Али спас гробницу Али

03 сентября 2004

Духовному лидеру шиитов, великому аятолле Али ас-Систани удалось предотвратить катастрофу в Ираке
Георгий МирскийЕще совсем недавно казалось, что ситуация в Наджафе окончательно зашла в тупик. Премьер-министр временного правительства Ирака Айяд Алави предъявил боевикам "Армии Махди", укрывшимся в мечети имама Али, "последний ультиматум", в случае отклонения которого должен был последовать штурм. Под угрозой разрушения оказалось самое священное место поклонения шиитов всего мира - гробница, в которой покоятся останки Али бен Аби Талиба, двоюродного брата и зятя пророка Мухаммеда. Это было бы неслыханным кощунством, подлинным кошмаром для исламского мира.

И тут на сцену выступил человек, который смог сказать решающее слово в урегулировании конфликта. Это главный духовный авторитет иракских шиитов, великий аятолла Али ас-Систани. Только что перенесший операцию на сердце в лондонской клинике, вопреки советам врачей ас-Систани вернулся в Ирак и в прошлый четверг лично прибыл в Наджаф. Он моментально заключил соглашение с главой радикальных шиитских повстанцев Муктадой ас-Садром, который три недели отказывался от всех условий, предлагавшихся ему премьером. Противиться воле аятоллы Муктада не смог. По условиям соглашения Наджаф и Куфа объявлены городами, свободными от оружия. Боевики "Армии Махди" испарились из священного города, который они клялись оборонять до последней капли крови. Ушли и американские войска.



СТРОПТИВЫЙ БОГОСЛОВ

Али ас-Систани 73 года. Он родился в Иране в семье известного шиитского клерика, учился в духовной академии в священном городе Ком. В 1951-м он перебрался в Ирак и стал учиться в аналогичном заведении в Наджафе. Он говорит с персидским акцентом, что стало предметом насмешек для сторонников Муктады, но для подлинных мусульман национальность не имеет значения, они признают лишь одну нацию - мусульманскую "умму" (общность).

Упорная учеба и недюжинные способности принесли свои плоды. Религиозные трактаты и комментарии к трудам знаменитых исследователей Корана, написанные ас-Систани, составляют в общей сложности 33 объемистых тома. Пройдя через все ступени шиитской духовной иерархии, он становится аятоллой, а в начале 80-х достигает вершины, звания великого аятоллы.

В эпоху Саддама Хусейна ас-Систани не занимался политикой, но когда диктатор потребовал от него обратиться к верующим с призывом поддержать баасистский режим, великий аятолла отказался. За это он провел некоторое время в тюрьме, а после освобождения находился под домашним арестом. Перед началом американского вторжения в прошлом году Саддам опять предложил ему призвать народ к борьбе против интервентов. И ас-Систани вновь не захотел поддержать диктатора, что и принесло ему огромный авторитет в глазах всей шиитской общины, десятилетиями страдавшей под гнетом багдадского тирана.



ТОНКИЙ ПОЛИТИК

После освобождения Ирака от саддамовской диктатуры фигурой N 1 для местных шиитов стал Мухаммед Бакр аль-Хаким, лидер базировавшейся до этого в Иране организации под названием "Высший совет борьбы за исламскую революцию в Ираке". Он погиб в августе 2003-го в результате взрыва, организованного террористами. Его место в качестве духовного лидера иракских шиитов и занял Али ас-Систани.

С самого начала своей карьеры в этом новом качестве ас-Систани стал проводить исключительно сложную политику. С одной стороны, он полностью поддерживал общественность, все более настойчиво требовавшую ухода оккупантов. Он отказывался поддерживать американского проконсула Пола Бремера и сформированный им Временный правящий совет. С другой стороны, ас-Систани прекрасно понимает, что, разработанный американцами, а теперь уже и одобренный ООН, план поэтапного перехода Ирака к самостоятельной государственности в наибольшей степени гарантирует утверждение доминирующей роли шиитской общины (60 % населения страны). Альтернативой может быть лишь кровавый хаос, разгул экстремистских группировок, превращение Ирака в некое подобие Афганистана или Сомали.

Исходя из этого, ас-Систани дал согласие на формирование временного правительства, но настоял на том, чтобы в резолюции ООН не было и намека на федеративное устройство государства. Он опасается курдов, требующих для себя максимально широкой автономии в рамках федерального государства, что, по мнению шиитов, создаст угрозу для целостности Ирака.

