Иранский девичник

07 октября 2005
Общепринятых слов, чтобы говорить о феминизме, в Иране не существует. Зато разводы здесь случаются не чаще, чем землетрясения

Людмила Бутузова

Женщина в чадре, лихо управляющая лошадью и автомобилем, стреляющая из лука и гоняющая футбольный мяч, — явление на востоке экзотическое. Тайная любовь к спорту у большинства мусульманок остается неразделенной. Иран, сделавший женский спорт вопросом государственной политики, — исключение из правил. это подтвердили и прошедшие в тегеране женские исламские олимпийские игры. Корреспондент «МН», наблюдавшая за спортивными состязаниями, разглядела и другие стороны иранской жизни

С прародительницами женского движения Розой Люксембург и Кларой Цеткин у корреспондента "МН" всегда были сложные отношения. Я вообще боюсь феминисток, готовых положить жизнь за равноправие полов. Поэтому сразу прикипела душой к одной иранской деятельнице, которая осветила злободневную проблему без всякой революционной патетики, но с чувством:

- Вот стою я перед вами, простая свободная женщина...

Тут уж стало совсем ясно, что не только феминистского движения, но даже и общепринятых слов, чтобы говорить о феминизме, в Иране не существует.

Надо заметить, что черная чадра, окутывающая свободную иранскую женщину с головы до пят, была ей к лицу.

Сироты московские

Московские журналистки, прикатившие в Тегеран для изучения женского вопроса, в своих нарядах выглядели не в пример вызывающе. Платки, которыми в соответствии с исламскими традициями следует покрывать голову, все время сползали, а рубашки, которыми положено прикрывать заднее место, до него либо не доставали, либо предательски задирались, доставляя массу переживаний блюстителям здешних нравов. Особенно косились мужчины. Но не так чтобы строго. Поэтому обряжаться в чадру ни одна из нас не стала.

Можно рассматривать это еще и как маленькую месть организаторам поездки с иранской и российской стороны. Чего-то они между собой недопоняли или не выясняли, но в итоге журналисток, изготовившихся "почувствовать, что значит быть женщиной в Иране", приняли за фанаток IV Исламских олимпийских игр для женщин, которые проходили в Тегеране в те же сроки.

Последствия были самые ужасные: в целях непонятно чьей безопасности у нас отобрали обратные билеты и паспорта, пичкали макаронами и мясом, как будто на убой, и изредка вывозили проветриться - из гостиницы к месту соревнований, где разрешалось фотографировать только укутанных в хиджаб гольфисток, а также стрельбу из лука и пистолета, где спортсменкам тоже не мешает эта целомудренная спецодежда.

Четырнадцать других видов спорта снимать не разрешалось, потому что девушки состязались без платков и в трусах, иногда даже в купальниках, что уж совсем... Народу в закрытых помещениях было мало: мужчинам смотреть на это оголенное безобразие не положено, а женщины болели не очень активно. Так что журналистская сборная из России пришлась как нельзя кстати. Тем более что от безделья мы с каждым днем фанатели все больше и больше, вплоть до полного озверения.

Но Игры все равно были интересными. Иран в конце концов победил, и нас отпустили на родину.

Вышли в люди

Обижаться, что хозяева показали нам только одну сторону своей жизни - спортивную, в общем-то несправедливо. Во-первых, кое-что было видно из окна автобуса. Например, забитые легковушками автострады, на которых женщин за рулем ничуть не меньше, чем мужчин. Причем те и другие ездят так своеобразно, что российским гаишникам хватило бы недели, чтобы обеспечить себя до конца жизни. Во-вторых, удержать женщин-журналисток взаперти можно только одним способом - намертво приковав к батарее наручниками. Слава Аллаху, Иран - не такая страна, смыться можно. Особенно, если знаешь куда. Но, например, слово "магазин" и "базар" таксисты понимают на любом языке. Мы, разумеется, туда не ездили, а стремились в университеты, где витает дух свободомыслия, и в общественные организации, которые поднимают иранских женщин на борьбу против мужской тирании.

Но не везло страшно. Вместо пламенных феминисток повсюду встречались благообразные тетушки, абсолютно довольные жизнью, режимом и мужьями. Закралось подозрение, что тяжкая доля женщин Востока, о которой не устают твердить западные исследователи, плод их собственного воображения.

Редактор одного популярного в Тегеране женского журнала не меньше получаса рассказывала, что тяжкая доля у ее соотечественниц была при проклятом шахском режиме, после Исламской революции все изменилось.

- Как изменилось? - встрепенулось журналистское сообщество.

- За одну ночь! - ответила редакторша, закругляя дискуссию.

С переводом явно было что-то не то. Толмач Катя поклялась, что перевела слово в слово. Не поверили.

- Давайте я вам своими словами расскажу, - предложила расстроенная Катерина. - До революции женщина в Иране была как кукла, муж ее наряжал и баловал. Сейчас женщины учатся, работают, занимаются политикой, готовят, стирают, за детьми ходят. Короче, вышли в люди, как в России.

