Будет ли война в Иране?

28 июня 2007
Если до начала весны 2007 г. противостояние Ирана и Запада напоминало расстановку фигур на шахматной доске, то пленение британских морпехов стало первым ходом в начавшейся партии. Ходом очень сильным и неожиданным. Перефразируя классиков, гроссмейстер пошел не е2 – е4, а сразу же сделал ход конем.

Персидский гамбит

До сих пор неизвестно, где именно были захвачены британцы – то ли в территориальных водах Ирана, то ли в трех с половиной километрах от иранской границы. Достоверно можно судить лишь о том, как происходил захват – а проведен он был технически очень грамотно. Иранские патрульные катера преодолели расстояние от берега до двух легких судов, на которых находились 15 военнослужащих ВМФ Великобритании, всего за три минуты (это обстоятельство косвенно свидетельствует о том, что морпехи все-таки забрались в иранские территориальные воды). Фрегат Cornwall, на котором базировались морпехи, не смог подойти на помощь из-за обилия отмелей в этом районе. Скорее всего, все эти обстоятельства были учтены иранскими стратегами, планировавшими операцию.

Британские морпехи повели себя совсем не так, как поступают бесстрашные англосаксонские супермены в голливудских фильмах. "Многих из нас не было бы в живых, – рассказал позже капитан морпехов Крис Эйр, объясняя, почему они не оказали сопротивления. – На нас направили тяжелые пулеметы, гранатометы и другое оружие, и шансов у нас не было почти никаких".

Сдавшись без боя, англичане обрекли себя на дальнейшие унижения. Их перевезли на берег, переодели в пижамы, а затем, с завязанными глазами и связаными руками, доставили в распоряжение военной контрразведки. Следователи сразу же объяснили пленникам, что от них требуется – признать, что они нарушили государственную границу Ирана. За сотрудничество со следствием британцев обещали быстро отправить домой. В противном случае им грозил семилетний срок в иранской тюрьме.

Нет ничего удивительного в том, что британские военнослужащие в итоге согласились на условия иранцев и признались во всем, что им инкриминировали. "Я была принесена в жертву интервенционистской политике правительств Буша и Блэра", – писала в обнародованном Ираном письме единственная среди пленников женщина-морпех Фей Терни. – "Пришло время потребовать от нашего правительства изменить политику угнетения по отношению к другим народам".

Две недели Иран откровенно наслаждался ситуацией, играя с Западом, как кот с мышью. Иранцы то обещали отпустить женщину-морпеха Терни без каких-либо предварительных условий, то заявляли, что она не будет освобождена в связи с "неправильным поведением" британских властей. Запад в этой ситуации оказался бессилен – демарши с вызовом иранских дипломатов в МИДы стран-союзников Великобритании и угрозы замораживания деловых отношений с режимом Тегерана выглядели довольно бледно. В конце концов, когда напряжение вокруг пленников достигло высшей точки, президент Махмуд Ахмадинеджад сделал красивый жест и приказал освободить морпехов, назвав их освобождение "подарком британскому народу от иранцев".

Разумеется, вернувшись на родину, морпехи тут же выступили с сенсационными "разоблачениями" страшного иранского режима. Теперь они уверяли, что их признания и обвинения в адрес правительств Буша и Блэра были практически выбиты силой – ну, если и не выбиты, то по крайней мере, вытянуты усилиями специалистов по НЛП и изощренным психологическим пыткам. На помощь "героям" поспешили крупнейшие медиа-корпорации Запада, однако дело было сделано – в глазах мирового сообщества Иран заработал довольно внушительную сумму очков, а президент Махмуд Ахмадинеджад, которого до этого представляли махровым злодеем, мечтающим "стереть Израиль с лица Земли", приобрел репутацию великодушного и расчетливого политика.

Главный итог операции, разработанной и блестяще проведенной иранскими спецслужбами, заключался в моральной победе Ирана над Западом, одержанной без единого выстрела. Безропотно сдающиеся в плен британские морпехи, их письма с осуждением правительства Великобритании и администрации США, о которых, благодаря стараниям иранской пропагандистской машины, узнал весь мир, и даже их "разоблачительные" пресс-конференции по возвращении домой – все это складывалось в единую – и крайне неприятную для Запада – картину. Более того – хотя освобождение британцев было обставлено как "жест доброй воли", оно имело некоторые последствия, наводящие на мысль о негласных договоренностях между иранским руководством и лидерами Запада – причем не только Великобритании, но и США. Во-первых, вскоре после возвращения моряков на родину командующий ВМС Соединенного Королевства Джонатан Бэнд заявил о том, что Великобритания приостанавливает операции по патрулированию вод Персидского залива. Подобные операции предполагают высадку личного состава на борт иностранных судов, что после инцидента с морпехами с фрегата Cornwall было признано небезопасным (!).

