Еще раз к итогам выборов в Иране: консолидация консерваторов и сохранение социально-ориентированной политики

Виктор Надеин-Раевский,
кандидат философских наук, старший научный сотрудник ИМЭМО РАН, для Iran.ru

10 апреля 2012
Обострение политической борьбы в Иране, которое справедливо отмерять еще с президентской избирательной кампании 2009 года, стало внутриполитической реальностью. К началу марта политические страсти в Иране достигли апогея. Избирательная кампания по выборам депутатов иранского меджлиса, проходила в жесткой борьбе кандидатов и ко «дню тишины», который в соответствие с конституцией страны наступил 1 марта, казалось бы, все кандидаты, оставшиеся в списке для голосования после прохождения «фильтра» в Совете стражей получили передышку.

Впрочем, даже последний день февраля принес неприятные известия в лагерь сторонников действующего президента Махмуда Ахмадинежада. Апелляционный суд Ирана оставил в силе приговор, который был ранее вынесен советнику президента по вопросам прессы и главе информагентства ИРНА и издательского дома «Иран» Али Акбару Джаванфекру. Напомним, что этот высокопоставленный чиновник в сфере масс-медиа осмелился утверждать, что черный цвет исламских одеяний иранских женщин пришел в Иран во времена шахской монархии из… Европы. По утверждению газеты «Хатун», принадлежащей издательству «Иран», европейцы одевались в черные наряды «для участия в распутных вечеринках». Кроме того, «за оскорбление высших лиц государства» Джаванфекр был приговорен судом первой инстанции к году лишения свободы и пятилетнему запрету на политическую деятельность.

Решение суда непосредственно перед выборами напоминало «последнюю соломинку», которая должна была «сломать горб верблюда». Впрочем, ранее тюремный срок для чиновника был сокращен до полугода. Соратники Ахмадинежада рассматривались консерваторами как проводники ревизионистского политического направления, которому приписывалось стремление ослабить влияние духовенства на политическую жизнь Ирана.

В парламентских выборах Исламской республики должны были принять участие 48,3 млн избирателей, которым и предстояло выбрать новый состав 290-местного однопалатного парламента – меджлиса. Своеобразие прошедших выборов заключалось в том, что на сей раз в борьбе за места в меджлисе отказались принимать участие иранские реформаторы, ключевые лидеры которых Мир-Хоссейн Мусави и Мехди Карруби находились под домашним арестом и призвали своих сторонников не принимать участие в выборах. Такая ситуация сложилась впервые после президентской кампании 1997 года, ставшей победной для президента-реформатора Мохаммада Хатами. Реформаторы на сей раз выразили сомнение в прозрачности избирательного процесса, а движущей протестной силой, призывавшей к бойкоту выборов, стал Фронт исламского участия Ирана.

Остальных участников кампании, которые поддерживают Рахбара – духовного лидера страны аятоллу Али Хаменеи условно разделяют на две группы. Одна поддерживает действующего президента Махмуда Ахмадинежада, другая – яростно его критикует. При этом само разделение консерваторов на два лагеря весьма условно. Так, пропрезидентским считается Фронт продолжения исламской революции, антипрезидентским – «Голос нации» во главе с депутатами предыдущего созыва Али Мотахари и Хамидом Резой Катузияном. Именно эти депутаты и являются наиболее непримиримыми критиками политики администрации Ахмадинежада. По мнению наблюдателей, у Объединенного фронта консерваторов, партии сторонников Хаменеи, называющих себя «защитниками принципов» были и наиболее сильные позиции. На мартовских выборах на один депутатский мандат претендовали в среднем 12 кандидатов, а для победы в первом туре партии достаточно набрать более 25% голосов избирателей.

Как и стоило ожидать, при сложившемся состоянии «политического поля», консервативные партии одержали на парламентских выборах убедительную победу. По итогам первого тура они завоевали свыше 200 мест в 290-местном меджлисе, в то время как реформаторы получат примерно 20 депутатских мандатов, что втрое меньше, по сравнению с предыдущим составом меджлиса. Конечно, 4 мая еще на 63 избирательных участках пройдет повторное голосование, в том числе и в Тегеране. Впрочем, оно не изменит уже сложившегося соотношения сил в парламенте.

