По заветам Хомейни

15 апреля 2008
Татьяна СОЛОПОВА, Алексей ЦЫПИН, корреспонденты ИТАР-ТАСС в Иране — специально для «Огонька» Выборы в парламент Ирана ждали как тест на популярность нынешнего президента и его курса на противостояние с Западом. Тест вполне удался. «Огонек» присмотрелся к тому, как голосуют в стране, где о настроениях в обществе нельзя судить только по цифрам

Иранка, укутанная в традиционное черное покрывало, подняв вверх указательный палец, призывает соотечественников исполнить свой гражданский долг. Этот строгий образ иллюстрировал большую часть сообщений иранских СМИ о выборах в меджлис и отражал суть кампании: выборы в парламент здесь воспринимали как часть противостояния «врагам Исламской Республики», прежде всего США. Высокая явка должна была обезоружить тех, кто говорит о пропасти между народом и режимом в Исламской Республике.

Расчет на политическую активность себя оправдал. К урнам пришло 60 процентов избирателей—даже больше, чем во время прошлых выборов в меджлис, хотя из-за поправок в законе в голосовании не участвовали лица моложе 18 лет—наиболее политически активная часть общества.

«КОМПЕТЕНТНЫЕ» КАНДИДАТЫ
Сама кампания началась в январе с регистрации претендентов на 290 парламентских кресел. Желающих оказалось немало—свыше 7,5 тысячи. Однако лишь 4,5 тысячи кандидатов были одобрены органами исполнительной власти: согласно местному законодательству, Министерство информации (спецслужбы), Силы охраны правопорядка (полиция), судебные органы проверяют всех выдвиженцев на лояльность исламскому режиму и «пригодность» к парламентской деятельности. Главным условием для выдвижения кандидатуры является приверженность ценностям исламской революции.

Процесс рассмотрения так называемой компетентности претендентов вызвал нешуточные страсти. Дело в том, что большинство «отвергнутых» представляют реформистскую оппозицию. К этому лагерю тяготеют сторонники социальных и политических перемен, допускающие потепление в отношениях с Западом и не согласные с линией нынешнего президента Ахмадинежада, которая, по их мнению, угрожает стране изоляцией и даже военным конфликтом. Вместе с тем ошибочно видеть в этих силах несогласие с принципами режима: для них основы исламского строя так же незыблемы, как и для их оппонентов-консерваторов. Тем не менее «идеологический отсев» нанес сокрушительный удар по реформаторам. Они потеряли не только в количестве, но и в качестве кандидатов.

Кандидаты располагали всего 7 днями, чтобы ознакомить избирателей со своими программами. Веянием современности стала эсэмэс-агитация. К примеру, на мобильные телефоны авторов этих строк поступали призывы отдать голос то в поддержку некоего «потомка героя исламской революции», то выдающегося профессора Тегеранского университета. На местах методы были попроще. Жители местечка Сиях-Коле (юг страны) сделали ставку на разгуливающих по улицам… цыплят—на каждом из них красовалась эмблема потенциального представителя в законодательном органе.

ИЗБИРАТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕДУРЫ
В целом выборы проходили спокойно и организованно—никаких ЧП. В этом можно было убедиться и лично, побывав в Министерстве внутренних дел ИРИ, где работала одна из участковых избирательных комиссий и базировался Штаб по проведению выборов (ЦИК).

Хотя для мужчин и женщин проход в министерство осуществляется раздельно, сама процедура голосования гендерных различий не содержала. Этот непривычный для Исламской Республики шаг был мотивирован стремлением предотвратить образование очередей за бюллетенями. Самой удивительной особенностью стало беспрецедентное решение властей продлить голосование на 5 часов сверх 10 установленных по закону в связи с наплывом желающих выполнить гражданский долг. Руки проголосовавших были испачканы в синих чернилах: после получения бюллетеня у каждого избирателя снимают отпечаток пальца, чтобы исключить повторное волеизъявление. А трепетное отношение к электорату свидетельствовало о том, что каждый голос здесь ценится на вес золота. Хотя окончательные результаты не обнародованы, сопоставление имеющихся данных показывает, что новый меджлис будет включать около 140 консерваторов, 40 реформаторов, еще 40 независимых депутатов и 5 представителей национальных меньшинств (двух от армян и по одному от общин иудеев, христиан-ассирийцев, зороастрийцев). 25 апреля—второй раунд, в котором решится судьба около одной пятой мандатов.

Поскольку шансы реформистов были подорваны еще на старте кампании, главной интригой выборов стал итоговый расклад внутри консервативного лагеря—соотношение сторонников и противников курса президента Ирана Махмуда Ахмадинежада. Именно оценка политики нынешнего правительства, в первую очередь в области экономики, стала причиной расхождений между двумя блоками—Объединенным фронтом консерваторов и Расширенной коалицией. Последняя—ее представителей также называют «прагматики»—была образована преимущественно оппонентами главы исполнительной власти ИРИ. По данным местных источников, более половины из прошедших в меджлис кандидатов от консерваторов склонны поддерживать Ахмадинежада, остальные настроены более критично. Но различие не стоит преувеличивать: по таким ключевым вопросам, как развитие ядерной программы и вектор внешней политики страны, они едины. Тем не менее эта неоднородность в рядах «защитников принципов» может сыграть важную роль в период президентской гонки 2009 года. Другое дело, что резких изменений в любом случае ждать не стоит—последнее слово всегда за Наблюдательным советом, в который входят представители высшего шиитского духовенства.
Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter


    Комментарии

Прокомментируйте новость или высказывание

Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.04091 sec