Иран-Афганистан: Силы сближения, силы отталкивания

Владимир Пластун,
доктор наук, профессор, специально для Iran.ru

11 апреля 2012
Руководство Исламской Республики Иран (ИРИ) приоритетным направлением своей внешней политики считало и считает обеспечение безопасности от внешней угрозы и сохранение добрососедских отношений со всеми странами, но, естественно, в первую очередь с ближайшими соседями. Если исходить из протяжённости сухопутных границ, то после Ирака, длина границы с которым составляет 1458 км, второе государство-сосед – Афганистан с общей границей 936 км. Афганистан для Ирана близок еще и потому, что, во-первых, иранцы и афганцы – мусульмане, во-вторых, свободно общаются друг с другом без переводчиков и, в-третьих, обе страны имеют общее историческое прошлое.

Афганистан традиционно рассматривался Тегераном как зона своих интересов и он стремился не ослаблять влияние на своих восточных рубежах. Различия в уровне экономического развития, перманентная политическая нестабильность в Афганистане, сохраняющаяся вплоть до настоящего времени, с одной стороны, представляла собой с трудом преодолимые препятствия на пути укрепления взаимовыгодных отношений. С другой – обе стороны понимали, что разобщённость, искусственно поддерживаемая со стороны, снижает и уровень безопасности для обоих государств, и тормозит процессы торгово-экономического сотрудничества.

Во времена монархического режима Пехлеви, когда в Иране прочно обосновались американцы, Афганистан находился на периферии как региональных, так и геополитических устремлений. Всё резко изменилось после Апрельской революции 1978 года в Кабуле и особенно – после исламской революции в Тегеране в феврале 1979 г, провозгласившей лозунг «Ни Запад, ни Восток; только Ислам». Поэтому, выставив из своей страны американских советников, новое иранское руководство без энтузиазма отнеслось к появлению в Афганистане правительства, ориентировавшегося на Советский Союз. Иран делал всё, что могло бы содействовать сохранению и укреплению его влияния в соседнем Афганистане.

Обстановка в регионе ещё более осложнилась после ввода в Афганистан советских войск в декабре 1979 г. Придерживаясь прежней политики «ни Западу, ни Востоку», в Тегеране тогда приняли решение предоставить оппозиционным кабульскому режиму силам возможность создания на иранской территории центров подготовки вооружённых групп афганских моджахедов.

Нужно признать, что в значительной степени такому шагу способствовала экстремистская политика режима Тараки-Амина, направленная на ликвидацию афганских духовных лидеров, пользовавшихся большим авторитетом среди населения Афганистана. Отказ от подобных насильственных действий и проведение политики поддержки мусульманских богословов, предпринятое новым правительством во главе с Бабраком Кармалем, мало что изменило в отношениях между Тегераном и Кабулом. Ведь эти изменения произошли одновременно с вводом в Афганистан иностранных (советских) войск. Таким образом, исламское руководство не отказалось от поддержки моджахедов.
В итоге, сложилась противоречивая и парадоксальная ситуация: курс Тегерана на поддержку афганской исламской оппозиции, по сути, совпадал с действиями США и их союзников, а также Пакистана, Саудовской Аравии и нефтяных магнатов Персидского залива стран, направленными против Советского Союза.

После вывода советских войск и последовавшим за этим через два года падением правительства Наджибуллы, между бывшими союзниками, находившими поддержку и в Иране, началась вооружённая борьба за власть. Первоначально в Тегеране основная ставка была сделана на проирански настроенных хазарейцев-шиитов и представителей фарсиязычного населения Афганистана. Ирану приходилось лавировать в поисках такой силы, которая могла бы гарантировать стабильность на границах с беспокойным соседом. Но, как оказалось, Соединённые Штаты Америки сумели перехватить инициативу, и используя Управление межведомственной разведки Пакистана (УМР-ISI), выдвинули на передовые позиции Движение талибан (ДТ).

Лидеры талибов явно придерживались антииранских настроений, в связи с чем, Тегеран, по гласной и негласной договорённости с Россией, Узбекистаном, Таджикистаном и Индией, активно поддерживал антиталибскую коалицию. Непримиримость к талибам и взаимодействие с вышеназванными государствами объясняется ещё и тем, что ДТ проводило политику геноцида в отношении афганских шиитов-хазарейцев, которым Иран оказывал финансовую и военную помощь ещё до прихода талибов к власти.

