Панафриканская политика Ливии

23 декабря 2006
А.Б. Подцероб

Ливийское руководство всегда рассматривало африканское направление своей внешней политики как одно из важнейших. При этом в период «революционного романтизма» 70–80-х гг. им ставились следующие задачи:

— борьба с колониализмом, оказание помощи национально-освободительным движениям;

— приоритетное развитие отношений с «прогрессивными» африканскими государствами, поддержка «антиимпериалистических сил» в странах континента;

— обеспечение солидарности стран Африки с арабскими государствами в конфликте с Израилем, упрочение связей с африканскими мусульманскими странами;

— установление контроля над богатой полезными ископаемыми (в том числе ураном) полосой Аузу на севере Чада.

СНЛАД предоставляла достаточно серьезную помощь странам Африки, объем которой в 80-е гг. оценивался в 600 млн долл. (1) Наиболее активно при этом развивались отношения с такими государствами, рассматривавшимися в качестве прогрессивных, как Бенин, Буркина-Фасо, Гана, Конго, Мадагаскар, Эфиопия. Ливийцы оказывали помощь Африканскому народному конгрессу ЮАР и Народной организации Юго-Западной Африки.

В то же время на территории Ливии проходили подготовку боевики ряда оппозиционных правящим режимам группировок, что в 80-е гг. повлекло за собой разрыв дипломатических отношений с Джамахирией (2) Габона, Гамбии, Нигера, Сенегала, Сомали. Стремление обеспечить благоприятные условия для сохранения контроля над Аузу привело к вмешательству Ливии в гражданскую войну в Чаде, вводу в эту страну в 1980 г. ливийских войск и — в ответ на это — направлению туда французского, а в 1983 г. и заирского контингента.(3)

Изменение в конце 80-х гг. международной ситуации, и прежде всего отказ поддерживавшего СНЛАД Советского Союза от конфронтации с Западом, вынудили Триполи внести коррективы в свой внешнеполитический курс, в том числе и на африканском направлении. Ливийцы прекратили вмешательство в чадские дела, пошли на передачу вопроса об Аузу в Международный суд и согласились с вынесенным им в 1994 г. решением о принадлежности этого района Чаду. (4)

Качественный же сдвиг в отношении Триполи к Африке произошел в 1999 г., когда руководитель ливийской революции М. Каддафи выступил с инициативой создания Африканского союза по образу и подобию ЕС. Одновременно было декларировано, что центр тяжести во внешней политике Ливии переносится с арабского направления на африканское.

Ливийское руководство всегда сознавало, что сама по себе Джамахирия с населением численностью 4-5 млн человек не в состоянии играть весомую роль в международных делах. Отсюда, с одной стороны, вытекало стремление опираться на поддержку СССР, а с другой – добиваться объединения с арабскими странами (при том, естественно, понимании, что Триполи будет играть руководящую роль в объединенном государстве или союзе государств). Однако все многочисленные юнионистские попытки ливийцев окончились неудачей.

Более того, не только сама идея достижения арабского единства с течением времени канула в прошлое, но оказалось нереализованным и большинство планов создания субрегиональных группировок, включая Союз Арабского Магриба. Разочарование в Триполи усиливалось и тем, что страны региона не поддержали Ливию в «деле Локерби» и присоединились к введенным Советом Безопасности санкциям. Ливийцами не остались незамеченными ни достаточно сдержанная реакция арабских столиц на все усиливавшееся давление Соединенных Штатов на Ирак, ни их пассивность в отношении происходившего на палестинских территориях.

В этой ситуации перед ливийским руководством встал вопрос о смене приоритетов. В региональном контексте выбор здесь был невелик — либо арабы, либо Африка. Ничего иного с геополитической точки зрения не просматривалось и просматриваться не могло, и это в условиях, когда необходимость иметь «тыловую поддержку» стала для ливийцев особенно настоятельной с учетом разблокирования «дела Локерби» и начавшегося торга с Западной Европой и США об условиях нормализации отношений.

В построении тактики переориентации на Африку ливийская дипломатия осталась верна своим традиционным методам. Вместо тихой подковерной работы по сближению с африканскими странами Триполи сразу выдвинул крупную инициативу — формирование Африканского союза (АС). Тем самым Джамахирия выступила как страна, озабоченная судьбами континента и предлагающая кардинальное решение стоящих пред ним проблем. Одновременно ливийцы продемонстрировали Западу, что их поведение на международной арене продолжает изменяться к лучшему, поскольку они делали акцент на важности концентрации усилий АС на преодоление бедности и обеспечение экономического процветания, соблюдение прав человека и политическое урегулирование региональных конфликтов и при этом обходились без обычной для них в прошлом «революционной» риторики и превознесения «третьей мировой теории» М. Каддафи.

В Триполи не могли, конечно же, не отдавать себе отчет в том, что «первую скрипку» в АС, объединяющем таких региональных тяжеловесов, как Южная Африка, Египет или Нигерия, Ливии будет играть непросто. И здесь ливийцы достаточно умело разыграли те немногие козыри, которые имеются у них на руках. Поскольку с повышением цен на нефть на их страну вновь хлынул «долларовый дождь» (валютные резервы СНЛАД в начале нынешнего десятилетия превысили 7 млрд долл.), они стали вкладывать все больше средств в проекты развития в Африке, где уже действует 18 ливийских компаний, а также возобновили оказание финансовой помощи странам континента.

В политической сфере ливийское руководство, выступая с запросных позиций с требованиями форсировать учреждение наднациональных органов Афросоюза, к которым перешла бы часть суверенных прав государств-членов, и немедленно создать общеафриканскую армию, добилось образования в сжатые сроки руководящих органов АС (в частности, Африканской комиссии и Комиссариата), принятия решения о формировании африканских сил быстрого реагирования и т.д. Одновременно Триполи является активным посредником в урегулировании конфликтов в Африке (в частности, между Суданом и Чадом и в Дарфуре), учитывая в том числе и то, что установление мира способствует реальному продвижению к экономической интеграции и политическому единству континента.

Судя по всему, приоритет африканского направления является долгосрочным в политике Триполи, и в обозримом будущем Ливия будет следовать курсу на становление АС как эффективной региональной организации при параллельном наращивании двусторонних отношений со странами Африки.

1) Аль-Фаджр аль-джадид, 06.03.1987.

2) А.З. Егорин. Ливийская революция. М., 1989, с. 209.

3) Азия и Африка сегодня, 1984, № 5, с. 23-24.

4) The Europa World Year Book, 1995, vol. I. L.,1995, p. 772.

Институт Ближнего Востока

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03759 sec