012 г. стало известно, что в останках политика было обнаружено сразу 4 вида вредных веществ — америций, полоний, кадмий и инсектицид ДДТ.

Теперь несколько слов о второй по значимости личности Ирана, о котором также утверждается, что он — этнический курд. Это главком спецназа «Кодс» КСИР Ирана генерал-майор Кассем Солеймани. О нем и его роли в победе над террористами из группировки «Исламское государство» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в Ираке и Сирии писалось во всем мире. Поэтому повторять, что ранее писалось, не станем. Но напомним о том, что именно он «виноват» в том, что президент Курдской автономии в Ираке Масуд Барзани после провала «референдума о независимости» подал в отставку.

Из слов представителя регионального правительства KRG в Тегеране Назима Даббага, распространенных 22 октября 2017 г., становится понятно, что вместе с иракской армией и шиитскими ополченцами в конце сентября-начале октября в Северный Ирак вошли также части спецназа «Кодс», и именно под руководством самого Солеймани. По словам Даббага, курдские лидеры готовы решать проблемы, возникшие после референдума о независимости, путем переговоров, приветствуя усилия Солеймани в этом направлении: «Господин Солеймани — это тот, кто честно относился к иракским курдам, и он опубликовал предупреждения о проведении референдума в Иракском Курдистане до его проведения, — сказал Даббаг. — Иран стремится решить проблемы между Курдистанским регионом и центральным правительством в Ираке на основе иракской конституции, и мы оцениваем меры Ирана в этом отношении, как позитивные».

Под стать этому заявлению были и слова высокопоставленного курдского иракского законодателя Масуда Хайдера, похвалившего Солеймани за его посредническую роль, «которая привела к урегулированию проблем после референдума о независимости в Иракском Курдистане». «Недавно, проведя референдум, было подписано соглашение из 9 статей между командующим Иракскими народными силами (то есть ополчения «Аль-Хашд аш-Шааби» — прим.) Хади аль-Амери и командующим Патриотического союза Курдистана (YNK) Бафелем Ат-Талабани (сыном Джалала Ат-Талабани — прим.) под руководством премьер-министра Ирака Хайдера аль-Абади и при посредничестве командира сил «Кодс» Кассема Солеймани, на основании которого результаты референдума были отменены до неуказанного времени», — сообщил Масуд Хайдер.

Итак, сами иракские курды, правда, соперники Барзани и его Демократической партии Курдистана (KDP), озвучили причину, по которой не наступили политические последствия референдума от 25 сентября. При посредничестве иранского спецназа «Кодс» и лично Солеймани, оппоненты Барзани не то убедили его, не то доказали клану Барзани, что произошла «ошибка». Другие курдские законодатели, как сообщало агентство Reuters, также заявляли, что генерал-майор Солеймани встретился с лидерами из YNK, одной из двух основных курдских политических партий в Ираке и союзниками Тегерана, в городе Сулеймания, перед тем как иракский премьер-министр аль-Абади приказал своим войскам продвигаться к Киркуку. Reuters сообщил, что Солеймани сказал курдским лидерам, что силы пешмерги не смогут победить войска аль-Абади, которых поддерживают Запад и региональные державы, в том числе Иран и Турция. «Визит Солеймани … должен был дать последний шанс, чтобы лица, принимающие решения, не совершили фатальную ошибку», — пишет Reuters со ссылкой на одного из депутатов от партии YNK. Ала Ат-Талабани, ведущий чиновник YNK, рассказал на арабоязычном телеканале «Аль-Хадат»: «Солеймани посоветовал нам … что Киркук должен вернуться к закону и конституции, так что давайте придем к пониманию». И как итог, о чем сообщали почти все даже курдские СМИ — оказывается, Барзани перед отставкой отправил извинительное письмо, в сущности, аятолле Али Хаменеи, поскольку адресовано оно было генерал-майору Солеймани. Но верховный главком в Иране — именно Верховный лидер Исламской революции, кому и подчиняется Солеймани.

Что касается старшего военного советника аятоллы Али Хаменеи, Сейеда Яхия Рахима Сефеви, то не только его, но и весь род Сефеви многие называют этническими курдами. Это одно из ближайших доверенных лиц Верховного лидера, напрямую подчиняется только аятолле Али Хаменеи. Согласно резолюции 1737, принятой Советом безопасности ООН в 2006 году, генерал-майор Сефеви подпадает под санкции как «лицо, принимающее участие, как в ядерной программе, так и в программе по баллистическим ракетам». Это именно генерал-майор Сефеви начиная с 2010 г. неоднократно отмечался жесткой критикой в адрес Турции и Азербайджана, в особенности после убийств иранских пограничников (2014-й, 2017-й) и, что даже в некотором роде удивительно, после апрельских событий 2016 г. на линии соприкосновения противоборствующих армий в Нагорном Карабахе. И это именно генерал-майор Сефеви осенью 2017-го заявил по курдскому референдуму в Ираке, что «референдум в Иракском Курдистане является, с одной стороны, следствием ненасытной алчности и амбиций главы автономии Масуда Барзани, а с другой — поддержки иностранцами всех попыток сионистов, американцев и ряда арабских государств обострить трения в регионе Иракского Курдистана».

