Юваль Штайниц опасается, что следующую войну Израиль может проиграть

Юваль Штайниц

08 мая 2006
Бывший председатель комиссии по иностранным делам и обороне, депутат Кнессета от партии «Ликуд», Юваль Штайниц, в интервью корреспонденту «Гаарец», Ари Шавиту, выразил опасение, что следующую войну Израиль может проиграть.

За три года работы в комиссии по иностранным делам и обороне Юваль Штайниц узнал, что «у нас есть высококвалифицированный оборонный истеблишмент. В нем работают люди высочайшего качества и интеллекта.

Различные системы отличает преданность, профессионализм и внутреннее видение. Наши достижения просто потрясающие и вызывают подчас немой восторг.

Но одновременно наш оборонный истеблишмент отличает высокомерие и самонадеянность. Он не подвергает свои концепции и базовые понятия глубокому анализу. Он действует в большей мере по инерции. В результате, оборонный истеблишмент движется в неверном и даже опасном направлении.

Как и накануне войны Судного дня оборонный истеблишмент может завести нас в ситуацию, которая угрожает самому существованию государства и народа».

«Я проиллюстрирую это утверждение из сферы разведки. До иракской войны мы очень гордились и хвастались всевозможными достижениями в Ираке. Мы восторгались тем, что можем в любой момент в реальном времени узнать о том, что происходит в различных районах Ирака. Наиболее важные детали передавались другим разведслужбам. Но когда война закончилась, выяснилось, что настоящих разведданных по Ираку у нас не было.

Все технологические и людские достижения, которыми так гордились наши оборонщики, дали очень неполные и плохие разведданные. Мы не знали, были ли у Саддама Хусейна баллистические ракеты, угрожавшие Израилю.

Мы не знали, было ли у него химическое оружие в оперативном состоянии. Мы вступили в войну с совершенно необоснованными, как впоследствии выяснилось, предположениями. В целом, даже если в Ираке и были отдельные высокие достижения, в Ираке был колоссальным провал разведки».

(Очевидно, Юваль Штайниц ведет речь о так называемой электронной разведке. Отступая из сектора Газы, Шауль Мофаз и верные ему генералы утверждали, что для сбора разведданных наше присутствие на местности не нужно. Нам достаточно электронной разведки. Генерал Яаков Амидрор, прослуживший в военной разведке, говорил, что никакая электронная разведка человека не заменит. Отступая из сектора Газы, мы подрываем полностью свою разведывательную базу в ПА. – прим. пер.)

«Еще более серьезный провал разведки произошел в Ливии. Муамар Каддафи очень близко подошел к созданию ядерной бомбы, а мы об этом не знали. Мы знали, что там что-то происходит. Мы знали, что там проводятся предварительные исследования. Но когда американцы и англичане раскрыли всю картину, оказалось, что у Израиля не было элементарной информации по вопросу критического значения. Провал разведки в Ливии имел почти экзистенциальный характер. Это даже более серьезный провал, чем в войну Судного дня».

«Вы хотите сказать, - задал вопрос Ари Шавит, - что мы опережаем в технологиях и отстаем концептуально?»

«Я говорю, что при всем восхищении перед технологическими достижениями ЦАХАЛа, военной разведки и 8200 агентов «Мосада», в окончательном анализе у нас отсутствовала картина, представленная разведкой. А если вы не знаете, то вы не знаете. И это неправильно. А неправильно то, что военное руководство и разведка не контролируются гражданскими лицами. Нет никого, кто мог бы встряхнуть систему и задать основные вопросы, нет никого, кто мог бы вести счет достижениям и провалам.

В Израиле армия руководит сама собой. Армия управляет министерством обороны, правительством и Кнессетом. Я считаю, что это очень опасное положение дел. К сожалению, пресса тоже сотрудничает с людьми в униформе. Результатом является милитаризация общественной дискуссии по вопросам национальной безопасности. Пресса сотрудничает в процессе, который позволяет военным замкнуться в своем высокомерии, самоуверенности и предрассудках».

«ЦАХАЛ – хорошая армия: прекрасно обученная, высокого качества, обладающая человеческими и технологическими преимуществами перед своими противниками. Но у нее есть два недостатка. Один это то, что уровень старших офицеров (от полковника и выше) ниже, чем был в 50-е, 60-е и 70-е годы.