Оказалась ли успешной тактика реформаторов по бойкоту выборов? Если судить по их результатам, то выбранный вариант действий, еще больше сократил и без того не слишком большое представительство депутатов-реформаторов в иранском меджлисе. Конечно, с точки зрения европейских политиков выборы прошли крайне вяло. Не было столь характерного для Ирана в последние полтора десятка лет соревнования между консерваторами и реформаторами. Соответственно укрепились и позиции ультраправого Объединенного фронта консерваторов, который консолидировал наиболее активных сторонников духовного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи.

Сам рахбар еще в ходе подготовки к выборам резко осуждал тактику бойкота, а их результаты высоко оценил. Остался доволен результатами и президент Махмуд Ахмадинежад, которого на Западе объявили «проигравшим». Впрочем, никакого противоречия в этом нет. Против «зеленого движения» боролись как ультраконсерваторы, так и сторонники президента, поэтому и те и другие могут считать результат и своей победой.

Призыв реформаторов к бойкоту выборов, вызвал резко отрицательную реакцию со стороны всего лагеря консерваторов, включая как сторонников Ахмадинежада, так и наиболее ярых критиков его политики. В этой ситуации принципиальным стал вопрос явки избирателей на участки. Сам рахбар призвал всех иранцев продемонстрировать единство страны «перед лицом врагов», а некоторые клирики вообще заговорили о том, что бойкот выборов – это грех. Впрочем, данная новация в исламе, по-видимому, получит дальнейшее развитие.

Иранские избиратели, по-видимому, вняли призывам духовных лидеров. По данным МВД Ирана, явка превысила 64% по стране в целом и 48% в самом Тегеране. Более того из-за явно возросшего количества избирателей, пришедших на участки для голосования МВД ИРИ было вынуждено продлить время голосования на 5 часов. Немаловажно, что в ходе предыдущих парламентских выборов, активность избирателей составила 55,4% по стране в целом, а в Тегеране всего лишь 33%.

Вывод напрашивается сам собой: вопреки надеждам Запада иранский электорат поддержал «исламский режим». Это означает, что поддержку получил и курс на мирное освоение атома, и непреклонная позиция иранских лидеров в противостоянии с Западом.

Отметим, что и «проигравший» президент Ирана Махмуд Ахмадинежад, на заседании кабинета министров в Тегеране, выразил признательность иранскому народу за историческое и массовое участие в парламентских выборах 9 созыва. Президент подчеркнул, что это стало серьезным поражением для мирового империализма и причиной для разочарования врагов Исламской революции. Высокая явка избирателей стала и косвенным свидетельством того, что большинство избирателей никак не могло поддержать противников Ахмадинежада на президентских выборах 2009 года. Ведь даже если к сторонникам реформаторов и противникам режима (хотя это не одно и то же) отнести всех без исключения избирателей, не пришедших к урнам для голосования, все равно большинства не получается. Впрочем, и на Западе, на собственных выборах, никто не считает воздержавшихся сторонниками оппозиции.

Однако выборы не надолго отвлекли участников внутриполитического процесса от взаимных атак. Ослаблением позиций президента Ирана Махмуда Ахмадинежада уже давно пытался воспользоваться иранский меджлис, на позиции которого постоянно наступал президент, вторгаясь в вопросы, находящиеся в компетенции парламентариев. Наконец, впервые, с 1979 года депутаты вызвали президента в парламент, потребовав ответа на ряд заранее подготовленных вопросов. 79 членов меджлиса сформулировали вопросы по социально-экономической политике государства, в том числе касательно отмены правительственных субсидий на топливо и продовольствие, роста инфляции. От лица всего меджлиса вопросы президенту задавал один из самых непримиримых критиков президентской администрации, депутат Али Мотахари.

В действиях организаторов мероприятия отчетливо просматривалось стремление поместить президента на «короткий поводок». Однако Ахмадинежад не только держался с достоинством, но и откровенно издевался над депутатами. Во-первых, он перенес свое выступление в парламенте на период после выборов, объяснив это тем, что не хотел быть обвиненным в попытке повлиять на их результаты. Во-вторых, он откровенно издевался над вопросами депутатов. Так, он высмеял новое правило, согласно которому члены парламента должны обладать ученой степенью магистра. По словам Ахмадинежада, ему показалось, что вопросы были составлены «людьми, которые получили степень магистра, просто нажав на кнопку».

