Внутреннее перемирие: политическое размежевание в Израиле в контексте соглашения о прекращении огня с палестинцами

10 декабря 2006
Владимир (Зеэв) Ханин

Арабо-израильский конфликт — это конфликт между евреями по поводу арабов

Старая еврейская мудрость


В конце ноября в негевском кибуце Сдэ-Бокер прошло специальное заседание израильского правительства, приуроченное к 33-й годовщине со дня смерти первого главы правительства Израиля Давида Бен-Гуриона.

На этом заседании премьер-министр Эхуд Ольмерт выступил с политической декларацией, провозгласившей готовность нынешнего правительства "с болью в сердце отказаться от части нашей сионистской мечты" и отступить с обширных территорий на Западном берегу р. Иордан, демонтировать расположенные там еврейские поселения. Эти действия, по мнению Ольмерта, могут привести к созданию "независимого палестинского государства с территориальной целостностью в Иудее и Самарии, обладающего полноценным суверенитетом и четкими границами". В ответ от палестинских арабов ожидается немедленное прекращение насилия и террора, признание права Израиля на "мирное и безопасное существование рядом с палестинцами" и отказ от требования о возвращении беженцев.

В поисках выхода

Как можно заметить, за исключением готовности взамен на возвращение захваченного боевиками ХАМАСа в июне с.г. капрала Гилада Шалита освободить "множество палестинских заключенных", в том числе и террористов "с кровью на руках" (чего ни под каким видом не готово было делать ни одно прежнее израильское правительство), новая речь Ольмерта отнюдь не стала идейным прорывом. Она не содержала никаких новых положений по сравнению с практически исчерпавшей себя "Дорожной картой" Джорджа Буша, ни провалившихся ранее планов разрешения израильско-палестинского конфликта, которые были выдержаны в духе почти похороненного второй интифадой принципа "мир в обмен на территории".

Похоже, что "негевская декларация" преследовала более прикладные цели. Во-первых, она была призвана обеспечить политическую динамику заключенному двумя днями ранее соглашению о прекращении огня. В рамках последнего ЦАХАЛ свернул точечные антитеррористические операции, целью которых было пресечь ведущийся из Газы палестинскими боевиками массированный обстрел реактивными снарядами израильского города Сдерот и других населенных пунктов западного Негева. Этот шаг, по мнению аналитиков, был обусловлен крепнущим в обществе убеждением, что избранная военно-политическим руководством страны тактика в сфере безопасности оказалась малоэффективной.

Так, согласно опубликованному 24 ноября опросу института "Дахаф", сделанному по заказу газеты "Едиот ахронот", лишь 18% респондентов полагали, что ЦАХАЛу стоит продолжать военные действия по прежней модели; 45% были уверены, что проблему ракетных обстрелов может решить возобновление переговорного процесса с арабами, а с точки зрения 30% опрошенных решение этой проблемы лежит в реоккупации сектора Газы с целью физического уничтожения инфраструктуры террористических организаций. В любом случае, 68% опрошенных израильтян считали, что правительство бросило Сдерот на произвол судьбы (1). Понятно, что долго игнорировать подобные настроения Ольмерт позволить себе не мог.

Во-вторых, декларация Ольмерта стала ответом на все более настоятельную необходимость срочно заполнить концептуальный вакуум, который возник после снятия с повестки дня ольмертовского "плана свертывания", что в свете созданной итогами второй ливанской войны новой политико-дипломатической реальности может стать критичным для выживания постшароновского истеблишмента. В этих условиях части его представителей озвучивание старых идей времен зари "мирного процесса" могло показаться наилучшим выходом из положения.

Первые реакции

Объявленное прекращение огня в Газе и попытки его распространения на Западный берег вызвали неоднозначную реакцию в политических кругах Израиля. Причем размежевание в этих кругах по данному вопросу едва ли не впервые после осуществленного А. Шароном более года назад "одностороннего отделения" от Газы пошло не столько между "синими" и "оранжевыми" (соответственно, сторонниками и противниками односторонних шагов), сколько по привычным линиям партийно-политических конфликтов.

По мнению оппозиции – как правой, так и левой, этот шаг Ольмерта свидетельствует о провале правительственной стратегии в отношении хамасовского руководства ПНА и связанных с ним террористических структур. Однако выводы, которые делают из сказанного оппозиционные фракции и, соответственно, предлагаемые ими рецепты решения проблемы радикально различаются.