Второй заключается в том, что ЦАХАЛ делает огромную и драматическую ошибку в своей концепции безопасности и строительства армии. Эта ошибка может привести нас к тому же неприятному сюрпризу, который мы испытали в 1973 году. Я не вижу у ЦАХАЛа готовности проверить себя в исторической перспективе и поставить под сомнение свою военную доктрину. Начальник генштаба, Дан Халуц, талантливый руководитель, но я не вижу у него готовности задавать базовые вопросы и проверять базовые понятия».

«Возьмите, к примеру, войну с террором в том виде, в каком она ведется нами и американцами. На техно-тактическом уровне мы все должны снять шляпы перед ЦАХАЛом и ШАБАКом. Они добились таких выдающихся тактических и разведывательных успехов в борьбе против ХАМАСа, которые намного превосходят достижения американцев в борьбе с «Аль-Каидой». Наша разведка почти тотальна, наши превентивные возможности потрясающие, мы наносим гораздо меньший ущерб окружающей среде, чем американцы. Но, в конце, концов, после пяти лет «Аль-Каида» отступает, а ХАМАС на подъеме.

Сегодня всем ясно: мы проигрываем войну против палестинского террора. Сегодня никто не может сказать, что мы сломили волю палестинцев. Никто не скажет, что мы победили. Несмотря на впечатляющие техно-тактические достижения, мы проиграли войну против ХАМАСа».

«Ну, хорошо, - возразил Ари Шавит, - война с ХАМАСом не угрожает нашему существованию (тут с ним можно поспорить – прим. пер.), но неужели Вы считаете возможным поражение ЦАХАЛа в реальной, полномасштабной войне против арабских армий?»

Юваль Штайниц жестко ответил: «Если Израиль не изменит свою оборонную политику, начиная с самых ее основ, то он может проиграть в грядущей войне».

«Я не понимаю утверждения, что у нас больше не будет полномасштабных конвенциональных войн.

Всего три года тому назад мы начали войну с Ираком, которая на первой стадии не была войной с террором и не ядерной войной, а обычной войной с применением вертолетов, самолетов, танков, артиллерии и зенитных батарей. Я не принимаю аргумента о бесконечной силе Израиля.

В должности председателя комиссии Кнессета по иностранным делам и обороне я был посвящен в самые сокровенные секреты Израиля. Я был посвящен в такую информацию, о существовании которой не подозревали большинство министров и генералов. Я погрузился в глубины национальной безопасности, и я могу сказать вам, что в соотношении размера страны к численности населения (7 миллионов), наша сила, действительно, потрясающая. Но в отношении угрозы, исходящей от нашего непосредственного окружения, эта сила разумна, а иногда даже недостаточна».

«Израиль очень сильная страна. Но его сила не гарантирует ему мир и безопасность. Его сила не гарантирует ему победы в каждой кампании и даже в каждом сражении. Это потому, что Израиль это аномалия. Это Гулливер в теле лилипута».

«В войне, которая может начаться при оптимальных условиях, Израиль может выжать из себя атакующую силу средней мощности. Наша авиация, например, не только превосходит всех наших соседей, но в определенном смысле, мы даже превосходим американские и английские ВВС. Но сила Израиля сжата на очень маленькой площади. У Израиля крохотные размеры, и невозможные границы.

А площадь имеет значение. В вопросах современной национальной безопасности, площадь принимается в расчет. А у Израиля почти нет территории. У Израиля нет стратегической глубины. Это наша ахиллесова пята, и это может поставить под угрозу наше существование».

«Во Второй мировой войне можно было создавать военно-полевые аэродромы за 10 км от линии фронта. В войне Судного дня аэродромы былина расстоянии 30 км от линии фронта, а сегодня для нормальной работы военного аэродрома нужна глубина в 50 км.

У Израиля таких аэродромов вообще нет. Все наши аэродромы, наши диспетчерские и наши электростанции и важнейшие стратегические объекты находятся в нескольких десятках километров от границы. Поэтому они могут стать объектами обстрелов ракет земля-земля дальнего радиуса действия, и они могут парализовать все наши ВВС.

Существует опасность сценария Шестидневной войны наоборот. По нашим аэродромам может быть нанесен удар такой же силы, какой мы нанесли по арабским аэродромам 5 и 6 июня 1967 года. Поэтому я вижу угрозу поражения Израиля в конвенциональной войне. Если мы не изменим нашу оборонную концепцию и принципы построения армии, то мы можем проиграть войну».