Ну, вот, совсем другое дело! А то мы уже испугались, что у Ирана особый путь, и женщина от революции совершенно ничего хорошего не получила.

Золотые невесты

Переводчица Катя - русская. В Иран приехала ребенком, с матерью. Сейчас ей семнадцать. Собирается замуж за перса, но жить будут в Екатеринбурге, где этот несчастный мечтает работать инженером за три тысячи рублей в месяц.

- Что вы смеетесь? - удивилась Катя. - В Иране еще труднее содержать женщину. Ого-го, сколько надо! Золото, ковры. А если у него будет четыре жены? Каждой дай дом, обстановку и одежду. А он у меня небогатый и худенький.

Женитьба в Иране - дело затратное. Самая скромная свадьба - на 200 гостей - обходится в 5000 долларов. Платит жених, в редких случаях часть расходов берет на себя семья невесты. За день до свадьбы молодой человек должен принести в дом девушки подарки и золотые украшения, что означает его материальную готовность к совместной жизни. Золота должно быть не меньше 50 граммов, иначе жениху просто откажут. Впрочем, не накопив положенного золотого запаса, соискатель и не рискует заговаривать о свадьбе. Ряды неимущих холостяков растут, похоже, слишком быстро, и как с этим бороться - не совсем понятно. На правительственном уровне вроде бы разрешен "пробный брак" - сиге, но общественная мораль его не принимает, девушку, отважившуюся на сиге, почему-то считают проституткой.

После свадьбы мужчине предстоят большие расходы. Например, аренда квартиры, если нет своей. В Тегеране однокомнатная пятидесятиметровка с холлом и кухней стоит 200 - 300 долларов месяц, покупка своего жилья обойдется как минимум в 27 тысяч долларов. К тому же разумная иранская девушка вместо того чтобы очертя голову бросаться в объятия любимого, заключает с ним брачный контракт, в котором прописаны не только условия возможного развода, но и все подарки, которые муж обязан сделать ей в течение совместной жизни. Некоторые не скромничают и заказывают себе весь ювелирный прилавок в ближайшем магазине или по три шубы в месяц. Обучение за границей оговаривают для себя, как правило, образованные девушки, нацеленные на карьеру.

А легкомысленные девушки, нацеленные исключительно на безумную любовь, брачный контракт не заключают, а потом горько плачут, потому что становятся бесправной собственностью мужа. Он, например, заподозрив в неверности, может выгнать женщину из дома, оставив все подарки себе, не дать согласия на развод, тем самым лишив ее возможности выйти замуж еще раз. До недавнего времени женщин за прелюбодеяние могли приговорить к отрезанию конечностей и побиванию камнями. Но теперь, под давлением прогрессивной общественности, это средневековье отменено. И правильно. Кому это надо, чтобы пол-страны оказалось калеками? Что интересно: мужчина в Иране вообще вне подозрений.

Однако ни брачный контракт, ни его отсутствие не спасают разведенную женщину от разлуки с детьми - они остаются с отцом. Возможно, поэтому семьи в Иране крепкие, а разводы случаются не чаще, чем землетрясения.

Коран и женщина

Битва за детей - ключевой момент женской политики. Как-то так получилось, что на волне Исламской революции, когда аятолла Хомейни всячески благоволил к женщинам за их активность в борьбе против шахского режима, иранки не додумались решить этот вопрос в свою пользу, а теперь, похоже, поезд ушел, правители не заинтересованы в расшатывании исламских традиций. Но женщины все равно бьются как рыбы об лед.

Это вызывает раздражение шариата, полагающего, что в результате революции слабый пол и так заимел слишком много прав и свобод. Во всяком случае, не меньше, чем задекларировано в Коране. Что интересно: на университетской кафедре по исследованию положения иранских женщин ученые леди с жаром доказывали российским журналисткам, что Коран защищает женщину гораздо лучше конституции ИРИ, просто не все умеют его правильно толковать. Тем не менее отцы Исламской революции специальной статьей закрепили за мужчинами и женщинами равные политические, экономические и социальные права.

На практике, по словам активисток женского движения, все получилось не совсем так. Известная в Иране издательница Шахла Шеркят, смахивающая на нашу Хакамаду умением без бумажки употреблять в своей речи обороты типа "гендерная политика" и "гендерный принцип", пожаловалась, что иранской женщине практически невозможно пробиться в президенты, в меджлисе их тоже не больше десятка.

Причем кандидаток с либеральными взглядами под всякими предлогами отсеивают еще до голосования. Утешить ее мы смогли только тем, что и у нас в России женщинам тоже нелегко. Дамы-парламентарии избирателям почему-то не нравятся, разве что представительница "партии власти" Любовь Слиска, однажды на официальном приеме перецеловавшая сразу четыре десятка американских конгрессменов. Но этот опыт вряд ли сгодится иранкам, с Америкой у них напряженные отношения.