С точки зрения правой оппозиции, тон в которой сегодня задают правоцентристский Ликуд и находящиеся правее него в политическом спектре Национально-религиозная партия (МАФДАЛ) и блок Национальное единство (НЕ), соглашение о прекращении огня лишь усугубляет ошибки и противоречия правительственной стратегии борьбы с палестинским террором. Господствующее в этих кругах мнение в полной мере выразили депутаты кнесета от фракции НЕ-МАФДАЛ Эфи Эйтам и Арье Эльдад, согласно которым "прекращение военных действий с израильской стороны — это безвозмездный подарок ХАМАСу и «Исламскому джихаду», который даст им необходимую передышку, после чего террор возобновится(2)"

Кроме того, в правом лагере опасаются, что декларация и шаги Ольмерта могут быть расценены западным и арабским миром как готовность правительства к далеко идущим безвозмездным уступкам, что в свою очередь позволит создать такой уровень дипломатического давления на Израиль, которому будет крайне сложно противостоять.

Такая динамика, например, может убедить руководство США согласиться с идеей Испании и Франции о проведении международной конференции по Ближнему Востоку, которую Израиль не сможет игнорировать. При этом не исключено, что, подобно Мадридской конференции 1991 г., когда в составе иорданской делегации появился ООП, с которым Израилю в конце концов пришлось иметь дело, на новой конференции в "обозе" ФАТХа уже появится и ХАМАС.

Наконец, соглашение о прекращении огня, в которое помимо абу-мазеновского ФАТХа вошли ХАМАС и некоторые другие радикальные исламистские движения, при том что боевые крылья этих организаций (якобы "неконтролируемые" официальным руководством) продолжают, хотя и с меньшей интенсивностью, обстреливать Сдерот, создает, по мнению лидеров правого лагеря, иллюзию "нормализации" этих группировок. Это в свою очередь может привести к прорыву дипломатической блокады, постепенной легитимации правительства ХАМАС и открытию шлюзов международной финансовой помощи без выполнения лидерами этой террористической организации ультимативных требований международного сообщества о разоружении, признании Израиля и прекращении насилия.

Решением проблемы, по мнению правых, является возвращение к идее проведения широкомасштабной военной операции в секторе Газы по типу операции "Защитная стена" 2002 г., когда инфраструктуре организаций террористов в Иудее и Самарии был нанесен такой удар, от которого они так и не смогли оправиться. Как заметил представитель правого крыла Ликуда, бывший глава комиссии кнесета по иностранным делам и обороне Юваль Штайниц, если "Израиль так и не воспользуется случаем провести подобную операцию в секторе Газы, это будет тяжелой ошибкой правительства, за которую мы еще заплатим в будущем цену в виде второй "Хизбаллы" на юге страны (3)"

Напротив, лидеры левого лагеря (к которому относятся леворадикальный блок Мерец, партии израильских арабов и находящиеся в оппозиции к официальному курсу правительства часть "новых левых" в коалиционной партии Труда) считают, что силовое давление на палестинцев в принципе непродуктивно. По их мнению, такая стратегия не решает проблемы обуздания террора в краткосрочной перспективе, а в долгосрочной делает нерелевантной идею территориального компромисса, которая этому лагерю, несмотря ни на что, видится как единственный способ урегулирования арабо-израильских противоречий.

Соответственно, левые в лице традиционных "спикеров" этого лагеря Йоси Бейлина и Захавы Гальон из Мерец и министра просвещения от партии Труда Юли Тамир требуют немедленно "перейти от слов к делу": возобновить переговоры с Абу Мазеном "без предварительных условий" и установить официальные контакты с правительством ХАМАСа. Более того, по мнению этих политиков, уже до начала этих контактов Израилю следует "в качестве жеста доброй воли" открыть доступ палестинцам внутрь "зеленой черты", освободить значительное число заключенных и возобновить финансовую помощь ПНА.

Чего же хочет правительство?

Естественно, представители правящей коалиции, по крайней мере, внешне решительно не согласны с подобными оценками оппозиционных фракций. Лидеры коалиционных партий настаивают на том, что Израиль пошел на соглашение о прекращении огня "с позиции силы" и, соответственно, получает максимальные выгоды от такого развития событий. Так, министр стратегического планирования и лидер партии «Наш дом – Израиль» (НДИ) Авигдор Либерман заявил, что радикальные палестинские группировки попросили о прекращении огня именно потому, что они абсолютно серьезно отнеслись к намерению израильского руководства начать широкомасштабную военную операцию в секторе Газы и возобновить точечные ликвидации лидеров террористов.

