Россия-США: цена примирения

15 июля 2003
Внешнеполитическая ситуация, в которой оказалась Россия после войны в Ираке, вызывает противоречивые оценки. По мнению большинства экспертов, нам удалось выйти из иракского кризиса с минимальными потерями. Сохранив отношения с США на прежнем уровне, Россия значительно укрепила связи с ведущими европейскими партнерами и серьезно улучшила свой имидж в мусульманском мире. Достаточно сказать, что крупные контракты на поставку оружия Малайзии и Индонезии предполагали в первую очередь политические решения со стороны правительств этих стран. Однако есть и издержки, последствия которых дадут о себе знать уже в самое ближайшее время. Саммит <большой восьмерки> в Эвиане продемонстрировал, что формула Кондолизы Райс <наказать Францию, игнорировать Германию, простить Россию> применяется к нашей стране на вполне определенных и достаточно жестких условиях. Так, США в ультимативной форме потребовали от России свернуть сотрудничество с Ираном и прекратить строительство ядерных объектов на территории этого государства. Ответ российской стороны был достаточно компромиссным. С одной стороны, высшее политическое руководство РФ ясно дало понять, что не намерено приносить в жертву интересы нашей атомной промышленности. И по крайней мере первый блок АЭС в Бушере будет обязательно достроен. С другой стороны, Кремль значительно снизил уровень внешнеполитической поддержки Ирана, частично признав обоснованность американских претензий в адрес этой страны. Можно понять, зачем стараются США: дела американцев в оккупированном Ираке идут далеко не самым благоприятным образом, и Иран для них - опасный соперник. Поэтому за океаном жизненно заинтересованы в максимальном ослаблении Тегерана. Без этого Соединенные Штаты не смогут в полной мере воспользоваться плодами своих военных побед в Ираке и Афганистане и решить проблему энергетического голода, которая встанет перед ними уже через несколько лет.
Однако для России такой поворот событий чреват неприятными последствиями. Речь в первую очередь идет о Чечне. Сейчас Иран оказывает России серьезную дипломатическую поддержку в исламском мире и не позволяет использовать свою территорию для подготовки боевиков. Смена власти в Иране в лучшем случае приведет к тому, что страна станет таким же плацдармом для боевиков, каким сегодня является Грузия. Возможно и худшее: поддержка с территории Ирана террористических групп (возможно, через пакистанские спецслужбы). Не исключено, что американцы проявят определенную заинтересованность в таком повороте событий, чтобы перенаправить пассионарную активность мусульман в безопасном для себя направлении. <Сдача> Ирана может привести и к другим опасным для России последствиям. В полной блокаде окажется союзная Армения, которой придется свернуть военно-техническое сотрудничество и перевести двусторонние отношения в <грузинский> формат. Позиции нашей страны на Каспии также существенно ослабнут: наметившееся сближение с Казахстаном будет остановлено, а прибрежная линия в Дагестане может стать объектом террористических атак. В конечном счете Россия рискует окончательно утратить свои позиции в прикаспийском регионе, уступив место американцам, давно провозгласившим бассейн Каспийского моря <зоной своих жизненно важных интересов>.

НЕЧЕСТНАЯ КОНКУРЕНЦИЯ

Впрочем, нет смысла фиксировать внимание на долгосрочных прогнозах, если американцы уже сейчас, несмотря на <дружественную атмосферу> и теплые рукопожатия в верхах, делают все возможное, чтобы вытеснить Россию из Закавказья. Самым скандальным эпизодом этой игры стало поведение американских официальных лиц в Грузии, в жесткой форме потребовавших от Эдуарда Шеварднадзе отказаться от сверхвыгодного для этой страны контракта с <Газпромом>. Позиция США сводилась к тому, что подобные действия ставят под сомнение коммерческую целесообразность проекта Баку-Джейхан (которая, по всем объективным оценкам, и так близка к нулевой). Вместо свободной конкуренции, являющейся базовым принципом рыночной экономики, США прибегают к внешнеполитическому нажиму. Американцы переводят в идеологическую плоскость чисто коммерческие вопросы, лишенные какой-либо политической подоплеки. По сути дела, речь идет о нечестной конкуренции, основанной на силовом шантаже. И такая схема работает не только в Закавказье. Нечестная конкуренция, которую практикуют США в отношении России на мировых рынках сырья, оружия и высоких технологий, встречает жесткое неприятие со стороны российского руководства и лично президента Владимира Путина. Наш лидер неоднократно указывал на то, что подобное поведение американской стороны недопустимо. В дипломатическом торге, который уже долгие годы ведется между Москвой и Вашингтоном, преимущество пока что не на нашей стороне. Единственный выигрыш - это отказ США от внешнеполитической дискриминации России и готовность признать ее (пусть с оговорками) влиятельной мировой державой. Однако экономическая дискриминация продолжается и со временем даже возрастает. Серьезные уступки, на которые идет Россия в отношениях с США, не приводят к каким-либо изменениям американской позиции в этом вопросе. Что, естественно, неизбежно отражается на конкурентоспособности отечественной экономики и приводит к многомиллиардным убыткам российского бизнеса - как государственного, так и частного.