Так или иначе, но выходит, что, выступая против талибов, иранцы противодействовали планам спонсора ДТ – США. Вскоре в Вашингтоне сообразили, что использование талибов принесёт Америке больше вреда, чем пользы в достижении главной цели в регионе Центральной Азии. В чём она заключается? По этому поводу стоит обратиться к авторитетному мнению недавно трагически скончавшегося разведчика-востоковеда генерала Л. В. Шебаршина: «Но что действительно нужно американцам в Иране? Давайте отрешимся от пропаганды. А нужны американцам в Иране контроль за нефтью, контроль за нефтяной инфраструктурой… И контроль над нефтью означает контроль над глобальной ситуацией. Американцы не испытывают недостатка в нефтяных ресурсах, но запасаются, забегают в будущее… Когда американцы вторгались в Ирак, Пол Вулфовиц, который в ту пору был заместителем министра обороны, говорил: «не демократия нам нужна, нам нужна нефть» [1].

Р. Сафаров совершенно верно отмечает: «Что бы Иран ни делал, что бы ни говорил, политическая система этой страны не устраивает Запад… Противопоставить им можно только единственный проект – это создание полноценного единого альянса в виде Евразийского сообщества стран. Основополагающим звеном здесь может стать Иран, но также сюда могут войти и Турция, и Афганистан, и Пакистан, и некоторые другие государства. На их базе Россия может создать некий союз стран, у которых имеются общие интересы и которые находятся под серьезным вызовом Запада» [2].

Иранская сторона уже намечала такой подход в региональном масштабе. Первым шагом, сделанным в 2010 году было предложение президента Ирана Махмуд Ахмадинежада «братским Афганистану и Таджикистану» создать единый фронт против Запада. Афганская сторона в лице президента ИРА Хамида Карзая, как писали СМИ, воспринял тогда идею Тегерана без энтузиазма, что, впрочем, легко объясняется расположением на территории Афганистана вооружённых сил США и НАТО, без которых Х. Карзай не может ступить и шагу. Ему «позволено» ограничиваться лишь гневной риторикой с осуждением действий иностранных военнослужащих, которые частенько «по ошибке» убивают мирных афганцев, то «по незнанию» сжигают священный Коран.

В 2010 г. иранская сторона стала оказывать материальную помощь центральному правительству Афганистана, что подтвердил непосредственно президент ИРА: «Здесь нечего скрывать. Мы признательны иранцам за такую помощь. Вашингтон тоже дает наличные некоторым нашим ведомствам» [3]. Американская администрация сразу же запротестовала: «Мы понимаем, что Иран и Афганистан являются соседями, но Тегеран не должен вмешиваться во внутренние дела правительства Хамида Карзая». Вот так ведёт себя государство, претендующее на роль мирового гегемона. Отношения между соседями, по мнению Вашингтона, должны контролироваться из-за океана.

***

У Ирана есть все основания опасаться военных действий против своей страны. Сейчас трудно сказать, каким образом может быть осуществлена эта гипотетическая, но не такая уж нереальная угроза. Американские СМИ, конечно, «самые демократичные» – это слаженный хор. В нём мы ежедневно слышим и устрашающие призывы к использованию против Ирана ядерного оружие, и обвинения в поддержке такого «замечательного» – американского же – изобретения как международный терроризм.

США всегда обставляют свои действия разного рода коалициями, соглашениями и т. п., но если разобраться, руководствуются они только эгоистическими национальными интересами, и есть реальное опасение, что когда дефицит энергоресурсов станет действительно острым, они не постесняются использовать и вооруженную силу. А это уже грозит расползанием войны по всему региону.


[1] Лекция Леонида Шебаршина, бывшего начальника внешней разведки КГБ СССР // http://shebarshin.ru/iran.html, 18.10.2006.
[2] Раджаб Сафаров: Западу чрезвычайно важно сменить политический режим в Иране // Голос России- http://rus.ruvr.ru/2012_04_03/70519958/ - 03.04.2012.
[3] Миротворческая эмиссия Ирана в Афганистане // Коммерсантъ, 27.10.2010.



Об авторе:

Пластун Владимир Никитович родился 2 октября 1938 года в городе Пятигорске. Работал матросом. Окончил Институт восточных языков при МГУ им. М. В. Ломоносова. Кандидат исторических наук. Преподавал в Военной Академии Советской Армии и Высшей Школе КГБ. С 1978 года работает старшим научным сотрудником в институте востоковедения АН СССР (Россия). Опубликовал около 300 научно-публицистических работ. Более 20 лет проработал на Востоке: в Иране, Афганистане, Индии.

Во время операции «Шторм-33», поменявшей в декабре 1979 года власть в афганской столице, Владимир Пластун был вторым секретарем Советского Посольства в Кабуле. Потом он не единожды возвращался в Афганистан, как соб. кор. «Правды» и не только.

Налетал 190 часов и более 1500 км прошел в колоннах и бронегруппах со спецзаданиями. Имеет 17 наград от правительства СССР и Афганистана.



Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03554 sec