Об изменениях израильской политики на «палестинском направлении» в результате войны с «Хизбаллой»

08 сентября 2006
Алек Д. Эпштейн

В последние два месяца политические обозреватели и аналитики, пишущие об Израиле, заняты почти исключительно вопросами, связанными с войной в Ливане: готовился или нет ЦАХАЛ к этой войне? Что знала и что не знала военная разведка об арсеналах «Хизбаллы»? Насколько последовательны (или, напротив, зигзагообразны) были решения, принимавшиеся по ходу боевых действий израильским политическим руководством? Чем объяснялась поистине всенародная поддержка войны в Ливане гражданами Израиля? Откуда взялось то состояние, которое граждане европейских держав переживали в начальные дни Первой мировой войны – «невиданная волна патриотического подъема, с которым люди ринулись в схватку»?

Почему не была достигнута ни одна из официально заявленных Э. Ольмертом целей войны? Как случилось, что северные районы Израиля были практически брошены на произвол судьбы, а единственным, кто организовал временный городок для вынужденных переселенцев, оказался Аркадий Гайдамак, в то время как правительство совершенно равнодушно взирало на то, как сотни тысяч граждан стали беженцами в собственной стране? Слов нет: эти и другие вопросы имеют большое значение, и найти ответы на них, действительно, необходимо.

Однако не меньшее значение имеют и последствия этой войны, не имеющие непосредственного отношения ни к Ливану, ни к «Хизбалле», ни к северу Израиля. Прошел практически незамеченным тот факт, что в результате этой войны сильно изменилась израильская политика на палестинском направлении.

К возглавляемой Эхудом Ольмертом фракции Кадима принадлежат менее четверти депутатов парламента, причем, если бы выборы состоялись сегодня, согласно опросам, Кадима получила бы еще меньше мандатов. В результате сейчас стержневой для Эхуда Ольмерта является борьба за собственное политическое выживание, что заставляет его действовать с очень большой оглядкой на общественные настроения.

Ливанская кампания стала поворотным моментом в отношении израильского общества к политике уступок. Согласно данным проведенного в первых числах августа опроса, против «программы консолидации» выступили 58% израильтян. Маятник общественного мнения вновь резко качнулся вправо. В нынешних обстоятельствах Эхуд Ольмерт, коалиция которого «трещит по швам», не может себе позволить действовать вопреки столь недвусмысленной позиции большинства своих сограждан.

Однако следует напомнить: так называемая «программа консолидации», предусматривающая разрушение десятков еврейских поселений в Иудее и Самарии и принудительную эвакуацию их жителей, была основным пунктом предвыборной программы партии Кадима по вопросу будущего контролируемых территорий. Никакого другого плана недавно созданная, но сразу ставшая правящей, партия не предлагала (и не предложила до сих пор). Отказ от этой программы означает, что впервые за многие годы у израильского правительства нет никакой – вообще никакой – программы по палестинскому вопросу.

Можно было поддерживать идею возвращения большей части территорий Западного берега Иордании (как предлагалось в свое время в Плане Алона, а в 1987 году – в Лондонском соглашении Ш. Переса и короля Хуссейна), а можно было выступать против; можно было, подобно Леви Эшколю, поддерживать идею муниципальной автономии для палестинских арабов Западного берега, а можно было противиться ей; можно было заявлять, как в 1970-е годы Ариэль Шарон, что «Палестинское государство уже существует, и это – Иордания», а можно было выступать за иордано-палестинскую конфедерацию; можно было принимать «логику Осло», стержневой идеей которой было создание временной Палестинской Национальной Администрации, которая когда-нибудь в будущем превратиться в полноценное государство, а можно отвергать ее; можно выступать за «размежевание» («мы» – здесь, «они» – там, а по середине – граница и забор), а можно предлагать объявить Иерусалим открытым городом, единой столицей двух государств – Израиля и Палестины; можно требовать вывода израильских сил со всех занятых в ходе Шестидневной войны территорий, а можно, напротив, выступать за аннексию всех этих территорий и их присоединение к Государству Израиль…

Любая из этих программ, при всех очевидных различиях между ними, имеет ту или иную стратегическую перспективу, которую можно обсуждать, отмечая возможные позитивные и негативные последствия. Ныне же сложилась невиданная в прошлом ситуация: правительство Израиля не имеет никакого внятного представления о том, а чего же оно, собственно, хочет добиться на «палестинском направлении».

Соответственно, вопрос о том, какое будущее ждет спорные территории Западного берега (Иудеи, Самарии и Иорданской долины), сегодня открыт, как никогда прежде.

Кажется совсем не случайным, что 15 августа – спустя всего сутки после окончания боевых действий в Ливане – была опубликована информация о том, что специально созданная для рассмотрения этого вопроса правительственная комиссия пришла к выводу, что реализация «плана консолидации» не приведет к желаемым результатам и может обернуться катастрофой для Государства Израиль. Важно отметить, что «план консолидации» (под этим названием скрывается программа эвакуации десятков еврейских поселений и вывода израильских войск с большей части территории Западного берега Иордана), казалось бы, не имел никакого отношения к Ливану и «Хизбалле» – однако именно после (и даже больше того: во многом, именно в результате) Ливанской кампании было принято решение отказаться от него.

Комиссия в составе заместителя начальника Генштаба генерал-майора Моше Каплинского, генерального директора Министерства финансов Йоси Бахара, помощника юридического советника правительства по международному праву Матиаса Шавита и бывшего начальника отдела международного права в армейской прокуратуре адвоката Даниэля Райзнера должна была проверить все аспекты «плана консолидации» – финансовые, оборонные, юридические и международные.

