Румянцев: Налицо оживление отечественной атомной отрасли

22 сентября 2005
В связи с открывающейся в Вене очередной генеральной конференцией МАГАТЭ руководитель Росатома Александр Румянцев, который будет на ней представлять Россию, ответил на вопросы ИТАР-ТАСС.

ВОПРОС: Александр Юрьевич! Вы отправляетесь на 49-ю генеральную конференцию МАГАТЭ в Вену, выступите с докладом. Что российская делегация расскажет коллегам?

ОТВЕТ: На генеральной конференции все страны МАГАТЭ выступают с годовым отчетом и рассказывают о перспективах развития в сфере атомных технологий. Для России год был достаточно успешным. В декабре состоялся энергопуск третьего блока на Калининской АЭС. Станция уже находится в опытно-промышленной эксплуатации и выработала существенное количество электроэнергии. Этот блок уже дает ток в нашу энергосистему. Завершаются последние эксперименты и уже подготовлен акт государственной приемочной комиссии о вводе блока в промышленную эксплуатацию.

Поясню, что от энергопуска до ввода в промышленную эксплуатацию блока осуществляется серьезная программа, которая называется программой освоения мощности. Она расписывается почти на год и предусматривает проведение набора экспериментов уже под нагрузкой, когда работают все системы и проигрываются все мыслимые ситуации. Это очень ответственный момент.

Завершение строительства Калининской АЭС - весомое событие в отрасли. Мы возобновили ее сооружение три года назад. Тогда она находилась на стадии 35-процентной готовности. Кстати, достройка с такой низкой стадии готовности - первый такой опыт в новейшей России. В 1993 году мы запустили один блок в Балакове, в 2001 - еще один в Волгодонске. Но оба они были в очень высокой степени готовности - почти на 90 проц и даже выше. А вот с 35-процентной готовности, форсировано в течение трех лет, мы достраивали энергоблок впервые. И теперь, уже используя этот опыт, мы двинемся дальше по развитию наших атомных энергомощностей.

Мы занимаемся не только сооружением новых атомных блоков, но и продлеваем срок работы существующих, которые выработали свой проектный ресурс.

Замечу, что в некоторых СМИ, не разобравшись, говорят, что это, мол, опасно: вот, дескать, по проекту было 30 лет, а теперь Росатом механически распоряжается продлить их работу еще на 15 лет. Все совсем не так просто. В свое время, принимая решение о 30-летнем ресурсе работы новых АЭС, отраслевики еще не знали, как поведут себя материалы и оборудование АЭС. Теперь у нас есть этот опыт. А чтобы принять решение о продлении срока работы существующих АЭС, надо несколько лет готовиться: провести глубочайшее обследование выработавшего ресурс блока, заменить оборудование.

Такая глубокая реконструкция и стоит достаточно дорого. Иногда расходы по продлению срока эксплуатации блока доходят до 20 процентов от стоимости нового блока. Такой "операции" подверглись уже такие наши блоки, как 3-й и 4-й на Нововоронежской АЭС, 1-й и 2-й на Кольской АЭС, а также 1-й блок Ленинградской АЭС. Завершаем работы на 2-м блоке этой же АЭС.

Образно говоря, за последние пять лет с учетом новых блоков на Волгодонской и Калининской АЭС и продления ресурса действующих АЭС, мы добавили в наш энергобаланс около 6 гигават мощностей. Кроме этого, мы постоянно повышаем коэффициент использования установленной мощности всех действующих в России энергоблоков. Другими словами, каждый год мы прибавляем почти по гигаватту.

Скажем в МАГАТЭ и о других темах. У нас, например, в июле была международная конференция по новым подходам к ядерным топливным циклам. По инициативе МАГАТЭ и его генерального директора эль-Барадеи, этот вопрос почти два года готовился на уровне экспертов. Смысл в том, чтобы обеспечить странам, которые не обладают всеми ядерными технологиями все блага от использования мирной ядерной энергетики, но при этом ужесточить нормы, связанные с нераспространением ядерных материалов и ядерных технологий. То есть следует сформулировать некие новые подходы к топливным циклам.