Известна глубочайшая, доходящая до фанатизма приверженность шиитов своей вере. Однако это не означает, что все шииты стремятся к установлению в Ираке теократического государства по образцу Ирана. Основная их масса вообще вряд ли об этом думает, а шиитская интеллигенция предпочла бы светскую систему правления. К этой части шиитов относятся и их представители в правительстве, включая Алави, и большинство лидеров партии "Ад-Дауа". За исламскую республику выступает Муктада ас-Садр со своими сторонниками из обездоленных слоев. Правда, еще не ясно, в какой мере позиция Муктады объясняется его религиозным рвением, а в какой - амбициями молодого клерика, стремящегося стать вождем иракских шиитов.

Что же касается ас-Систани, то он в интервью германскому "Шпигелю" заявил: "Важнейшие политические и социальные течения в Ираке не требуют правления с религиозной окраской. Кроме того, шиитское духовное сообщество придерживается мнения, что богословы не должны заниматься политическими вопросами и иметь правительственные должности". Это весьма далеко от хомейнистских концепций. Судя по всему, великий аятолла, который по определению не может не выступать за установление порядка, основанного на шариате, в то же время является сторонником некоего "смешанного" режима, сочетания исламских начал с вполне светской демократией. Он всегда подчеркивал необходимость проведения всеобщих выборов по принципу "один человек - один голос", что коренным образом противоречит взглядам крайних исламистов, отрицающих демократию как западную идею.



ПРОТИВНИК СМУТЫ

Кто же из трех шиитских лидеров - Айяд Алави, Муктада ас-Садр и Али ас-Систани - выиграл и кто проиграл в результате "битвы за Наджаф"?

Глава временного правительства, несомненно, может облегченно вздохнуть. Благодаря вмешательству аятоллы он избавлен от необходимости принимать роковое решение - штурмовать святыню или смириться с существованием муктадовского "государства в государстве". Оба варианта были бы для него равносильны краху. Но беда Алави именно в том, что изгнание Муктады из Наджафа достигнуто не его усилиями, а волей ас-Систани. Правительство своими силами не смогло справиться с мятежом. Более того, оно продемонстрировало, что в критический момент может опираться лишь на американские войска. Вновь создаваемые иракская армия и полиция никакой роли в битве за Наджаф сыграть не смогли.

Муктада проиграл, поскольку не смог превратить Наджаф в плацдарм борьбы за власть. В продолжающейся целый год конфронтации между ним и ас-Систани аятолла оказался намного сильнее, его влияние среди шиитской общины несравненно выше. Молодой же клерик как духовный авторитет ничего собой не представляет, ему помогает лишь почтение к памяти его отца, знаменитого богослова, убитого саддамовскими палачами. Утешением для Муктады может служить то, что по условиям соглашения ему гарантирован иммунитет от уголовного преследования (его подозревают в организации убийства шиитского клерика аль-Хои). Ну и резко возросший за время наджафской битвы авторитет в среде иракской молодежи, в том числе и суннитской. Для многих он стал героем, самым непримиримым борцом против оккупантов.

Подлинный победитель - это Али ас-Систани, сумевший добиться того, чего не смогли сделать ни американская армия, ни правительство. Другое дело, что последние события мало что изменили. Силы, полные решимости сорвать процесс становления государственности по американско-ооновскому плану, - а это и аль-каидовцы, и саддамовцы, и те же шиитские радикалы, идущие за Муктадой, - отнюдь не складывают оружия.

Возможно, худшее для Ирака еще впереди. И ас-Систани придется приложить огромные усилия, чтобы покончить с тем, что арабы называют "фитна" (смута). Покончить с насилием и кровопролитием, делающими невыносимой жизнь иракцев. Как гласит арабская пословица, "лучше шестьдесят лет тирании, чем один день фитны".

Досье МН
Как стать великим аятоллой



В исламе нет церкви и духовенства, но шиитский толк этой религии имеет свои особенности. Богословы образуют определенную иерархию, приобретают звания, но не по назначению какой-либо высшей духовной инстанции, а исключительно вследствие авторитета, который они завоевывают в глазах верующих.

Выдающийся муджтахид (ученый-богослов, знающий наизусть Коран, а также не менее трех тысяч хадисов, преданий о словах и действиях пророка) может претендовать на звание худжат аль-ислам, а затем и айаталлах (обычно этот титул употребляется в персидском произношении - аятолла), т.е. знамение Аллаха. Наивысшая ступень - великий аятолла.

Сейчас в Ираке четыре великих аятоллы, но главный, самый авторитетный из них - Али ас-Систани. Он - наиболее почитаемый из руководителей Аль-Хаузы, своего рода шиитской духовной академии, базирующейся в Наджафе. На его голове - черный тюрбан потомка пророка.

МН, 03.09.04
Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter


    Комментарии

Прокомментируйте новость или высказывание

Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03649 sec