Предложения «шестерки» не отвечают национальным интересам Ирана

31 августа 2006
Н.ЯРЕМЕНКО – Близится 31 августа, именно 31 числа истекает срок, который совет безопасности ООН отвел для того, чтобы Тегеран прекратил все работы по обогащению урана, в противном случае против него могут быть введены международные политические и экономические санкции. Насколько это серьезно, что за этим может последовать? Об этом мы говорим с нашим гостем - генеральным директором Центра по изучению современного Ирана Раджабом Сафаровым.

Р.САФАРОВ – Вероятность того, что для Ирана 31 числа начнется некий час «Х», на самом деле достаточно мала, поскольку последняя реакция России и Китая на введение санкций против Ирана говорит о том, что шансы наказать Тегеран за непринятие предложения стран «шестерки» сведены к минимуму.

Действительно, нет правовых базисных норм, на основе которых мировое сообществе в лице Совета безопасности может принять адекватное решение и наказать Иран. Иран это понимает. И поэтому, может быть, ситуация выглядит так, будто Иран ведет себя строптиво, не идет навстречу мировому сообществу и продолжает свою линию по освоению полного ядерного цикла.

Поэтому я не думаю, что после 31 августа, 1 сентября или 5 сентября мир будет на грани нового какого-то глобального конфликта. Я думаю, что консультации как раз будут очень активными, но шансов у американцев для того, чтобы наказать Иран очень и очень мало.

Н.ЯРЕМЕНКО – А мне вот не очень понятно, как могут сочетаться две такие вещи: с одной стороны мы говорим, что, возможно, будут продолжаться компромиссы, переговоры, консультации, а с другой стороны, мы слышим обещания продолжить обогащение урана. Есть ультимативные заявления США и Совбеза ООН, которые под давлением США, собственно, и приняты. Это ни для кого не секрет.

Р.САФАРОВ– Давайте разберемся в сути переговорного процесса и в предложении, которое было сделано от имени «шестерки» - так называемое «пакетное предложение». Иран долгое время думал и работал над ответом, полученным от «шестерки», над предложениями, которые были получены от «шестерки», и нашел в этих предложениях огромное количество противоречий. В одних пунктах признается право Ирана на развитие ядерной энергетики, чуть ниже в других пунктах и статьях говорится о том, что Иран должен приостановить развитие своей ядерной программы.

На самом деле, это нонсенс. Тем более, что Иран понимает, что 4-я статья Договора о нераспространении ядерного оружия обязывает те страны, которые обладают ядерными технологиями, помочь и содействовать другим членам Совета безопасности или членам ООН, которые хотят обладать и развивать свою ядерную энергетику мирного характера. Страны не то что не помогают, не то что не содействуют Ирану, а наоборот - блокируют решение Ирана обладать ядерной энергией.

Поэтому у Ирана совершенно четкая позиция. Все, что делает Иран на данном этапе абсолютно соответствует нормам международного права.

На протяжении последних трех лет инспектора МАГАТЭ посетили и инспектировали Иран более 4 тысяч раз. И даже в процессе открытия завода по производству тяжелой воды два инспектора МАТАТЭ присутствовали. Более того, президент Ирана заявил, что в ближайшее время будет официально направлено приглашение в МАГАТЭ, чтобы специалисты: более объемная команда, более серьезная команда, - посетила этот объект и убедилась в его назначении.

Так что у ядерной программы Ирана достаточно прозрачная основа, направления ясны, тенденции понятны, но американцам это не нравится, они хотят, чтобы эта страна не развивала ядерную энергетику.

Н.ЯРЕМЕНКО – Помимо этой ключевой даты, была другая дата – 22 августа, которую многие помпезно назвали Днем великого отказа Ирана. Речь идет о том, что Иран дал официальный ответ на пакет международных предложений по урегулированию кризиса вокруг его ядерной программы. И предложил вновь вступить в переговоры, выдвинул новую формулу преодоления кризиса, но, правда, не до конца известно, что в этой формуле содержится, что содержится в иранском предложении. Есть об этом какая-то информация? По лентам информагентств не было никаких подробностей.

Р.САФАРОВ – Этот ответ из 21 страницы был достаточно серьезным документом, и иранцы поставили вопрос о том, чтобы до официального ответа «шестерки» этот документ был засекречен, чтобы предварительно не делалось каких-то оценок, заявлений. Иран требует, чтобы решение Совета Безопасности или стран «шестерки» по ответу Ирана было принято на каком-то совместном заседании, в рамках, может быть, Совета Безопасности.

Положения документа секретные, но из той информации, которая просочилась к нам, и из общения с влиятельными фигурами сегодняшнего иранского политического истеблишмента нам удалось узнать, что в этом документе сначала ревизируется вся история взаимоотношений Ирана с МАГАТЭ, приводятся предложения, которые Евросоюз, МАГАТЭ, страны «шестерки» предлагали Ирану взамен на приостановку развития ядерной программы Ирана. Потом приводится предложение России по созданию совместного предприятия на российской территории.

И там говорится о том, что если Россия не связывала бы свое предложение по созданию СП с обязательным условием, чтобы Иран полностью прекратил развитие своей программы на своей территории, то велика вероятность, что это предложение было бы принято. В ответ было предложено три условия: Иран готов обогащать уран на российской территории, создав совместное предприятие с Россией, он готов войти в долю с Россией, но технические специалисты должны обязательно участвовать в обогащении урана. Более того, какая-то часть этого процесса должна происходить на территории Ирана, чтобы его научный потенциал не терял свои навыки, чтобы не терялась нить развития в ядерных технологиях.

Н.ЯРЕМЕНКО – В данном случае США высказались категорически против.

Р.САФАРОВ – А американцы могли оказать давление на Россию, и Россия поставила априори невыполнимые условия перед Ираном.

Сейчас во всех странах говорят, что Иран не принимает никакие условия: столько лет предлагаются идеальные варианты, Иран не идет на это – значит, у него есть совершенно другие цели. Но никто не задумывается, в чем заключается позиция Ирана, почему Иран не идет на уступки, почему не принимает предложения «шестерки».

Потому что эти предложения не отвечают национальным интересам Ирана. Потому что принятие такого пакетного соглашения означает отбросить Иран на многие десятилетия назад, это означает конец развития национальной программы Ирана, это означает конец самостоятельности этого государства, а это уже не только политический вопрос, это вопрос национальной безопасности страны.


Ведущий: Николай Яременко
В гостях: Раджаб Сафаров

"Радио России", Программа "Реальная проблема", 29.08.06
Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter


    Комментарии

Прокомментируйте новость или высказывание

Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03755 sec