Во-вторых, 16 апреля – спустя двенадцать дней после того, как кризис с британскими моряками был благополучно разрешен – новостные агентства сообщили о том, что США освободили пятерых иранских дипломатов, захваченных 11 января в иракском Курдистане. Новость эта не попала на первые страницы газет, по-видимому, не случайно: ведь еще в начале апреля президент США Джордж Буш твердо заявлял, что граждане Великобритании, которых он назвал "невинными заложниками", ни при каких условиях не будут обменяны на пятерых иранских дипломатов.

Ранним утром 11 января 2007 г. американские вертолеты совершили налет на иранское представительство в городе Арбель (иракский Курдистан). Спецназ США захватил пятерых сотрудников представительства – что интересно, не самого высокого ранга. Их обвинили в шпионаже и, несмотря на протесты Ирана, держали в заключении три месяца. В марте в СМИ Великобритании появилась информация о том, что настоящей целью американского налета был захват двух высших руководителей иранских служб безопасности – заместителя главы Иранского совета национальной безопасности Мухаммеда Джафари и главы разведки Корпуса стражей исламской революции генерала Миноджахара Фрузанда. Попытка эта провалилась, несмотря на то, что оба иранских генерала находились в это время в Арбеле, проводя переговоры с высокопоставленными иракскими военными. Журналист британской Independent Патрик Кокберн писал по этому поводу: "Попытка США захватить двух представителей иранских служб безопасности, которые открыто встречались с иракскими лидерами, – это как если бы Иран попытался похитить глав ЦРУ или МI-6 во время официального визита в соседнюю с Ираном страну, например, в Пакистан или Афганистан". Со стороны США и их британских союзников было бы крайне наивно полагать, что подобная дерзкая акция останется без ответа. На первый взгляд может показаться, что иранцы просто отыграли потерянную фигуру – но нет. Гамбит в Персидском заливе принес им куда большие дивиденды – хотя бы потому, что в глобальном медиа-пространстве новости о захвате военнослужащих Запада котируются гораздо выше, чем информация о задержании иранских дипломатов среднего звена.

К середине апреля 2007 года Иран в своем поединке с Западом уверенно вел по очкам. Но сама по себе демонстрация мускулов с обеих сторон не являлась целью этой игры. На кону стоял Большой Приз – ядерная программа Тегерана, в случае реализации которой Иран получал бы гарантированную защиту от агрессии извне. И вот здесь Западу удалось нанести Ирану чувствительный удар – правда, чужими руками.

Бушерский конь

Бушерскую АЭС начала строить в 1974 г. немецкая фирма KWU, позже вошедшая в состав концерна Siemens. Тогда же был разработан амбициозный план строительства 24 блоков атомных станций, которые должны были полностью обеспечить страну электроэнергией (нефть и газ, которыми так богат Иран, в этом случае почти целиком шли бы на экспорт). Интересно, что США в этот период активно поддерживали энергетические амбиции Тегерана. Все изменилось после победы исламской революции 1979 г., свергшей прозападный режим шаха Пехлеви. Пришедший к власти Аятолла Хомейни немедленно заморозил строительство почти полностью готовой АЭС в Бушере, поскольку считал ядерное оружие аморальным и противным воле Аллаха. К этому моменту первый блок АЭС был готов на 85 %, второй – на 65 %. Контракт с немцами был прекращен иранской стороной, объект был законсервирован.

Ситуация изменилась к началу 90-х годов. Иран пережил кровопролитную войну с Ираком, во время которой армия Саддама Хусейна активно использовала химическое оружие массового поражения. Появились ядерные арсеналы и у близких соседей Ирана – Индии и Пакистана. К тому же в самом Иране к этому моменту были обнаружены достаточно богатые месторождения урана. Однако в стране отчаянно не хватало квалифицированных специалистов. Иранские студенты в массовом порядке поехали осваивать ядерную физику в ВУЗы России и Китая.