<ЗАГОВОР ОЛИГАРХОВ>: МИФ ИЛИ БЛЕФ?

Тема <заговора олигархов>, направленного против президента Путина и питерской части его окружения, уже длительное время находится в фокусе общественного внимания. Отправной точкой, с которой начались оживленные дискуссии по этому вопросу, стало слияние ЮКОСа и <Сибнефти> и многозначительные фразы Михаила Ходорковского, заявившего о возможном уходе из бизнеса в 2007 году. Слова Ходорковского были интерпретированы в том смысле, что к этому сроку олигарх займется публичной политикой и будет претендовать на самые высокие посты в государстве. Некоторое время спустя в печати появился доклад Совета по национальной стратегии, авторы которого нарисовали мрачную картину грядущего олигархического переворота. В экспертную среду стали активно вбрасываться слухи о том, что президентский ресурс существенно ослабел, а Роман Абрамович, Олег Дерипаска и Михаил Фридман объединились против главы государства и намереваются лишить его всех властных полномочий, оставив чисто представительские функции. На острие <олигархического прорыва> выставлен Михаил Ходорковский, который будто бы собирается сменить Владимира Путина.
Версия <заговора> кажется очень интригующей. Однако факты свидетельствуют против нее. Во-первых, никакой <новой фазы> политической консолидации олигархов пока что не наблюдается. Также сомнительно, что между Ходорковским и так называемой Семьей существуют какие-либо политические соглашения. Еще более сомнительно, что они направлены против действующего президента. Что же касается Михаила Фридмана, то между ним и Михаилом Ходорковским существует жесткая конкуренция как в политической, так и в деловой сфере.

Во-вторых, экономический и политический ресурс <питерской группы> (политиков и бизнесменов, ориентирующихся лично на Владимира Путина) продолжает возрастать. Уже сегодня <президентский холдинг> объединяет такие структуры, как <Газпром>, <Рособоронэкспорт>, <Роснефть>, Межпромбанк, <Росспиртпром>. Сюда же можно добавить контроль над основными федеральными телеканалами (ОРТ, РТР, НТВ), поддержку силовых структур и харизматический рейтинг самого президента. В случае глобального столкновения между Владимиром Путиным и олигархами на президентской стороне будут задействованы и возможности крупного бизнеса, связанного с мэром Москвы Юрием Лужковым. Наконец, крайне маловероятно, что против президента будет играть руководство КПРФ. Очевидно, что слишком тесное сближение с олигархами чревато крушением политического мифа КПРФ, и лидеры компартии отдают себе в этом отчет. Кроме того, интересы руководства КПРФ сосредоточены в основном на региональном уровне, где у партии появляются прекрасные возможности взять власть в свои руки (как в <красном>, так и в <синем> поясах). И ради получения гипотетических министерских постов в <правительстве олигархов> коммунисты вряд ли будут ввязываться в рискованные авантюры. Не случайно все разговоры о возможном альянсе КПРФ с <нефтяными баронами> сразу прекратились после визита Геннадия Зюганова в штаб-квартиру <Газпрома> и обстоятельных переговоров с руководством компании.

