Радио 'Говорит Москва': Почему победа Ахмадинежада выглядит столь сомнительной?

11 августа 2009
В гостях у Романа Щепанского Раджаб Сафаров, генеральный директор Центра изучения современного Ирана

Аудиозапись: http://www.govoritmoskva.ru/cgi-bin/mp3.cgi?item=090810213120.mp3

Р.Щ. – Махмуд Ахмадинежад официально второй раз стал президентом. Но Запад не торопится его поздравлять. Мы понимаем, почему это происходит. Газета 'Либерасьон' пишет, что итоги выборов оказались неожиданностью для наших аналитиков. Двукратное преимущество действующего президента над Мусави не соответствует прогнозам о равенстве шансов. Далее 'Либерасьон' пишет, что был сбор бюллетеней и так далее. Поэтому Запад и не поздравляет Ахмадинежада.

Р.С. – Возможно, их аналитики работали в штабе специалистов по оранжевым революциям.

Р.Щ. – Я не знаю, где они работали.

Р.С. – Раз они говорят про несоответствие результатов ожиданиям, это так. 85 процентов явки на выборы – это уникальный случай.

Р.Щ. – Интерес к выборам был большой.

Р.С. – Да. 40 миллионов или 70 миллионов жителей Ирана пришли на выборы. Власти обязаны или вынуждены были трижды или четырежды продлевать время для голосования.

Р.Щ. – Сразу после выборов штаб Мусави сказал, что он набрал 60 процентов, а то и больше, а все западные средства массовой информации опубликовали эти цифры.

Р.С. – А вы помните, когда он это говорил? Он говорил это буквально за 20 минут после окончания голосования. Как он это мог предположить?

Р.Щ. – Опросы избирателей на выходе это показали.

Р.С. – Экзитпулы делались иногда по указанию определенных общественных структур, которые финансируются Западом. Они брали интервью в мегаполисах, у молодежи, у женщин, у технократов, то есть целенаправленно у той группы людей, которые могли бы стать приверженцами Мусави. Кроме того, иранцы могут проголосовать за одного, а даже другу сказать, что они проголосовали за другого.

Р.Щ. – А зачем?

Р.С. – Потому что они хотят сохранить это в тайне, для них это сокровенное.

Р.Щ. – Почти интимное дело.

Р.С. – Больше, чем интимное дело. Выборы – это праздник для иранцев. Его ждут с нетерпением.

Р.Щ. – Хороший праздник! Массовые беспорядки потом в течение 7 недель.

Р.С. – Это совсем другая категория людей, которых заранее готовили, снабжали, финансировали. Они должны были делать свое дело, они должны были там находиться, поджигать автобусы, жечь баки. То есть каждый делал свое дело.

Р.Щ. – А почему Запад такие симпатии испытывает к Мусави? Израильская газета 'Гаарец' пишет: 'Кто будет президентом, нам не важно. Будучи премьером, Мусави жестко критиковал нас, называл США 'великим сатаной' и заявлял о необходимости мировой исламской революции'. В чем разница для них между Мусави и другими кандидатами?

Р.С. – Здесь они совершенно правы, для них абсолютно не имеет значения, кто станет президентом.

Р.Щ. – Внешняя политика не изменится.

Р.С. – Им все равно, кто будет, но лишь бы не Ахмадинежад. Ахмадинежада они боятся жутко, потому что он бескомпромиссный, жесткий политик.

Р.Щ. – А разве это плюс для политика?

Р.С. – В такой стране, как Иран, если быть мягким и пушистым, Запад и Америка просто уничтожат страну. Жесткое противостояние помогло Ирану отстаивать свои интересы, в том числе в развитии ядерной программы.

Р.Щ. – Иран стал страной-изгоем в глазах всего западного мира.

Р.С. – Не всего западного мира. Определенной его части, которая находится под давлением Америки. Деловой мир Запада глотает слюни и смотрит на Иран. А Америка ведет себя, как собака на сене: раз мне не дают там находиться, то и другим не дам.

Р.Щ. – Пусть там не будет никого.