По мнению Либермана, это развязывает ЦАХАЛу руки для дальнейших действий, в том числе в направлении полного предотвращения контрабандных поставок в Газу вооружений и боеприпасов с территории Синайского полуострова. Примерно те же идеи высказал министр внутренней безопасности от правящей Кадимы Ави Дихтер, по мнению которого "палестинцы пошли на прекращение огня перед тем, как израильский кабинет министров должен был утвердить план широкомасштабной военной операции в секторе Газы (4)"

Даже если это все и так, следует признать, что правительство Ольмерта сегодня нуждается в снижении уровня напряженности вокруг Газы не намного меньше, чем в этом нуждаются палестинские арабы. Мнения комментаторов, которые пытаются оценить действительные причины инициативы по прекращению огня и политической декларации Ольмерта, в сущности, сводятся к четырем версиям.

Согласно первой, Эхуд Ольмерт в условиях нерелевантности его изначального "плана свертывания" (второго этапа одностороннего размежевания в Иудее и Самарии) произнес в Сде-Бокере примерно то, что он на самом деле имеет в виду. Иными словами, Ольмерт проявил готовность заполнять опасный для его группировки идеологический вакуум позаимствованной у левого лагеря идеей "двух государств для двух народов", которую он намерен воплощать за неимением других устраивающих его опций. В этих условиях председатель ПНА и глава "умеренного" ФАТХа Махмуд Аббас (Абу Мазен) опять становится "релевантным партнером", которому следует помочь овладеть ситуацией в автономии, в том числе либо вынудить ХАМАС войти в существующую систему израильско-палестинских соглашений, либо силой лишить его власти.

Согласно второй версии, Ольмерт скорее склоняется к идеям правого лагеря, однако по политическим, военным и особенно дипломатическим соображениям не готов "купить их на корню". Если верить этой версии, правительство намерено какое-то время в одностороннем порядке жестко соблюдать режим прекращения огня в Газе и, возможно, на Западном берегу, не обращая внимания на многочисленные нарушения этого режима со стороны палестинских террористов. Затем, если Абу Мазен и Хания не воспользуются предоставленным шансом "навести порядок в Газе", продемонстрировав международному сообществу, что "на палестинской стороне Израилю разговаривать по-прежнему не с кем", ЦАХАЛ нанесет "невиданный по силе удар по инфраструктуре террора", который качественно изменит ситуацию в сфере безопасности и, возможно, вообще снимет с повестки дня идею "независимого палестинского государства".

Третья версия исходит из стремления правительства хотя бы временно обеспечить затишье на "южном фронте" в преддверии ожидаемого военно-политическим руководством страны нового витка напряженности на севере. По оценкам генштаба ЦАХАЛа, если нынешнюю ситуацию в Ливане и вокруг него не удастся стабилизировать дипломатическими методами, Израиль может быть втянут в новый виток противостояния с радикальной ливанской шиитской организацией "Хизбалла" и, возможно, с Сирией.

Наконец, по четвертой версии идея возобновления политического процесса – не более чем "пропагандистский ход для внутреннего потребления", который вряд ли будет иметь какие бы то ни было далеко идущие последствия. Этот ход, отвечающий чаяниям определенной части израильского общества, будет призван превратить Ольмерта, как до него это удалось Шарону, в "нежный этрог" (любимца) израильских левых элит и контролируемых ими влиятельных СМИ и тем самым поднять упавший ниже критической отметки рейтинг его правительства.

Думается все же, что в нынешнем "центристском" правительстве отсутствует консенсусный взгляд на этот вопрос. Все опции пока открыты, и похоже, что Ольмерт, как до него Шарон, готов решать проблемы по мере их поступления

1) Едиот ахронот, 24/11/2006
2) Цит. по: радио "Голос Израиля-Решет Бет", 26/11/2006
3) Цит. по: Израильское ТВ, 2-й канал, 26/11/2006
4) Цит. по: Ха'арец, 26/11/2006 [на иврите].

Институт Ближнего Востока

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03908 sec