Взяв курс на создание собственной ядерной программы, Тегеран решил завершить строительство Бушерской АЭС. Бывшие германские подрядчики под давлением своего правительства, на которое, в свою очередь, давили США, отказались продолжить работы. Неудачно закончились переговоры Ирана с Китаем и Бразилией. Неожиданно новым партнером Ирана в осуществлении этого проекта стала либеральная и на тот момент проамериканская Россия. Зимой 1995 г., несмотря на мощное давление со стороны США, пытавшихся не допустить участия России в развитии атомной энергетики Ирана, Москва и Тегеран подписали контракт на завершение строительства первого энергоблока Бушерской АЭС. Кажется почти невероятным, что вполне сервильный по отношению к Западу ельцинский режим решился на подобную дерзость, и тем не менее, это факт – во второй половине 90-х Россия добилась реального прорыва в сотрудничестве с Ираном в сфере ядерной энергетики. В частности, была достигнута договоренность о том, что Россия будет строить Бушерскую АЭС "под ключ", а иранские организации будут участвовать по тендеру в тех видах работ, которые они могут выполнить.

За кулисами интенсивно развивающегося российско-иранского сотрудничества стояли два человека – министр атомной энергетики России Евгений Адамов и вице-президент Ирана Голям Реза Ага Заде. Без особого преувеличения можно сказать, что последовательная позиция России в отношении Бушерской АЭС была, в основном, личной позицией Адамова. Давление США на Россию в этот период было совершенно неприкрытым: американцы, в частности, постоянно называли отказ от сооружения Бушерской АЭС ключевым условием для участия или спонсирования каких-либо выгодных России проектов в сфере ядерной энергетики. Так, был похоронен проект совместного строительства на Урале опытного блока атомной станции, работающей на уране-238. Тогда первый заместитель министра энергетики США заявил своим российским коллегам: "Госдеп поставил условие: мы будем с вами сотрудничать в этой программе, если вы откажетесь от сооружения Бушера". Адамов, однако, на уступки не пошел, чем навлек на себя гнев американцев: в мае 2005 он был задержан в Берне по запросу министерства юстиции США. Власти США обвиняли Адамова в присвоении 9 миллионов долларов, которые были выделены России министерством энергетики США для развития программ по улучшению систем ядерной безопасности (в том числе, и той, которую "зарубили", увязав ее со строительством Бушера). Адамов провел за решеткой восемь месяцев, причем американская юстиция активно добивалась его экстрадиции в США. Однако швейцарский суд посчитал аналогичное требование России приоритетным, так что месть американцев человеку, осмелившемуся бросить им вызов, оказалась не полной. Впрочем, к этому моменту Адамов уже не был главой Минатома, и не обладал достаточным влиянием на процесс строительства АЭС в Бушере.

Преодолевая постоянное давление со стороны США, Россия худо-бедно продолжала строить Бушерскую АЭС. Сроки сдачи объекта переносились не один раз – сначала предполагалось запустить реактор в 2002 г., потом – в 2003. Наконец, в конце 2006 г. состоялись переговоры между Ага-Заде и главой "Атомстройэкспорта" Сергеем Шматко, на которых была достигнута принципиальная договоренность о том, что все работы по строительству АЭС будут вестись в строгом соответствии с установленным графиком и завершатся к сентябрю 2007 г. Первую порцию топлива Россия, согласно этому графику, должна была поставить Ирану в мае 2007 г.

Этого, однако, не произошло. Вместо обещанного топлива Россия неожиданно обрушила на Иран целый шквал претензий, главной из которых было обвинение в неплатежах. Интересно, что незадолго до этого "наезда" на Иран Сергей Шматко заявлял, что суммы, перечисляемые Ираном "Атомстройэкспорту" "приблизительно втрое превышают объем финансирования" за предыдущие месяцы и вполне устраивают российскую сторону. Да и вообще обвинение в невыплате 22 миллионов выглядело довольно абсурдно: Иран к этому моменту уже вложил в строительство Бушера почти миллиард долларов, и вряд ли решился бы поставить на грань краха столь дорогостоящее предприятие из-за 22 миллионов долларов, которые требовала с него Россия.

Евгений Адамов, чей авторитет в данном вопросе вряд ли подлежит сомнению, прокомментировал эту ситуацию так: "Всегда есть какие-то этапы, которые не так просто согласуются. Иранцы всегда были очень надежными плательщиками, к тому же из всех вот тогда начавшихся проектов это был единственный проект, по которому платили. Ведь индийский и китайский контракт должны были в соответствии еще с советским соглашением строиться в счет кредита российского, а здесь шли прямые средства. Иранцы платили очень хорошо. Так что в этом смысле я не вижу здесь проблемы".