Р.С. – Поэтому каждую неделю обсуждается, сегодня или завтра ракеты пойдут на Иран. США натравляют на Иран Израиль – своего приспешника на Ближнем Востоке. Они не могут ударить, а Израиль ударит. Мы можем помочь Израилю, а можем и не помочь. Весь деловой мир, естественно, боится этого. Поэтому объявление этой страны изгоем происходит вопреки мнению многих людей в Европе и в мире. Сейчас любая инициатива по отношению к Ирану политически ангажирована, под собой они все имеют реальную логику, как проект Набукко. Его цель – насолить России.

Р.Щ. – Конечно, потому что у нас есть 'Южный поток'.

Р.С. – Кроме того, без иранского газа это бессмысленный проект. Запад это признает.

Р.Щ. – Однако давление на Иран не уменьшается.

Р.С. – Это происходит, потому что Запад во главе с США проиграл по-крупному. Они 3 года готовились к тому, чтобы сменить режим в Иране. Готовили не Мусави, его никто не знал, готовили реформаторское крыло под руководством Хатами.

Р.Щ. – А Хатами уступил Мусави.

Р.С. – Потому что он разумный политик.

Р.Щ. – Он понимал, что у него нет шансов на победу?

Р.С. – У него были шансы на победу, если бы он выдвинул свою кандидатуру. Тогда Ахмадинежаду пришлось бы очень сложно, возможно, он и победил бы. Почему он отказался? Потому что народ воспринимал его прозападным, иранские СМИ показали истоки симпатии Запада к Хатами. Народ воспринимал Хатами как представителя западной демократии, западных устоев. Это изначально настроило многих против Хатами. Боясь этого, он не решился выдвинуться, выдвинул своего товарища.

Р.Щ. – Этот товарищ 10 лет был в забвении.

Р.С. – Его 20 лет не было видно. С 1989 года на политическом олимпе Ирана не было Мусави. Где он был, чем он занимался, чем он заявил о себе?

Р.Щ. – Это человек искусства.

Р.С. – Он дома писал картины, музыку. Это нормальный спокойный интеллигент.

Р.Щ. – То есть его подставили?

Р.С. – Совершенно верно. Надо было найти какого-то товарища. Нашли Мусави, который 10 лет был премьер-министром. Это говорит кое о чем. В свое время он смог наладить работу экономики.

Р.Щ. – Это плюс.

Р.С. – Но он это делал под руководством нынешнего духовного лидера, который был президентом. Он исполнял курс президента Хаменеи, который был 10 лет президентом. Кроме того, к этому лагерю примкнул Рафсанджани. Это второе лицо в государстве.

Р.Щ. – Он в 2005 году проиграл выборы.

Р.С. – Да.

Р.Щ. – Для многих это было неожиданностью.

Р.С. – Это все равно, что в российских условиях баллотироваться Примакову на должность главы государства и мэру маленького провинциального городка. Ни один нормальный человек не мог представить себе, что Примаков не победит.

Р.Щ. – Ахмадинежад был мэром не маленького городка, а руководителем столицы.

Р.С. – Но всего полтора года. Кроме того, он ничем не проявил себя в хозяйственной работе. Это был протест иранского народа против бюрократии, религиозной олигархии и так далее. В свое время народ проголосовал за Ельцина, лишь бы не голосовать за Зюганова. Здесь примерно такая же ситуация.

Р.Щ. – За любого, лишь бы не за одного из кандидатов.

Р.С. – Ахмадинежад был технократом. Он дистанцировался от религиозного духовенства. Это молодой человек, далекий от заражения консервативной идеей. Все надеялись, что если он придет к власти, что-то изменится. В ожидании перемен в Иране все проголосовали за Ахмадинежада.

Р.Щ. – Это было неожиданно, даже внутри Ирана.

Р.С. – Ни один эксперт не предсказывал это, в том числе и я. Мы были уверены, что победит Рафсанджани.

Р.Щ. – Это политический столп.

Р.С. – Это локомотив.

Р.Щ. – Против него был выскочка.

Р.С. – Против него был неизвестный молодой человек, который захотел стать президентом. Но таких много.

Р.Щ. – Напомним, что президентские выборы прошли 12 июня. Действующий президент набрал более 63 процентов голосов.

(Подробности интервью слушайте в аудиофайле)

Говорит Москва

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter


    Комментарии

Прокомментируйте новость или высказывание

Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03566 sec