Саудовская Аравия: какой должна быть ООН?

16 декабря 2006
Г.Г. Косач

Публикуя в мартовском номере 2006 г. журнала «Ад-Дипломасий» открывающую каждый номер печатного органа министерства иностранных дел королевства свою традиционную колонку, саудовский министр иностранных дел принц Сауд Аль-Фейсал назвал ее «Реформы и Объединенные Нации». Он считал, что «серьезные изменения в системе международных отношений, как и уровень вызовов, с которыми ныне сталкивается международное сообщество», требуют «пересмотра методов деятельности Организации Объединенных Наций».

Речь шла, в первую очередь, о пересмотре принципов формирования органов ООН с тем, чтобы воплощающая единство международного сообщества организация могла бы перейти от своего нынешнего качества как «инструмента сохранения мира» к более высокому, как считал саудовский министр, уровню своей деятельности, став «инструментом миротворчества».

Глава саудовского внешнеполитического ведомства считал, подчеркивая, что такова «точка зрения королевства», что Совет Безопасности ООН должен стать органом, в большей мере, чем ныне, отражающим «принцип международного консенсуса», что предполагает, что членство в нем должно соответствовать «справедливому географическому представительству», которое, в свою очередь, повысит уровень «эффективности и прозрачности» его работы.

Но, кроме того, С. Аль-Фейсал подчеркивал, что реформы, в которых нуждается ООН, должны включать «отказ государств - постоянных членов Совета Безопасности от права вето в отношении решений и процессуальных норм, касающихся выполнения уже принятых резолюций», «достижение большей координации действий Совета Безопасности и Генеральной Ассамблеи», «повышение роли Экономического и Социального Советов ООН», а также «координацию действий различных фондов и программ, реализуемых Объединенными Нациями».

Завершая свою публикацию в журнале «Ад-Дипломасий», С. Аль-Фейсал считал необходимым еще раз отметить, что «королевство рассматривает роль, которую ООН играет в современном мире, в качестве определяющей». Значение этой роли вытекает из того, что ныне, как никогда ранее, «человечество нуждается во взаимодействии и сотрудничестве ради того, чтобы найти справедливые решения насущных мировых проблем».

В свою очередь, их решение немыслимо без «учета уже приобретенных человечеством принципов, норм и положений, опираясь на которые оно будет способно усиливать свои действия в направлении развития позитивного взаимопонимания» между всеми членами «единой семьи народов мира», заинтересованной в «безопасности, мире и процветании всех наций».

Выражавшаяся С. Аль-Фейсалом точка зрения саудовского истеблишмента представала как важный показатель возрастающей роли Саудовской Аравии в сфере международных и региональных отношений и ее реальной заинтересованности в обеспечении стабильного развития, в первую очередь, Ближнего Востока и государств, составляющих арабо-мусульманское сообщество. Более того, эта точка зрения выступала едва ли не как наиболее яркое подтверждение эффективности тех изменений, которые происходят в сфере саудовской внутренней политики, заставляющих королевство корректировать и свой внешнеполитический курса.

Важно и другое обстоятельство, мнение главы саудовского внешнеполитического ведомства, высказанное в его концентрированной форме на страницах арабоязычного издания и предназначенное, в первую очередь, для «внутреннего потребления», в декабре 2006 г. получило свое практическое развитие.

Выступая 11 декабря 2006 г. в ходе работы Генеральной Ассамблеи ООН, посвященной вопросам реформы Объединенных Наций, полномочный министр саудовского министерства иностранных дел принц Машъаль бен Абдалла бен Абдель Азиз подчеркивал: «Королевство Саудовская Аравия поддерживает принцип справедливого географического представительства в Совете Безопасности в отношении как постоянных, так и непостоянных членов этого органа». Если этот принцип будет претворен в жизнь, то, по мнению саудовского полномочного министра, Совет Безопасности ООН «в лучшей мере будет решать задачу поддержания мира», а его деятельность «будет гармонизирована, как и обретет большую эффективность и прозрачность в деле решения существующих кризисных ситуаций, а также предотвращения способных вновь возникнуть конфликтов».

О чем, тем не менее, идет речь, когда Саудовская Аравия ставит вопрос о расширении Совета Безопасности или отказа постоянных членов этого органа ООН «от права вето в отношении решений и процессуальных норм, касающихся выполнения уже принятых резолюций»? В своем выступлении принц Машъаль ссылался на те резолюции Совета Безопасности, которые «касаются мира на Ближнем Востоке».

Он говорил о «двойных стандартах» в том, что касается израильской политики в этом регионе, подчеркивая, что политика еврейского государства (продолжение оккупации палестинских и некоторых арабских территорий, события лета 2006 г. в Ливане, как и продолжающиеся рейды израильской армии на Западном берегу и в секторе Газа) «делает невозможным установление мира на Ближнем Востоке». Более того, позиция «ряда государств, входящих в ООН», в той или иной мере «способствующих продолжению израильского курса оккупации и региональной гегемонии», «лишает Совет Безопасности возможности принятия решительных мер, которые были бы способны реализовать принципы ближневосточного мирного урегулирования».

А это, как подчеркивал саудовский полномочный министр, означает, что в регионе Ближнего Востока постоянно возникают новые очаги напряженности, поскольку региональные акторы в этом районе мира используют нерешенность ближневосточного конфликта ради реализации «собственных целей и задач». При этом, как отмечал принц Машъаль, действия Совета Безопасности могли бы быть успешными, поскольку существует «общеарабская позиция, воплощаемая принятой Бейрутской встречей в верхах Лиги арабских государств в 2002 г. инициативой Хранителя Двух Благородных Святынь короля Абдаллы бен Абдель Азиза Аль Сауда (в момент принятия этой инициативы наследного принца – Г.К.)».

Эта инициатива, продолжал он, «призывает к всеобъемлющему и справедливому миру на основе резолюций Совета Безопасности №№ 242 и 338, открывает путь к подписанию мирного договора, в рамках которого будут полностью возвращены оккупированные палестинские и арабские территории и создано независимое Государство Палестина со столицей Иерусалиме (Аль-Кудс)».

Заключая свое выступление, принц Машъаль подчеркивал: «Моя страна участвовала в переговорах различных уровней, как в рамках ООН, так и в иных встречах. Мы выслушали немало выступлений представителей стран-членов ООН, в которых содержались действительно серьезные и позитивные предложения в связи с проблемой мирного решения ближневосточного конфликта. Но все эти предложения остаются пока теорией, все еще далекой от своей практической реализации. Все это заставляет нас думать, что государства-члены Совета Безопасности и, в первую очередь, постоянные члены этого органа, смогли бы сыграть положительную роль в мирном решении сохраняющегося конфликта, но при условии, что позицию будет характеризовать рациональность, определяемая теми изменениями, которые уже произошли и происходят в глобальных масштабах мира».

Рациональность, по словам саудовского полномочного министра, и должна стать основой «коренного реформирования Совета Безопасности, в итоге которого он станет способен предотвращать кризисы, а не взаимодействовать с ними после того, как они возникнут».

Институт Ближнего Востока

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03853 sec