Касаясь же самих вопросов, Ахмадинежад отметил, что вопросы были совсем не сложные, добавив, что он смог бы придумать вопросы получше. При этом, оценивая работу своего кабинета, президент заявил депутатам: «До сих пор мое правительство не совершило никаких серьезных нарушений. Если вы оцените нашу эффективность менее чем на 100%, это будет проявлением несправедливости и трусости».

Несмотря на и без того натянутые отношения с меджлисом, Махмуд Ахмадинежад продолжил проводить в жизнь свою социальную политику. На сей раз законодателей разгневало решение президента выплатить новые денежные пособия иранским домохозяйствам в рамках реструктуризации государственных субсидий без одобрения парламента. Парламентарии, в свою очередь посчитали, что решение о переходе ко второму этапу выплаты компенсаций домохозяйствам было принято слишком поздно т.к. администрация уже подготовила бюджет и источники финансирования второго этапа компенсационных выплат не ясны.
Следует пояснить, что больше года назад правительство Ахмадинежада отменило государственные субсидии на энергию и основные продукты питания, в результате чего цены на эти товары резко поднялись. Чтобы компенсировать рост цен семьям выплачиваются пособия. Социальная политика правительства вызывает недовольство парламентариев, которые и критикуют администрацию за реструктуризацию льгот. По мнению парламентариев, правительство вместо того, чтобы использовать деньги, сэкономленные на прекращении субсидирования энергопотребителей, для реинвестирования в производство энергии, просто передало их потребителям в виде денежных пособий.

Как бы жестко не критиковали социальную политику правительства, это не останавливает администрацию, которая приступила ко второму этапу монетизации льгот (первый этап проходил в 2010). На фоне роста инфляции и обесценивания национальной валюты правительство увеличивает ежемесячные денежные выплаты населению более чем на 50%. Дополнительные 730 тыс. риалов (около 60 долл.) будут перечисляться на счета большинства иранцев в виде ежемесячных выплат. К маю, программа охватит 80% населения (до настоящего времени компенсации получали 90% иранцев).

Односторонние санкции против Ирана, введенные ЕС и США могут помешать властям поддерживать существующие социальные программы, крайне важные для самой идеологии Исламской республики. Западные санкции нацелены на бойкот иранской нефти западными потребителями, что и должно лишить власти возможности получать доходы от экспорта нефти и соответственно ввозить продукты питания, бензин, которого в стране производится недостаточно и т.п.

Соответственно введены новые санкции против иранских банков, которые уже привели к сложностям в оплате поставок иранской нефти. Так, у «Ройял Датч Шелл» возникли трудности с оплатой долга в 1 млрд. долл. Иранской национальной нефтяной компании. Как заявляют в компании, наложенные на Иран односторонние санкции со стороны США и ЕС сделали платежи по долгам почти невозможными. Из-за угрозы санкций прекратила закупки иранской нефти и французская Total, хотя официально санкции вступают в силу только в июле.

Конечно, пока еще сохраняется и даже расширяется торговля с Индией, да еще с применением новой системы взаиморасчетов. Не падает объем торговли с Китаем. Не собиралась сокращать закупки иранских энергоносителей и Турция. Однако Вашингтон не ослабил давления на своего строптивого союзника и, похоже, Турция начала сдавать позиции и готова пойти на сокращение закупок.

Западные санкции, нацелены на дестабилизацию ситуации в Иране (как бы не пытались отрицать это западные политики). Однако внутриполитическое положение в стране не только остается стабильным, но и совершенно очевиден сдвиг общественных настроений вправо.

Возвращаясь к прошедшим выборам, отметим, что важен и итог выборов, и их ход. Призыв духовных авторитетов к исполнению «гражданского долга» был услышан избирателями и это подтверждается высокой явкой избирателей. Очевидно и другое: авторитет духовного лидера и других религиозных деятелей Ирана среди населения, по-прежнему крайне высок.

Однако трудно отделаться от мысли, что конфронтационная политика США и Запада позволила иранским консерваторам успешно справиться с «зеленым движением», да еще и при расширившейся общественной поддержке гонений на инакомыслящих. Вместо расширения сотрудничества с этой страной, что поощряло бы настроения в пользу проведения реформ в Иране, симпатий к сотрудничеству с остальным миром, Запад, ужесточением конфронтационного подхода, похоже, поставил задачу как можно теснее сплотить иранское общество на платформе жесткого антиамериканизма и антиевропеизма.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03655 sec