Нельзя сказать, что проблема с неплатежами была целиком высосана из пальца. В начале 2007 г. иранский Центробанк проинформировал российскую сторону о переводе платежей в евро, что стало причиной изменения валютного паспорта сделки. Не так уж важно, кто именно не успел вовремя подготовить всю необходимую документацию: важно то, что вопросы такого уровня могли быть решены без лишнего шума в рамках российско-иранского финансового комитета, созданного в конце 2006 г. при участии того же Сергея Шматко. Но Россия предпочла раздуть скандал, вынеся на всеобщее обозрение рядовую техническую проблему. И вряд ли случайно этот демарш состоялся в марте – месяце, когда Тегеран ожидал первых поставок ядерного топлива из России.

Старт Бушера означал бы прорыв в иранской ядерной программе, поскольку иные известные иранские реакторы вроде бы конструктивно неспособны производить оружейные радиоактивные материалы. "Вроде бы" – потому, что в целом иранская ядерная программа представляет собой классическую черчиллевскую "загадку, покрытую тайной". Заявления иранских официальных лиц о том, что Тегеран переходит к промышленному производству обогащенного урана, невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть. Впрочем, характерно, что заявление Голяма Резы Ага-Заде о том, что Иран готов производить обогащенный уран в промышленных масштабах, прозвучало спустя пять дней после освобождения британских моряков.

Как бы то ни было, Бушер – ключевой объект для иранской ядерной программы, хотя бы потому, что в рамках договора 1995 г. Россия обязалась подготовить персонал новой АЭС. Понятно, что специалистов российского уровня в Иране сейчас нет и в ближайшее время не будет. Именно поэтому откровенно враждебный выпад "Атомстройэкспорта" в марте 2007 г. был воспринят Тегераном, как предательство. Особенно болезненным этот удар стал в ситуации, когда Россия воспринималась Ираном как единственный по-настоящему влиятельный союзник (Венесуэла и Белоруссия, также имеющие хорошие отношения с иранским режимом, в данном случае не в счет).

Что же заставило Россию поставить под угрозу хорошие отношения с Ираном – страной, от которой, помимо всего прочего, зависят наши позиции в стратегически важном регионе – на Каспии? Как ни печально, но речь, по-видимому, идет об активности проамериканских сил в российских элитах, выполняющих команды пресловутого "вашингтонского обкома". В частности, обращает на себя внимание тот факт, что счета "Росатома" (в структуру которого входит "Атомстройэкспорт", обслуживает финансовая империя "Альфа-групп", принадлежащая Михаилу Фридману. По информации агентства "Новый регион", "Альфа-групп" "обладает несколькими особенностями: во-первых, бизнес этой группы ведется через обширную и абсолютно непрозрачную для стороннего наблюдателя сеть оффшоров, а во-вторых, в непосредственное руководство этой группы входят граждане США, весьма близкие к разведсообществу этой страны. К этому следует добавить прямые и близкие контакты руководителей "Альфа-групп" с вице–президентом США Диком Чейни и менеджментом компании "Halliburton".

Кроме того, некоторые СМИ упоминали о тесных связях Михаила Фридмана и второго человека в "Альфа-групп" Петра Авена с представителями крупного еврейского капитала Восточного побережья США.

В "желтых" изданиях встречалась информация о том, что нынешнего "серого кардинала" Кремля Владислава Суркова перед назначением в Администрацию президента возили "на смотрины" в США.

За недостатком информации мы не можем ни подтвердить ни опровергнуть эти факты, но в любом случае очевидно, что у противников сотрудничества России с Ираном было достаточно возможностей, чтобы приостановить строительство в Бушере в тот момент, когда до пуска заветного первого блока было, казалось бы, уже рукой подать. "Бушерский конь", неожиданно задействованный Россией, на какое-то время вернул тактическое преимущество в игре Западу. Тем не менее, Ирану удалось вновь договориться с Россией – в конце апреля "Атомстройэкспорт" заявил о возобновлении работ в Бушере. Инцидент с "неплатежами" обошелся Ирану в еще один месяц отставания от первоначального плана – теперь реактор будет запущен лишь в октябре.

А 22 июня министр внутренних дел Ирана Мустафа Пурмохаммади заявил о том, что Тегеран уже располагает 100 килограммами обогащенного урана. Этого количества должно хватить для оснащения ядерными боеголовками двух баллистических ракет типа "Шахаб".

Источник:"novopol"
Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter


    Комментарии

Прокомментируйте новость или высказывание

Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03614 sec