«То, что я говорю, является развитием предупреждения, сделанного генерал-майором Исраэлем Талем в 1996 году. Талик в свое время писал, что ВВС являются стратегическим столпом израильской безопасности, и перед лицом размещения сотен и тысяч ракет земля-земля вокруг Израиля, этот столп может рухнуть в течение пяти или десяти лет. Те десять лет уже прошли. С моей точки зрения, мы получили безусловные доказательства правоты Талика. Стратегический столп (оплот) израильской безопасности подрублен».

«Очень важно подчеркнуть, что я не паникер. Я вижу мрачную картину, но я верю, что Израиль может преодолеть эту опасность и найти решение. Но чтобы это произошло, нужно очень трезво проанализировать реальность. Высокомерие и шапкозакидательство некоторых высших офицеров ЦАХАЛа мешают этому. Следовательно, высокомерие опасно. Оно препятствует проведению критической дискуссии и ведет к стратегическому пренебрежению и базовым ошибкам в построении армии.

ЦАХАЛ концептуально негибок. Существует такая романтическая концепция, что войну выиграл героический летчик. Эта романтика иногда напоминает романтику поляков, которые считали, что невозможно выиграть войну без бравого кавалериста на лошади. Поэтому накануне Второй мировой войны поляки готовили кавалерийские корпуса, не понимая, что мир изменился.

Мир вокруг нас изменился тоже. То, что в прошлом казалось преимуществом Израиля, теперь работает против нас. Поэтому нам жизненно необходимо реорганизовать структуру нашей армии в соответствии с новыми условиями и новым стратегическим окружением. Мы не должны упускать из виду вражеские ракеты земля-земля и зенитные ракеты, как это произошло накануне войны Судного дня».

«У меня два главных предложения: увеличить морскую стратегическую глубину Израиля, превратив его в морскую державу, и тогда Израиль не будет зависеть от аэродромов и самолетов, а стратегическая оборона будет базироваться на тактических ракетах, котрые гораздо дешевле и точнее.

Если мы сделаем это, если мы превратим все восточное Средиземноморье в район, находящийся под израильским военным контролем, и если мы будем контролировать его с помощью военных судов, которые станут нашими огневыми точками, то мы сменим старый и хрупкий столп авиации на альтернативный, мощный оплот, создав огневую мощь тысяч ракет, обстрел которыми можно вести с моря, и мы не будем зависеть от аэродромов».

«Я вижу экзистенциальную конвенциональную угрозу, основанную на двух военных союзах: Египта с Саудовской Аравией и Сирии с Ираном. Египет вызывает у меня очень глубокую озабоченность. Я думаю, что Израиль проспал очень конкретную угрозу, исходящую от Египта. Когда он проснется, он увидит перед собой мощную военную державу».

«Нам не следует принимать на веру декларации Египта о мире и сотрудничестве, а смотреть на факты. И эти факты показывают, что в Египте была создана мощная армия. У Египта на границах нет врагов, у него нет территориальных конфликтов, но он вкладывает миллиарды долларов в создание самой мощной армии на Ближнем Востоке и Северной Африке.

Зачем Египет это делает? Цифры просто потрясают. Численность египетских ВВС приближается к израильским, но по числу танков, артиллерии, военных судов и ракетных батарей Египет нас намного превосходит. Египетская армия намного больше израильской. Египет строил армию в течение 25 лет, но за последние 10 лет произошли серьезные изменения».

«Начиная с середины 1990-х годов, вся египетская пропаганда и все военные учения были направлены против одного врага – Израиля. Начиная с 21 века, Египет вложил миллиарды в передислокацию своей военной инфраструктуры, переместив ее к израильским границам. Вначале ракеты земля-земля были разбросаны по всей территории Египта, теперь они сосредоточены в районе Суэцкого канала.

То же самое можно сказать о материально-техническом и интендантском обеспечении армии. Все концентрируется по обе стороны Суэцкого канал. Есть очень тревожные, возможно, самые тревожные признаки на Синае, о которых я не могу говорить. Проще всего сказать, что Египет создает армию из страха перед нами. Но есть и другие интерпретации: Египет готовится к войне. Если некое существо похоже на утку, ходит, как утка, и крякает, как утка, то, может быть, это все-таки утка. Если это похоже на приготовления к военной конфронтации и звучит как приготовление к военной конфронтации, так, может быть, это и есть приготовление к войне?»

Седьмой канал

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter


    Комментарии

Прокомментируйте новость или высказывание

Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.04131 sec