Как известно, в ядерный топливный цикл входят: добыча урана, его переработка, изготовление топлива, сооружение атомных станций, работа этих станций, обращение с отработавшим топливом. Так вот, ставится вопрос о том, что не надо заводить ядерных технологий тем страна м, у которых этих технологий нет. Зато международное сообщество под эгидой МАГАТЭ должно быть готово все эти услуги предоставлять и снять с них головную боль по обращению с отработавшим топливом.

Именно так мы поступили с Ираном. В феврале мы подписали соглашение о возврате с будущей АЭС в Бушере отработавшего российского топлива на АЭС. И страна - в данном случае Иран - получает и новую АЭС, и гарантированные поставки топлива, весь комплекс услуг.

Московская конференция показала, что есть предпосылки к мощной интернационализации ядерных топливных циклов и не обязательно в каждой стране иметь всю эту цепочку. Финляндия, например, имеет АЭС и будет строить еще одну. После завершения строительства этого нового блока Финляндия уже выходят на тот уровень, когда она откажется от покупки электроэнергии, удовлетворив за счет АЭС все свои внутренние потребности.

ВОПРОС: Не слишком ли велика зависимость остальных стран от пяти государств ядерного клуба?

ОТВЕТ: Судите сами. В Японии, не входящей в эту пятерку, делают огромное количество оборудования для АЭС. Тоже самое в Германии. Приведу пример. В следующем месяце будем пускать Тяньваньский энергоблок - первый блок, сооруженный в Китае при российском участии. Так там всю систему управления делала немецкая компания "Сименс". Идет интернационализация строительства атомных станций.

Эта тема становится очень серьезной, и первая проба в виде международной конференции в Москве дала положительный результат. Однако уже возникает большое количество вопросов. Например: как гарантировать поставку топлива? Топливо производится корпорациями, которые совсем не обязательно являются государственными. Даже в России это акционерное общество "ТВЭЛ", пусть и со стопроцентным государственным участием. Но все равно, как дать государственную гарантию частным и акционерным компаниям? Ведь государство не может поручиться за частный бизнес, а частный бизнес не может дать гарантию государству.

Надо уже сейчас грамотно подготовить и заключить какой-то новый договор подобный договору о нераспространении ядерного оружия. То есть, столь же весомый, сколько четко выполняемый. И кто знает, в будущем может появиться и определенная специализация в этой сфере. Какие-то страны будут поставщиками урана, какие-то будут осуществлять услуги по его обогащению. Кто-то вложится в производство топлива.

Пока разве что Франция, обладающая уникальными технологиями, может взять на себя создание замкнутого топливного цикла, включая переработку отработавшего топлива. Если в России есть мощности по переработке сотен тонн ядерного топлива в год, то Франция может перерабатывать тысячи тонн по полной технологической цепочке, когда отходов в окружающую среду практически не выбрасывается.

ВОПРОС: Попробуем заглянуть на несколько лет вперед. Каково ближайшее будущее международной и российской атомной энергетики?

ОТВЕТ: Отрасль стоит на пороге очень интересного времени. Особенно если учитывать усложняющееся положение с органическими видами топлива - нефтью, газом. А атомная энергетика на одних только существующих ныне реакторах может дать миру "паузу" еще на 150-200 лет, чтобы человечество решило вопрос о гарантированном обеспечении энергией. Сегодня атомная энергетика в мире вырабатывает 17 проц всей мировой электроэнергии. Эту цифру можно удвоить за 20-30 лет, и во вторую половину века можно войти со значительным увеличением атомных мощностей.

Китай заявляет, что к 2020 году введет в строй 40 новых блоков. Индия имеет амбициозную национальную ядерную программу. Иран заявляет, что в его планах строительство 20-25 ядерных блоков и уже сейчас на шесть блоков он готов заключать контракты, а на строительство двух уже скоро объявит международный тендер.

Сейчас Россия строит два блока в Китае и два в Индии, а один в Иране. У себя в стране после пуска блока на Калининской АЭС, мы можем начать достройку блоков - четвертого блока на Калининской АЭС, пятого - на Балаковской, еще одного блока на Волгодонской АЭС.