Можно быть уверенными, что курдам Ирана намного лучше, чем кому-либо, известно о таких личностях в правящей элите страны. Естественно, что курды Ирана (конечно, те, кого в реальности можно считать курдами — т. е. говорящих на диалекте курманджи) не могут не считаться с тем, что их представители и есть первая линия доверенной когорты аятоллы Али Хаменеи. Так зачем же лишаться подобного положения, если пусть и не вся власть, но ее значительные рычаги и так в руках курдов? Тем не менее, в Иране далеко не всё отдано во власть пресловутой «прозрачности информации», и поэтому вряд ли кто будет доподлинно знать, сколько еще влиятельных курдов занимает места в руководстве страны.

Что касается Шамхани — духовного ученика аятоллы Джаннати. Дело в том, что уже после подавления волнений по-новому понимаешь, почему где-то за 10 дней до начала протестных выступлений, секретарь ВСНБ Ирана посещал именно остан Курдистан и проводил там встречи с местной общественностью, военными и так далее. Хотим напомнить кое-что из того, что заявлял в Курдистане 18 декабря контр-адмирал Шамхани. «Если обеспечение безопасности ограничено границами, наша страна больше не будет тем, кто принимает решения. Если бы мы не поддержали Сирию и Ирак в борьбе с терроризмом, ДАИШ («Исламское государство» — организация, деятельность которой запрещена в РФ) и другие террористические группировки стали бы теми, кто принимает решения за них. Поддержка, оказанная Ираном Ираку и Сирии, была направлена на поддержание внутренней безопасности Ирана», — сказал секретарь ВСНБ.

Через неделю после этих слов в Иране начинается то, что в США и Израиле преждевременно сочли «революцией». Другой вопрос — а что заставило одного из столпов сегодняшней власти Ирана говорить о том, что активность Ирана в Сирии и Ираке была вызвана заботой и о «поддержании внутренней безопасности Ирана». Тут можно дать свободу фантазии и выдвигать различные версии. Однако одна из причин очевидна — именно в Курдистане напомнить курдам о том, чем закончилось «непослушание» части иракских курдов и лично Масуда Барзани, помимо остальных целей разъяснительного процесса, и превентивно снизить возможный накал политических страстей.

Остальное же — вторично. Мы видим, что курды Ирана прекрасно осведомлены о роли аятоллы Джаннати и генерал-майора Солеймани, генерал-майора Сефеви и контр-адмирала Шамхани, об их значении для курдов не только Ирана, но и всего региона. И уместно предположить, что антиправительственно настроенные курды Ирана загодя продумали и просчитали, что их «молчание» будет лучшей формой поведения. Ведь к ним всегда будут готовы выехать авторитетнейшие деятели Ирана — «этнические курды», чье влияние в самом Иране и за его пределами, в том числе и на курдов всего региона, абсолютно непререкаемо.

Помнится, 7 ноября 2016 г. СМИ Иракского Курдистана взахлеб писали о победоносном наступлении «пешмерга автономного Иракского Курдистана», которые «выбили боевиков «Исламского государства» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) из стратегически важного города Башика неподалеку от Мосула». Однако в сообщениях уже от 8—9 ноября того же года сообщалось, что это, оказывается, пешмерга Курдской рабочей партии (PKK) Турции освобождала Башику, да еще — под черными знаменами шиитского ополчения Ирака «Аль-Хашд аш-Шааби». Об этом сообщали не только иранские СМИ, но и некоторые западные наблюдатели, находившиеся в то время в этой части Северного Ирака. И ведь что было непонятным — много лет оккупированная Башика была, скорее, базой вооруженных сил Турции, местом дислокации штаба и инфраструктур турецкого экспедиционного корпуса в северном Ираке, чем территорией влияния ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Но о бегстве из Башики турецких военных в тот год мало кто сообщал. Более того, иранские СМИ сообщали, что, несмотря на возражения Турции и США, отряды PKK участвовали и в боях за Мосул. И в Иране, например, как-то с особым ударением выделяли тогда — «которая враждебна к Турции». Анкару больше всего испугало то, что курды из PKK руководились командирами шиитской милиции «Аль-Хашд аш-Шааби». Зато исследователи и эксперты получили ценную информацию о том, что, не исключено, посредством ополчения «Аль-Хашд аш-Шааби» Иран установил контакты и с оджалановской PKK, а то и контроль хотя бы над частью турецких курдов.

Выразим уверенность, что курды Ирана, в отличие от окружающего мира, знают и об этом. Тем более что их заранее предупредили — все мероприятия Ирана в регионе, в том числе и по курдскому вопросу, непосредственно связаны с обеспечением внутренней безопасности ИРИ. А в этой сфере — не до цен на яйца, даже для иранских курдов.

 Сергей Шакарянц

Источник:

 https://regnum.ru/news/polit/2373382.html

 

 

 

 

 

 

Источник: Iran.ru

Ещё новости

Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарий

Подписка

Подписывайтесь на наш Телеграм-канал для оперативного получения новостей.