К итогам пресс-конфренции М.Ахмадинежада перед иранскими и зарубежными СМИ

20 января 2006
А.А.Розов

Первая за недолгую историю президентского правления М.Ахмадинежада пресс-конференция перед иранскими и зарубежными журналистами (состоялась 14 января с.г. в Тегеране с участием более 100 представителей ведущих новостных агентств, включая CNN, Reuters, AFP, NHK, «Аль-Арабия», «Франс-пресс») ожидалась с большим нетерпением, поскольку пришлась на пик обострения взаимоотношений Ирана с Западом по известной ядерной проблематике.

Не случайно, внимание мировых СМИ было приковано к выступлению иранского президента, осветившего в ходе данного брифинга концептуальные установки своей будущей деятельности по целому комплексу вопросов внутренней и внешней политики, прежде всего по ядерной проблематике. Несмотря на то, что прозвучавшие в ходе пресс-конференции высказывания М.Ахмадинежада не содержали в общем-то ничего сенсационного и стали очередным подтверждением избранной неоконсерваторами линией поведения Тегерана на международной арене по крайне мере на ближайшие четыре года, тем не менее, это выступление вызвало в мире широкий общественный резонанс.

Ядерная программа Ирана

Решительный настрой иранского руководства продолжать несмотря ни на что развивать собственную ядерную программу, рассматриваемую в качестве главной национальной задачи, был подтвержден президентом ИРИ.

Он подчеркнул, что никакие контрмеры, включая санкции Совета Безопасности ООН, не заставят Иран отказаться от его законного права – развивать ядерные технологии.

Президент подчеркнул другой известный тезис иранской стороны – исключительно мирный характер иранской ядерной программы (любой член ДНЯО в соответствии с международными нормами имеет право на развитие мирных атомных технологий), отметив, что «в ядерном оружии Иран не нуждается».

Обращает на себя внимание тот факт, что теме ядерного оружия М.Ахмадинежадом на этот раз было уделено достаточно много внимания. Он подробно объяснил, почему Иран не нуждается в ядерном оружии.

Во-первых, это противоречит нормам ислама. Во-вторых, ядерное оружие необходимо лишь тем, кто «хочет решить все вопросы, используя силу». Иран же представлен «древней и цивилизованной нацией», культура и логика которой не позволяет иметь необходимость в ядерной оружии. Интересен и другой его тезис в этой связи – «время культуры войны, господства и применения ядерного и химического оружия уже прошло».

Таким образом, президент дал понять, что на компромисс с «евротройкой» Тегеран не пойдет, поскольку главное условие европейских переговорщиков – возвращение к добровольному мораторию на проведение ядерных исследований, включая процессы уранового обогащения – выполнено не будет.

Эту «красную черту» иранское руководство фактически преодолело в первой декаде января-2006, сняв пломбы с замороженных ядерных объектов (Натанз).

На этом фоне другой призыв иранского президента к Западу, сделанный на пресс-конференции – предпринять шаги по укреплению взаимного доверия (конкретизации содержания этих шагов М.Ахмадинежадом дано не было) – остался практически без внимания, поскольку откровенно диссонировал с совокупностью резких антизападных заявлений.

В частности, комментируя в общем ситуацию, складывающуюся вокруг иранской программы, президент ИРИ назвал мышление некоторых западных стран, отрицающих право Тегерана на научные и ядерные исследования, «средневековым». Ведь эти исследования являются составной частью научно-технического прогресса, столь необходимого для динамичного развития любой нации.

Он также обвинил ЕС и США во вмешательстве во внутреннюю политику страны, в стремлении «нарушить права иранского народа», а также в политизации иранской ядерной проблемы. Президент ИРИ заметил, что страны, обладающие ядерным оружием (какие конкретно – назвать отказался) глубоко ошибаются, считая, что «у них больше прав, чем у других наций». Еще одно обвинение прозвучало в адрес стран-обладателей мирных ядерных технологий – дескать, нежелание допустить ядерные исследования в Иране вызвано тем, что «они хотят, чтобы атомная энергия была в их монополии и продавать её по высоким ценам другим странам».

Да и о каком укреплении доверия может идти речь, когда «евротройка» с одной стороны утверждает о полном крахе переговорного процесса, а Тегеран угрожает в случае передачи ядерного досье в СБ ООН разорвать добровольное сотрудничество с МАГАТЭ. Правда на пресс-конференции М.Ахмадинежад был в этом вопросе предельно корректен: если иранское досье все же будет передано в СБ ООН, «народ Ирана будет действовать в рамках международных норм и соблюдать их самым серьезным образом».

Что же касается аргументов иранской стороны в пользу необходимости продолжать развивать мирные атомные технологии, то здесь иранский президент продемонстрировал лаконичность, отметив, что «до сих пор Ирану не было предоставлено ни одного документа, свидетельствующего о нарушении этой страной международных норм и правил мирного использования ядерной энергии».