Итак, в стране пока что не просматривается каких-либо крупных сил и центров влияния, заинтересованных в том, чтобы нагнетать политическое напряжение и провоцировать дестабилизацию. Исключение составляют лишь Борис Березовский (причины понятны) и Анатолий Чубайс, позиции которого в последние полгода сильно пошатнулись. Реформа энергетической сферы проходит явно не по его сценарию, контроль над телеканалом ТВС потерян, рейтинг СПС имеет устойчивую тенденцию к снижению, а близкие к Анатолию Борисовичу министры испытывают сложности в работе. На этом фоне мифология олигархического заговора может быть объективно полезна главному энергетику страны, работая на ослабление его конкурентов в политике и бизнесе.

ВЫБОРЫ: ПРЕТЕНДЕНТЫ НА СТАРТЕ

Главное отличие предстоящих выборов в нижнюю палату российского парламента от всех предыдущих заключается в том, что итоги голосования не приведут к каким-либо резким изменениям политической ситуации в стране. Можно с уверенностью сказать, что от выборов-2003 никто не ожидает <великих потрясений>, подобных тем, которые маячили на политическом горизонте в конце 1995-го и 1999 года. Но это вовсе не означает, что в начинающейся избирательной кампании полностью отсутствует какая-либо интрига и что результаты выборов вообще ничего не изменят. Смены элит не ожидается, однако расстановка сил внутри политического истеблишмента до некоторой степени все-таки будет зависеть от итогов голосования. Его исход окажет серьезное влияние на дальнейшую политическую судьбу таких крупных фигур, как Михаил Касьянов, Анатолий Чубайс, Сергей Глазьев, Герман Греф. Самым важным представляется вопрос о структурировании будущей партии власти, статусных мест в которой явно не хватает на всех желающих. Парадоксальным образом старт избирательной кампании значит здесь гораздо больше, чем финиш. На сегодняшний день большинство наблюдателей признают, что партию <Единая Россия> трудно назвать удачным политическим проектом. По своему формату она больше напоминает НДР и <Отечество> и мало похожа на авангардное и динамичное <Единство> образца осени 1999 года. Новая партия страдает теми же болезнями, что и прежние структуры подобного типа. Она тяжеловесна, малоподвижна, лишена творческого мобилизующего импульса. Население воспринимает <ЕдРо> как <партию начальников>, которая, хотя и имеет некое отношение к президенту Путину, все же не может быть до конца отождествлена с его именем. Правда, в некоторых регионах (например, в Уральском федеральном округе) отделения организации работают более эффективно, чем в целом по стране. Но, как известно, исключения лишь подтверждают общее правило. <ЕдРо> имеет шанс победить на выборах, но даже небольшое преимущество над КПРФ может быть достигнуто лишь за счет тотальной мобилизации административного ресурса. Впрочем, даже в этом случае результат вряд ли достигнет того амбициозного показателя, на который, по некоторым данным, ориентируется администрация президента (40-45% голосов). В этой ситуации на повестку дня вновь встает вопрос о <спутниках> <Единой России> - Партии жизни и Народной партии, которые также принадлежат к числу <кремлевских проектов>. До сих пор бытовало мнение, что эти организации не примут активного участия в выборах по федеральному списку, разделив с <Единой Россией> перспективные одномандатные округа. Однако сегодня настойчиво обсуждаются два других варианта для партий-<спутников>. Первый вариант (его лоббирует Геннадий Райков) предполагает создание самостоятельного избирательного блока во главе с Народной партией (с возможным участием Аграрной партии Михаила Лапшина и Партии возрождения России Геннадия Селезнева). Цель блока заключается в том, чтобы подстраховать <Единую Россию> и подобрать потерянный ею электорат. В свою очередь, второй вариант предполагает радикальное изменение избирательной стратегии. В рамках этой схемы <Единая Россия> идет на выборы не сама по себе, а в блоке с двумя другими пропрезидентскими партиями. У блока будет собственное название, и, судя по всему, он станет больше, чем <ЕдРо>, ассоциироваться с личностью президента. Таким образом Кремль может попытаться повторить <политическое чудо> 1999 года, выбросив на выборы совершенно новый политический брэнд.

Пока что все это лишь прогнозы. До сих пор значительная часть населения не осознала своих политических симпатий и ждет большей определенности от участвующих в выборах партий. Только после того как состав политических команд, участвующих в избирательном марафоне, будет окончательно уточнен, можно будет делать более конкретные оценки и прогнозировать результаты будущих выборов.

Александр Рублев

Источник: Русский предприниматель от 15.07.2003
Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter


    Комментарии

Прокомментируйте новость или высказывание

Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03997 sec