Так что налицо оживление в мировой и отечественной атомной отрасли. Кстати, Россия сейчас уже точно соответствует средним мировым пропорциям в 17 процентов. Именно столько электроэнергии вырабатывается атомными станциями в общем энергетическом балансе страны. А в ее европейской части страны - треть, а на северо-западе страны - почти 40 процентов.

Словом, в текущем столетии на международном атомном рынке работы хватит для всех. Потенциальный рынок в ряде регионов мира для российских предприятий атомной отрасли также останется весьма обширным. Индия, где мы уже строим два энергоблока, постоянно обращается к мировому сообществу с просьбой построить еще несколько реакторов. Мы надеемся начать строительство новых энергоблоков в Китае, в других странах.

Болгария объявила международный тендер на строительство нового блока. Чехия начинает задумываться о сооружении новых блоков. Активизируется ближнее зарубежье. Украина, Казахстан, Белоруссия и Армения планируют начать работы по сооружению новых энергоблоков. Российскими специалистами ведутся переговоры о сотрудничестве в области возможного строительства АЭС и опреснительных установок с ядерными реакторами в ЮАР, Египте, Вьетнаме и Малайзии.

ВОПРОС: Когда начнутся реальные работы по строительству термоядерного международного реактора во Франции по проекту ИТЭР?

ОТВЕТ: Недавно российская делегация вернулась из Кадараша с международной встречи, где рассматривались организационные вопросы начала этого строительства. Уже обсуждены оргвопросы подготовки соглашения по реализации проекта ИТЭР. Мы неуклонно движемся к началу работ по сооружению реактора. У нас есть поручение правительства - после подписания этого соглашения в трехмесячный срок представить свои соображения о том, как мы будем участвовать в строительстве ИТЭР.

У нас есть что предложить, есть вещи в которых мы сильны. Например, у нас есть хорошие разработки в термоядерной области. На стадии моделирования будущего реактора наши предприятия уже выполняли ряд реальных заказов. Каждая страна будет участвовать своими техническими разработками, и Россия в этом отношении не исключение. Мы могли бы представить в проект оборудование по нагреву плазмы, сверхпроводники. Другими словами, нам бы хотелось участвовать в этом проекте высокотехнологичным вкладом, а не деньгами. Хотя денежная форма вклада России в этот проект тоже может присутствовать.

Особо учтен вклад в этот проект Японии, которая долго претендовала на то, чтобы его реализовали на ее территории. Чтобы отметить ее вклад, даже введены особые термины: страна-хозяйка /Франция/ и страна-нехозяйка /Япония/. Японии отдана роль мощного научно-исследовательского центра поддержки этого проекта. После того как во французском Кадараше будет сооружена установка, которая даст положительные результаты, Япония будет кандидатом №1 на возведение уже демонстрационной термоядерной электростанции. Япония пошла на подписание соглашения по ИТЭР, понимая, что ее роль в проекте оценена очень высоко.

ВОПРОС: Россия готовится в будущем году председательствовать в "большой восьмерке". Одной из тем российского председательства станет энергетическая безопасность. Что это означает для вашей отрасли?

ОТВЕТ: Здесь надо смотреть шире. Председателю "восьмерки" нужно будет продемонстрировать, как обеспечивается национальная энергетическая безопасность, не только атомная. Имеются в виду точная поставка энергоносителей, добыча сырья, транспортировка, переработка. Речь идет о безопасности не только с точки зрения защиты от инцидентов, но прежде всего с точки зрения устойчивости экономики государств.