Результатом «беспрецедентных проверок МАГАТЭ», по словам М.Ахмадинежада, стало вынесение однозначного вердикта: иранская ядерная программа не имеет военной направленности. А раз так, то «никакая причина не может стать поводом для отказа от ядерных исследований в мирных целях». Тем более, что ежегодно в мире сооружаются десятки атомных станций, однако небольшая группа западных стран-обладателей ядерного оружия, почему то имеет вопросы только к Ирану (этот известный тезис о «двойных стандартах» - почему Израилю, не являющемуся членом ДНЯО, позволено иметь ядерные арсеналы – всегда широко использовался иранской командой ядерных переговорщиков)

Далее в развитие этой темы иранский президент сделал ряд довольно примечательных заявлений, касающихся взаимоотношений Тегерана с Западом. Он подчеркнул, что поскольку Иран в течение 2,5 лет старался укреплять доверие международного сообщества в контексте его ядерной программы, то сегодня «настала очередь Запада предпринять шаги по укреплению доверия к ним Ирана», так как последний больше «не верит в искренность» западных стран.

Он напомнил о том, что Запад в свое время пытался оказать содействие шахскому режиму в Иране в создании замкнутого ЯТЦ, но после победы Исламской революции 1979 года в корне изменил свою аргументацию, наложил на Иран санкции и резко воспротивился этому. Более того, заявил иранский президент, именно Запад снабдил С.Хусейна химическим оружием, которое было применено в войне в против Ирана (1980-1988).

Следующий сигнал Тегерана был адресован, по всей видимости, сторонникам «партии войны» с Ираном в евроатлантической политической элите. Сигнал следующий: «вы должны лучше понимать иранскую нацию и правительство, иначе вы будете сожалеть о ваших дальнейших действиях. Вы нуждаетесь в нас больше, чем мы в вас».

Довольно решительное высказывание, таящее в себе несомненную угрозу противникам, и даже более того – вызов мировому сообществу.

Еще одно необычное заявление иранский президент сделал по поводу диалога с Западом по ядерной программе: по его словам, Иран – единственный, кто пригласил Запад сесть за стол переговоров и предоставил ему право контролировать ядерную деятельность ИРИ, теперь же Тегеран также готов к партнерству с Западом и к контролю за его ядерной деятельностью на паритетной основе.

О новом внешнеполитическом курсе ИРИ в контексте глобального развития

О концептуальных основах нового внешнеполитического курса Ирана М.Ахмадинежад говорил достаточно подробно. Главным тезисом по данной тематике стало заявление президента о том, что Иран «стремится к проведению активной внешней политики», что фактически подтверждает державные устремления (в рамках региона) иранского политического истеблишмента. Он также высказался за проведение Тегераном многовекторной внешней политики, направленной на установление дружественных отношений со всеми государствами.

Другие высказывания президента на эту тему также не отличались новизной: было заявлено стремление Тегерана к «миру и спокойствию», «построению устойчивого и стабильного миропорядка», что не представляется возможным без основополагающих принципов «справедливости» и «духовности».

Устойчивость современного миропорядка, по мнению главы исполнительной власти ИРИ, не может быть обеспечена, когда он держится на ядерном и химико-бактериологическом оружии. Далее был брошен традиционный камень в «американский огород».

Президент ИРИ высказался в том духе, что, мол, «мир, основанный на грабеже и дискриминационной политике, а также на прогрессе, но без соблюдения общественной справедливости, не имеет смысла». А те лидеры, «которые рассчитывают за счет войн в других странах установить у себя мир и безопасность, ошибаются». Остальная часть выступлений М.Ахмадинежада по данной тематике была полностью сведена к демагогии.

Важной составной современных отношений в мировом сообществе он назвал «нравственность», которая должна присутствовать не только в культуре, но и в политике, экономике и других плоскостях человеческой жизни.

Отсутствие нравственности, считает М.Ахмадинежад, превращает мир а «ад для человечества». Именно этот фактор способствует локальным и региональным войнам и конфликтам, широко практикуемым сегодня в различных частях света.

Региональная политика Ирана

По словам президента М.Ахмадинежада, Иран продолжит курс на установление тесных связей с партнерами по региону. Он заявил, что Иран выступает в защиту территориальной целостности, безопасности и независимости всех государств, включая соседние (читай – Афганистана и Ирака). Он выразил надежду на то, что соседние с Ираном страны смогут решить все свои внутренние проблемы «самостоятельно», а мировые державы должны «покинуть их территории» и «дать им возможность принимать собственные решения».

Из высказываний М.Ахмадинежада ясно одно - декларируя активную региональную политику и приоритетность связей с соседними государствами, Иран будет стремиться включать их в ареал своего влияния и утверждаться в качестве региональной силы.

