Перспективы ирано-грузинского диалога

30 ноября 2006
С.С. Воронов

Приблизительно месяц назад на фоне углубляющегося кризиса в российско-грузинских отношениях, казалось бы, зашедших в тупик, министр иностранных дел Грузии Г. Бежуашвили и министр энергетики Н. Гилаури направились в Тегеран с официальным визитом. Поездка, получившая широкое освещение в СМИ, позиционировалась как твердое намерение грузинского руководства на деле продемонстрировать свою стратегическую линию на диверсификацию источников импорта в Грузию энергоресурсов, что приобретает особую актуальность в преддверии надвигающейся зимы (этот период, как наглядно показали прошлогодние взрывы на магистральном газопроводе Россия–Грузия, весьма чувствителен для грузинской экономики).

По завершении поездки грузинских министров в Иран в экспертных кругах стала обсуждаться идея налаживания стратегического сотрудничества по оси Тбилиси–Тегеран. Объективные предпосылки для реализации такого плана имеются. В принципе, Иран может себе позволить отчасти удовлетворять грузинский спрос на газ в предстоящую зиму, а при дальнейшем сотрудничестве грузино-иранские связи могли бы приобрести более длительный характер и при умелом управлении ситуацией привести к конкретным стабильным дивидендам для обеих сторон.

В качестве демонстрации Г. Бежуашвили и Н. Гилаури подписали в Тегеране меморандум о сезонном обмене электроэнергией через распределительные сети Азербайджана. Грузинская пресса делала упор на весьма поверхностные пока еще успехи в реализации упомянутой диверсификации.

Удивляло на тот момент то, что с американской стороны не последовало никаких заявлений относительно установления связей (да еще в такой многослойной стратегической области, как энергетическое сотрудничество) между Грузией – самым очевидным союзником США в Закавказье и Ираном – членом пресловутой «оси зла» и непримиримым американским оппонентом.

Примечательны были и скудные, сухие комментарии с иранской и грузинской сторон по наиболее горячим вопросам международной повестки дня. На пресс-конференции по итогам переговоров со своим коллегой министр иностранных дел Ирана М. Моттаки очень аккуратно обходил тему российского фактора в энергетическом взаимодействии Грузии и ИРИ. Обе стороны усердно пытались обойти и ядерный вопрос, на фоне которого грузино-российский кризис и его потенциальное воздействие на диалог между Тбилиси и Тегераном просматривался очень выпукло.

После того как тема сотрудничества между Грузией и Ираном в энергетической области утратила свой первоначальный накал, в СМИ появились сообщения, из которых следовало, что диалог получает развитие. В частности, приводились конкретные данные о сроках работы межправительственной комиссии по экономическим вопросам (декабрь 2006 г.).

Совсем недавно в Тбилиси под патронажем посольства ИРИ в Грузии и национального инвестиционного агентства Грузии состоялся трехдневный бизнес-форум, в котором приняли участие представители предпринимательских и промышленных кругов Ирана. Они обменялись мнениями со своими грузинскими коллегами. Отмечается, что повестка дня была очень широкой и выходила за рамки энергетики, охватывая фармацевтику, машиностроение, строительство, производство одежды, продуктов питания, пластмассы, кожи и косметики.

Иранские бизнесмены подчеркивали, что готовы взять на себя до 85% инвестиций в любой совместный проект, намекая тем самым на принятое в Тегеране политическое решение всесторонне и высокими темпами развивать хромающее торгово-экономическое сотрудничество с Тбилиси. Озвучивались конкретные планы увеличения объемов иранских инвестиций в Грузию с нынешних 50 млн долл. США до астрономической цифры – 1 млрд долл. США.

Набирающая обороты динамика отношений была прервана внезапной серией заявлений, прозвучавших несколько дней назад. 17 ноября заместитель госсекретаря США М. Брайза, находясь в Тбилиси, сказал, что «отношения между Грузией и США настолько прочные, что этот вопрос (грузино-иранский диалог. – С.В.) не может влиять на них. Мы приветствуем старания Грузии диверсифицировать свой энергетический рынок, последнее время США поддерживали эту политику. У нас своя политика по отношению к Ирану, а Грузия может делать свободный выбор».

Спустя неделю как бы подбодренный одобрительным кивком из США, М. Саакашвили продолжил традиционные заверения о том, что грузинское руководство успешно ведет процесс диверсификации источников поступления в страну энергоресурсов: «Судя по информации правительства, все идет по тому направлению, которое мы и предполагали. Особых проблем, да и проблем вообще мы не ждем. В этом году Грузия впервые за свою историю – этого не было и во времена СССР – не импортирует, а экспортирует электроэнергию. Что касается природного газа… исходя из тех переговоров, которые мы ведем, газ у нас должен быть».

Следом за заявлениями президента Грузии в еженедельнике «Квирис палитра» было опубликовано интервью чрезвычайного и полномочного посла США в Тбилиси Д. Тэфт, из которого следовало, что отношение Вашингтона к грузино-иранскому сотрудничеству далеко не спокойное, как это пытались представить заинтересованные стороны. В частности, со слов американского дипломата стало известно, что высказывания М. Брайза были неправильно истолкованы, а долгосрочное, стратегическое партнерство Ирана и Грузии по вопросу о поставках газа для Вашингтона неприемлемо.

В тот же день премьер министр Грузии З. Ногаидели резко отреагировал на указанные поправки, проявившиеся в подходах США: «Я не знаю, что заявил газете посол США в Грузии, но что касается отношений с Ираном в энергетической сфере, то, естественно, у нас будут с Ираном энергетические взаимоотношения. Мы, наверное, закупим газ у Ирана, и у нас будет обмен с ним электроэнергией, как мы и планировали. Более того, у нас были разговоры с представителями США, с заместителем госсекретаря М. Брайза во время его пребывания в Тбилиси, и он заявил о том, что какие бы отношения ни были с Ираном у них самих, они не скажут нам и, естественно, не говорят о том, чтобы мы этой зимой умерли от холода и не покупали электроэнергию и газ из Ирана». 28 ноября иранские СМИ растиражировали это, по сути, антиамериканское, а оттого очень необычное заявление грузинского премьера.

Напрашивается вывод, что такой ход событий в большей степени выгоден для Ирана. Вопрос отношений с Грузией, несмотря на официальные заявления иранцев, в итоге вписался в американо-иранское противостояние на ядерном фронте. Это позволит Тегерану пополнить арсенал своих пропагандистских тезисов об агрессивной и эгоистичной позиции США по отношению к теперь уже, что немаловажно, своему союзнику — Грузии.

С другой стороны, Иран подводит грузинское руководство к пониманию того, что существует объективная необходимость пересмотреть свои взаимоотношения с Вашингтоном, который, как очевидно, может ради политических интересов проигнорировать потребность Грузии в газе в предстоящую зиму. В случае же налаживания с Тбилиси энергетического сотрудничества ИРИ продвинется вперед на направлении углубления своего присутствия в стратегически важном регионе Закавказья.

В этом русле, судя по всему, и будут развиваться ближайшие события. Так, 28 ноября глава сенатского комитета США по иностранным делам Р. Лугар на саммите НАТО в Риге заявил, что энергетика уже используется в качестве оружия, и страны НАТО должны быть готовы дать адекватный ответ на такие действия России или Ирана.

Институт Ближнего Востока

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.0417 sec