После неудачи на выборах в меджлис Шахла Шеркят сосредоточилась на работе в своем журнале, который просвещает женщин по вопросам экономики и политики, а также обеспечивает им бесплатную юридическую поддержку. Как при этом удается держать большой тираж и не обанкротиться, не совсем понятно. После раздумий госпожа Шеркят призналась, что денег на издание не хватает, иногда, чтобы заплатить сотрудникам зарплату, приходится продавать свой автомобиль и даже мобильный телефон.

Но чаще - идти на уступки читательской аудитории, которой кроме политики требуются развлекательные статьи о моде и украшениях, а в последнее время и практические советы по планированию семьи и предохранению от СПИДа. Наступив на горло собственной песне, отважная Шеркят первой в стране разъяснила читательницам, что для этого дела в аптеках существует презерватив, и надо обучать мужчин использовать контрацепцию.

Религиозные фундаменталисты в ужасе потрясали кулаками и плевались в адрес журнала.

- Но сделать они уже ничего не могут, - не без торжества заявила Шеркят. - Страна давно стала другой, сами люди не позволят повернуть ее к прошлому.

Плоды революции

Что еще, кроме разорительного брачного контракта, получили от Исламской революции мужчины узнать не удалось. В официальных источниках все внимание фокусируется почему-то только на женщинах, как будто только ради них свергали ненавистного шаха. Но все равно приятно, что наши иранские сестры неплохо распорядились плодами революции: учатся в вузах, причем студенток сейчас гораздо больше, чем студентов, для удовольствия занимаются спортом, работают. Последнее, похоже, тоже для удовольствия, потому что нести зарплату в семью женщина не обязана, а может тратить на что хочет. Большинство россиянок о таком счастье и не мечтают.

Какие соблазны наиболее предпочтительны у иранок, видно по слою косметики на их лицах. Несколько лет назад стали разрешены еще и пластические операции. Вообще-то иностранцев надо предупреждать, а то не знаешь, что и думать, когда чуть не у каждой третьей женщины на носу пластырь. Оказывается, в моду вошли прямые носы, от характерной персидской горбинки избавляются в частных клиниках в среднем за полторы тысячи долларов. Мужчины тоже не отстают - на исправление профиля огромная очередь.

Говорят, большой прогресс произошел на любовном фронте. Если раньше молодых людей знакомили только родственники, то теперь достаточно сесть в машину и погонять в центре по кругу. Понравившейся девушке кидают через открытое окно записку с телефоном, и если парень тоже ничего - она позвонит. Дискотек, где закручиваются молодежные романы, в Иране нет. Но это дело времени. Пока же "безлошадные" парни и девушки как бы нейтрально слоняются в людных местах, переглядываются, пересмеиваются, а что из этого получается, известно только Аллаху. А внешне все чинно, даже в автобус входят в разные двери: мужчины - в переднюю, женщины в заднюю.

К сожалению, углядеть новинки иранской моды можно только на манекенах. В публичных местах все женщины одеты в мусульманскую форму одежды хиджаб. Это такой комплект из платка, преимущественно черного, длинной рубашки и брюк, которые оставляют на виду только кисти рук и ноги не выше щиколотки.

К слову, чадру и хиджаб иранские женщины впервые надели 28 лет назад, в дни революции. Это была как бы демонстрация лояльности к лидеру антишахской революции и его исламскому окружению. Шаха благополучно скинули, но когда женщины захотели скинуть с себя черные одежды, было уже поздно - имам Хомейни издал указ об обязательном ношении революционной униформы. Не помогли даже многотысячные демонстрации протестов. Ничего, со временем женщины привыкли. Многие даже в хламидах выглядят как звезды Голливуда.

Главное для них, похоже, не в этом. Как сказала одна простая иранская девушка Захра, "чтобы стать свободной женщиной, вовсе не обязательно снимать чадру, свобода - в голове". Но лично я за 10 дней гостеприимного гостиничного плена эту истину сполна не прочувствовала. Придется, видимо, скатать в Иран еще раз.

Досье МН

Иран (до 1935 г. - Персия) - государство в юго-западной части Азии. На севере граничит с Азербайджаном, на востоке - с Афганистаном и Пакистаном, на западе - с Ираком и Турцией, на юге омывается Персидским и Оманским заливами. Территория - 1,6 млн. кв. км. Население - 65,5 млн. чел. Государственный строй - Исламская республика. Столица - Тегеран. Официальный язык - персидский (фарси). Основной экспорт: нефть, ковры, сухофрукты, продукция нефтехимии. Экспорт: промышленное и медицинское оборудование, электрические и электронные приборы. Уровень безработицы - 14%. В школах Ирана обучаются 7,7 млн. чел., в вузах - 1,6 млн. чел. Неграмотных старше 6 лет - 20% (свыше 9,5 млн. чел.). Публичных библиотек - 1600 с общим книгохранилищем в 12,5 млн. экземпляров. Абонентами числятся 40 млн. чел. В республике выходит 1740 периодических изданий, общий тираж прессы - 110 млн. экземпляров. Национальный напиток - чай. Потребление алкоголя строго запрещено.

Московские новости

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter


    Комментарии

Прокомментируйте новость или высказывание

Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03794 sec