Взаимоотношения Ирана с Израилем

Никаких новых идей и позиций по этой острой тематике президентом ИРИ высказано не было (ранее в сентябре-декабре с.г. он уже сделал целый ряд жестких антиизраильских заявлений от призывов «стереть Израиль с лица земли» и непризнания Холокоста как исторического факта до пожелания скорейшей смерти больному премьер-министру Израиля А.Шарону). На этот раз иранский президент ограничился риторическим заявлением о том, что он уже направил израильтянам два вопроса (первый - «откуда вышли те, кто правит Палестиной, позволяет себе систематически разрушать дома палестинцев и лишать крова десятки тысяч из них?»; второй – «как те, кто был переселен на палестинскую территорию, имеют право определять судьбу палестинского народа, в то время как последний не имеет даже суверенных прав?») и ожидает ответа на них.

Кроме того, он повторил известную позицию Тегерана о том, что только референдум в Палестине (с участием как мусульман, так и немусульман), который определит ее дальнейшую судьбу, может стать единственно реальным механизмом обеспечения суверенитета этого образования.

Иран и права человека

Правочеловеческая тематика была затронута на пресс-конференции М.Ахмадинежада весьма поверхностно.

Главное его заявление по этой теме – Иран готов к проведению академического, научного диалога по данной проблематике с теми, кто клеймит Иран в нарушении прав человека. Невозможно, по его убеждению, определить универсальный для всего мирового сообщества кодекс соблюдения прав человека и навязать его всем странам.

Причина в том, что имеются существенные различия культурно-религиозного, цивилизационного порядка. Со стороны иранского президента звучали и новые идеи – учредить специальные комитеты (как с одной стороны – Запада, так и с другой – Ирана) и поручить им исследование ситуации в области прав человека в том и другом обществе, а затем предать итоги этих исследований общественной огласке. Круг их ведения должен включать:

= направление делегаций комитетов в «секретные тюремные учреждения», контроль за выборными процессами в качестве наблюдателей,

= изучение ситуации с дискриминацией национальных меньшинств, исследование экономической политики государств «против своего народа»,

= рассмотрение решений, принятых в поддержку террористов, исследование правовой и административной системы.

Защита прав соотечественников. Внутренняя политика

Новизна данной темы, впервые озвученной иранским президентом, заключается в предельной откровенности и прямоте высказываний М.Ахмадинежада. Возможно, это был и популистский ход, но еще никогда до этого президент страны (даже при реформаторах) не позволял себе открыто выступить в защиту иранской диаспоры за рубежом, которая всегда рассматривалась в Тегеране как некий оплот Запада и источник шпионажа. Поэтому раньше на эту тему либо вообще отмалчивались, либо говорили весьма осторожно.

М.Ахмадинежад, однако, во всеуслышание заявил, что отныне любой иранец, находящийся в любом уголке земного шара, подпадает под защиту иранского правительство, которое имеет обязанность защищать его личность и его права. Он подчеркнул также, что в ряде западных государств присутствует несправедливый подход к проживающим там иранцам, имеет место дискриминация и нарушение их прав.

В этой связи правительство поручило внешнеполитическому ведомству ИРИ вплотную заняться этим вопросом. Он заявил, что в Иране также предполагается учредить соответствующую комиссию, которой будет поручен систематический мониторинг ситуации с правами человека в «наиболее опасных странах».

Президент ИРИ дал понять, что новой мишенью его жесткой внутренней политики могут стать местные и зарубежные неправительственные организации (НПО), представленные в Иране. Он сообщил, что Министру внутренних дел дано поручение составить список сомнительных НПО, против которых будут предприняты соответствующие меры.

Касаясь взаимоотношений исполнительной власти со СМИ, М.Ахмадинежад посетовал на то, что журналисты зачастую неточно и некорректно освещают деятельность президента и правительства. В то же время, по его словам, членам кабинета министров и руководителям государственных организаций дано поручение активизировать информационную работу посредством систематических брифингов и пресс-конференций для более объективного освещения в СМИ деятельности государства.

Государственный бюджет ИРИ на новый 1385 год (с марта 2006 г.)

В числе заявлений, представляющих интерес по данному аспекту, следует безусловно выделить один важный тезис М.Ахмадинежада: о том, что главным принципом при подготовке проекта бюджета на новый иранский год (передан в парламент на утверждение) стал принцип «экономической децентрализации» (как одному из векторов обеспечения известного «принципа справедливости»), при котором финансирование проектов на провинциальном уровне будет резко увеличено.

Кредитование иранских регионов, в соответствии с новым проектом, возросло на 180%, а общая доля провинций в госбюджете составит 34% против 19,8% в бюджете текущего года.

Институт Ближнего Востока

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter


    Комментарии

Прокомментируйте новость или высказывание

Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03183 sec