Энергетика - это ведь первичное звено, от которого зависит развитие каждого государства. И для этого, конечно, очень важно представлять себе будущее атомной энергетики. 150-200 лет за счет тепловой энергетики еще можно продержаться, но человечество должно иметь линию крупномасштабного развития энергетики на отдаленное будущее. Это - реакторы на быстрых нейтронах, сырье для которых имеется неограниченно на период в тысячи и более лет. Это запасы обедненного урана, которые могут быть вовлечены в энергетический оборот с реакторами на быстрых нейтронах и замкнутым топливным циклом. Из природного урана вырабатывается плутоний, который потом вовлекается в топливный цикл и уже из него фабрикуется топливо для АЭС. И такое топливо уже успешно используется в реакторах в Западной Европе. Мы у нас в стране его тоже используем в опытном масштабе. Плутоний, который раньше был оружием, теперь будет вовлекаться в топливный энергетический оборот. И, естественно, термояд. Недавно было подписано соглашение о сооружении первого экспериментального международного термоядерного реактора.

В рамках МАГАТЭ мы сотрудничаем со всеми странами "восьмерки". Сейчас США являются безусловными лидерами в проекте реакторов "четвертого поколения". Они подошли вплотную к подготовке проекта очень экономичного, коммерческого реактора, с повышенными характеристиками безопасности. Это важное возможное направление сотрудничества.

Второй момент. Россия, как известно, инициировала проект ИНПРО, который нацелен на дальнюю перспективу широкомасштабного развития атомной энергетики. Многие страны, включая членов "восьмерки", проявляют к этому проекту повышенный интерес.

Другая сторона энергетической безопасности - вопросы нераспространения и защита от терроризма. Главный вопрос - чтобы в руки террористов не попали делящиеся ядерные материалы. Братиславский саммит президентов России и США сформулировал нам ряд поручений, учредил совместную группу по атомной безопасности . Мы с департаментом энергетики США ведем эту работу ежедневно. Первый доклад совместной группы мы сделали в конце июня двум президентам. Он был ими одобрен. Группа сейчас продолжает работу. Вот только что закончился семинар по культуре безопасности и проблемам нераспространения. К концу года отдадим президентам свой новый доклад.

ВОПРОС: Как обеспечивается защита российских АЭС от возможных террористических актов и нештатных ситуаций? Чем помогли в этом смысле недавние учения с участием сил ФСБ и МВД на Белоярской и Кольской АЭС?

ОТВЕТ: Мы постоянно проводим учения на наших ядерных предприятиях и приглашаем на них иностранных специалистов. Такие учения прошли не только на Белоярской АЭС. Мы провели учения в Сарове с очень серьезной вводной. По легенде, неустановленные лица захватили контейнер с ядерными материалами. Мы провели настоящие учения с захватом группы террористов. Взрывали железнодорожные вагоны, переворачивали вагоны с контейнерами, перевозившими ядерные материалы. Американцы наблюдали за учениями и дали им очень высокую оценку.

Что касается учений на Кольской АЭС, то там тоже была очень серьезная вводная, связанная с выбросом в атмосферу радиоактивности и эвакуацией персонала АЭС и жителей г. Полярные Зори. Все мероприятия были выполнены. Население эвакуировано, медицинские службы были приведены в полную готовность. Была проведена проверка препаратов, которые используются для ликвидации аварии и выброса радиации. В район Кольской АЭС из Нововоронежского центра в кратчайшие сроки выдвинулась спецколонна с оборудованием для ликвидации последствий условной аварии.

Террористические акты спрогнозировать невозможно, но к этому необходимо быть готовым. С момента аварии в Чернобыле человечество извлекло много уроков. Сейчас строятся совершенно другие реакторы и разрабатываются адекватные меры защиты ядерных объектов. Но всего предусмотреть невозможно. С терроризмом надо бороться. Поэтому мы вместе с США - две страны, имеющих большой опыт, вызвались активизировать свою работу в антитеррористических мероприятиях и действенно ее осуществляем.

ВОПРОС: Когда по Вашему мнению начнутся реальные работы по возведении нового укрытия на четвертом блоке Чернобыльской АЭС? И каким будет участие в этих работах российских предприятий?

ОТВЕТ: Мы готовы участвовать в этих работах. Украинское атомное ведомство и правительство Украины объявляло разные конкурсы. Есть готовые проекты нового укрытия, где российским предприятиям не отводится лидирующей роли. Много средств уже израсходовала Франция на эти работы. Существующее укрытие находится не в очень хорошем состоянии, но нагнетать страхи нет оснований. Просто надо своевременно провести работы, застраховаться от нештатных ситуаций, будь то образование трещин или частичное разрушение.