Согласно поданному ими отчету, в случае эвакуации поселений и ухода ЦАХАЛа с территорий Западного берега (Иудеи и Самарии) резко возрастет опасность ракетных обстрелов городов израильского побережья, поскольку наиболее вероятным сценарием станет повторение выхода из сектора Газа. Таким образом, солдатам ЦАХАЛа придется снова и снова возвращаться на территории, чтобы предотвратить обстрелы.

Комиссия отметила, что с юридической точки зрения односторонний уход Израиля – с одновременной аннексией тех или иных блоков поселений – не получит международного признания (в отличие от ухода к так называемой «голубой черте» на границе с Ливаном в мае 2000 года, признанной международным сообществом в качестве реализации резолюции №425 Совета Безопасности ООН, или от ухода к «зеленой черте» в рамках так называемого «размежевания» в августе 2005 года). Таким образом, основная цель «консолидации» – признание международных границ Израиля – не будет достигнута. Тем более, что для того, чтобы предотвратить контрабанду оружия на подконтрольные ПНА территории, ЦАХАЛу придется контролировать всю границу между ПНА и Иорданией.

Кроме того, если Египет согласился поддержать одностороннее отступление из сектора Газа, то Иордания, большинство населения которой составляют палестинские арабы, видит в «плане консолидации» реальную угрозу своему существованию. Министерство финансов, со своей стороны, утверждает, что израильская экономика сможет выдержать расходы на эвакуацию пятнадцати тысяч семей и их расселение (в рамках «программы консолидации» предполагалось эвакуировать примерно 80–100 тысяч человек), но это отбросит ее развитие на несколько лет назад.

«Программа одностороннего отступления из Иудеи и Самарии скончалась, не родившись, ровно через год после осуществления ее предшественницы – программы «размежевания» с сектором Газы», – отмечает Алуф Бен в газете «Гаарец» (в номере за 24 августа). «Программа одностороннего отступления из Иудеи и Самарии, ради которой была создана победившая на выборах партия Кадима [и под знаменами которой Эхуд Ольмерт был в марте 2006 года избран главой правительства], потеряла актуальность», – вторит ему один из самых влиятельных израильских публицистов Дан Маргалит в своей статье, опубликованной 29 августа в газете «Маарив». «О смерти «программы консолидация» Ольмерт сообщил в ходе бесед с министрами», – оповестил читателей «Гаарец» 17 августа Йоси Вертер.

Лидеры Кадимы, слышавшие высказывания Ольмерта, сообщили газете «Гаарец», что их смысл сводится к тому, что план одностороннего ухода из Иудеи и Самарии не будет реализован, по крайней мере, в обозримом будущем. «При этом Ольмерт не подумал, что избиратели Кадимы и широкая общественность заслужили более подробной информации о крахе концепции, лежавшей в основе политики нынешнего правительства», – возмущался Алуф Бен, добавляя, однако: «Видимо, он [Эхуд Ольмерт] решил, что израильтяне сами обо всем смекнули под аккомпанемент летящих из Ливана “катюш”». Круг замкнулся.

4 сентября, выступая перед комиссией Кнессета по иностранным делам и обороне, Эхуд Ольмерт отметил: «Ситуация изменилась. Первоочередность предпочтений, которая была верна раньше, уже не действует». Председатель Кнессета Далия Ицик пригласила войти в правительство лидеров трех партий правой оппозиции (Ликуда, НДИ и «Национальное единство»), недвусмысленно выступающих против «плана консолидации». На сегодняшний день истэблишмент в целом отдает себе отчет, что, выражаясь словами Дана Маргалита, стране нужно «полное примирение с нашими “оранжевыми” братьями. Нужно отложить старые споры ради нашего общего спокойного будущего».

Однако, к сожалению, ближайшее будущее едва ли будет «спокойным»: вызов, брошенный Израилю иранской ядерной программой, требует адекватного ответа, который не вписывается в сколь угодно широкое определение слова «спокойствие». Израиль находится сегодня перед угрозой самому факту своего существования, и стране нужно единение, подобное тому, которое было достигнуто в ходе Шестидневной войны в июне 1967 года.

Ракеты «Хизбаллы» вместе с иранской ядерной программой похоронили «план консолидации». Подобно тому, как в 2000 году еврейские поселения Голан были спасены неуступчивостью Хафеза Асада, а поселения в Иудее и Самарии – неуступчивостью Ясира Арафата, отвергнувших все предложения Эхуда Барака и Билла Клинтона, сегодня израильская готовность к уступкам на «палестинском направлении» была остановлена иранскими аятоллами и направляемыми ими силами «Хизбаллы». В ближайшие год – два палестинцы могли рассчитывать на уход Израиля с большей части территорий Западного берега, на которых они могли бы строить свою государственность. Однако сейчас представляется очевидным, что этого не произойдет.

После пятнадцати лет тех или иных переговоров с теми или иными представителями палестинских арабов – переговоров, которые раскалывали израильское общество изнутри, Израиль вступает в новую эпоху, которая может стать началом внутренней консолидации израильского общества. Сегодня у израильского руководства нет никакой программы по палестинскому вопросу – и именно отсутствие такой программы позволяет рассчитывать на то, что удастся достичь какого-то внутриполитического консенсуса.

Палестинцы, однако, никуда не исчезнут, и рано или поздно такую программу нужно будет вырабатывать. Однако до этого израильское руководство, вероятнее всего, постарается объединить общество для решения другой стоящей перед страной проблемы – иранской.

Институт Ближнего Востока

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03752 sec