Я надеюсь, на Украине придают первостепенное значение сооружению нового перекрытия. Россия не является лидером в этом процессе, но готова оказать помощь Украине всеми имеющимися у нас техническим средствами. Наша квалификации в таких работах высока и ее хватит. Мы сооружали нынешнее перекрытие, оно сооружалось как временное и было рассчитано примерно на пять лет, а простояло уже около двадцати.

ВОПРОС: На конференции МАГАТЭ речь зайдет, как можно ожидать, в достаточно жесткой форме, об иранской ядерной программе. Мы Ирану помогаем сооружать АЭС в Бушере...

ОТВЕТ: Позиция России по иранскому ядерному вопросу изложена в официальном заявлении МИД России. Его основные моменты: МАГАТЭ ведет мощный мониторинг деятельности Ирана по ядерной программе. Иран является членом Договора о нераспространении ядерного оружия. Иран этот договор подписал и, кроме того, взял на себя дополнительные обязательства - так называемый дополнительный протокол. Тем не менее остаются еще некоторые вопросы, которые нуждаются в прояснении по линии МАГАТЭ, которая ведет высокопрофессиональную работу в этом направлении.

И Россия считает, что такой формат нужно сохранить и на будущее. Нет предпосылок для передачи этого дела для рассмотрения в Совете Безопасности ООН, хотя и раздаются из ряда стран такие предложения.

В Иране мы в следующем году совершенно точно выходим на физический пуск первого бушерского блока. И в принципе мы ведем в рамках МАГАТЭ диалог с нашими коллегами и с евротройкой, в частности, о том, что мы могли бы совместно расширять наше участие в Иране по строительству новых блоков.

Иран на одной из конференций МАГАТЭ обратился к мировому сообществу с просьбой помочь в сооружении шести новых блоков по тысяче мегаватт каждый. Как я понимаю, бизнес многих стран очень заинтересовано смотрит в сторону Ирана.

Иран имеет полное право на развитие ядерной энергетики. Нужно выработать такой механизм в отношении их ядерной программы, чтобы и Иран получал максимальную выгоду от сотрудничества с другими странами, и другие страны могли бы загрузить свои предприятия, выполняя его заказы.

Основной вопрос, который задают критики - зачем Ирану нужна ядерная энергетика, если у них есть большие запасы других видов энергетического топлива ? Да затем же, зачем и России. У нас тоже много нефти и газа. Но с точки зрения экономии запасов этих невосполняемых ресурсов, мы и развиваем свою атомную энергетику. Иран тоже так считает. Он хочет развивать свою ядерную энергетику. А при росте цен на нефть и газ, он будет использовать средства от их продажи для пополнения своей экономики.

ВОПРОС: Значит, можно представить совместное предложение России и "европейской тройки" по тендеру на строительство блоков АЭС в Иране?

ОТВЕТ: Ну, например. Россия ведь очень активно взаимодействует с Западом, когда сооружает свои атомные блоки. Я уже приводил пример Китая, где германский "Сименс" поставляет оборудование для систем управления. Мы активно поддерживаем все наши международные контакты. Почему бы не перенести эту практику и в Иран.

ВОПРОС: По Вашей оценке, будет ли иранский вопрос передан в Совет безопасности ООН?

ОТВЕТ: На Совете управляющих МАГАТЭ позиция России была заявлена: нет пока причин, чтобы рассматривать этот вопрос как очень тревожный и передать его в более высокую инстанцию. Россия считает, что МАГАТЭ полностью справляется со своей миссией, адекватно действует в вопросе мониторинга в Иране. А Иран имеет право на развитие своей мирной ядерной энергетики.

ВОПРОС: И прислушаются к нашему мнению?

ОТВЕТ: Россия весьма уважаемая страна в МАГАТЭ…

ИТАР-ТАСС

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter


    Комментарии

Прокомментируйте новость или высказывание

Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03655 sec