А. Лариджани о ядерном предложении «шестерки»

09 августа 2006
А.М. Вартанян

Секретарь Высшего совета национальной безопасности (ВСНБ) Ирана, главный ядерный переговорщик ИРИ А. Лариджани дал первые открытые комментарии по пакетному предложению «шестерки».

Ключевой тезис выступления А. Лариджани заключался в том, что после одобрения в Совете Безопасности ООН резолюции № 1696, предписывающей полную приостановку Тегераном обогатительных работ к 31 августа с.г., позиция иранского руководства в ядерном вопросе может «претерпеть кардинальные изменения».

При этом откровенный намек на вероятность отклонения пакетного предложения «шестерки» конкретизирован не был: секретарь ВСНБ ИРИ пустился в пространные размышления о том, что в нынешних условиях адекватное рассмотрение пакета иранской командой переговорщиков затруднено. А. Лариджани напомнил, что когда «шестерка» передала в Тегеран пакет предложений, он был с одобрением воспринят иранской стороной, которая приступила к его тщательному изучению. Вместе с тем конкретных сроков ответа на эти предложения Тегерану не указали.

В развитие процесса изучения предложений «шестерки» были сформированы экспертные комитеты, в рамках которых эти предложения были подвергнуты детальному анализу. Но после этого, считает секретарь ВСНБ ИРИ, Запад «предпочел другой путь» и совершил свою главную ошибку: не дожидаясь окончания процедуры изучения в Иране пакетного предложения, была инициирована резолюция СБ ООН. Этот шаг, по мысли А. Лариджани, оказался «парадоксальным»: он поставил под вопрос «добрые намерения» представителей «шестерки» в отношении перспектив пакета, а именно – продемонстрировал «иные цели», преследуемые его разработчиками.

Какие именно, А. Лариджани уточнять не стал. Он лишь добавил, что принятие резолюции неспособно оказать какое-либо воздействие на «волю Ирана». Попытка навязать Тегерану какие-либо ограничения в работе по урановому обогащению является ошибкой. Это лишь развяжет ему руки для асимметричных ответных действий.

Секретарь ВСНБ напомнил о принятии в 2005 году иранским парламентом закона, в соответствии с которым в случае передачи «ядерного досье» в Совет Безопасности правительство ИРИ обязано прекратить добровольное выполнение положений Дополнительного протокола к Соглашению о гарантиях с МАГАТЭ (данный протокол до сих пор не ратифицирован иранским парламентом и его положения выполняются Тегераном в качестве добровольной меры доверия). Такой «разворот» фактически будет означать мораторий на инспекции МАГАТЭ и возобновление работ по мирному обогащению. Данный алгоритм действий А. Лариджани считает совершенно правомерным и вытекающим из норм, зафиксированных в Договоре о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО).

В оценке «противоречивой стратегии» представителей «шестерки» в отношении Ирана А. Лариджани исходит из следующего. Пакет предложений с очевидностью декларирует право Тегерана на «мирные ядерные технологии». Резолюция Совета Безопасности ООН, наоборот, накладывает на это право существенные ограничения. Возникает закономерный вопрос – что первично и что вторично? Право Тегерана, по сути, признается, однако последний не имеет возможности на практике этим правом воспользоваться?

Далее секретарь ВСНБ ИРИ резюмирует: «двойственный подход», явно вырисовывающийся из последних звеньев стратегии «шестерки», заметно подрывает доверие Ирана к пакетному предложению, которое видится с иранского угла лишь как средство «уболтать» Тегеран и заставить его повременить с созданием полного ядерного топливного цикла (ЯТЦ). Одновременно, полагает А. Лариджани, попытка пойти по «резолюционному пути» в рамках Совета Безопасности ООН не только дискредитирует авторитет этого ключевого органа, отвечающего за мир и международную безопасность, но и сужает потенциал «справедливого решения» иранской проблемы.

Отдельное место в выступлении А. Лариджани заняли рассуждения о перспективах расширения Тегераном работ по обогащению. Красной нитью в этих рассуждениях проходил мысль о том, что Иран является государством, «несущим ответственность» за свои действия, соблюдающим нормы мирового правопорядка и выполняющим обязательства в рамках режима нераспространения. Лариджани заявил, что иранская сторона преследует цели диверсификации ядерной деятельности в мирных целях, в частности, она намерена наращивать центрифужные установки. Примечательна оговорка – одновременно, по словам А. Лариджани, Тегеран продолжает искать взаимоприемлемый выход на справедливые переговоры с «шестеркой».

Что касается ответа Тегерана на предложение «шестерки», то этот вопрос, по словам А. Лариджани, напрямую увязан с ультиматумом, содержащимся в резолюции 1696. Здесь секретарь ВСНБ ИРИ ответил конкретно: «Мы эту резолюцию отвергаем, а приостановку работ по обогащению не принимаем». В то же время, вновь напомнил иранец, руководство ИРИ намерено действовать в соответствии с положениями ДНЯО и решать любые проблемы путем переговоров без предварительный условий. Тегеран, по его словам, по-прежнему исходит из целесообразности диалога как единственного пути решения проблемы. Однако Запад своей резолюцией минимизирует вероятность хотя бы первого раунда переговоров вокруг предложения «шестерки».

Таким образом, в своем выступлении главный ядерный переговорщик Ирана был дипломатичным и пока окончательно не отверг пакетное предложение «шестерки». Однако хотя прямого отказа не последовало, намек был очевиден: резолюция Совета Безопасности ООН перечеркивает все шансы на положительное рассмотрение Ираном пакета предложений. В то же время было подчеркнуто, что на данном этапе Тегеран не намерен кардинально пересматривать свою позицию (как ответное действие на резолюцию), но требует от противоположной стороны прояснить причину «двойственности» ее подходов.

Очевидно, что Иран самым достойным образом разыграл очередную сложную комбинацию по уходу от навязываемых ему условий дипломатического урегулирования ядерной проблемы. Разыграл, грамотно воспользовавшись промахами оппонентов. По сути, Запад сам заготовил себе ловушку, инициировав в Совете Безопасности резолюцию по Ирану. В Тегеране резолюцию использовали как инструмент дискредитации пакетного предложения «шестерки», причем довольно удачно. В качестве главного «пиарщика» выступил секретарь ВСНБ А. Лариджани, который ангажировал предложение «шестерки» как «прикрытие» истинных намерений Запада по «ущемлению законных прав иранского народа».

Мощная пропаганда, направленная против резолюции Совета Безопасности вкупе с предложениями «шестерки», де-факто дала «зеленый свет» на пересмотр иранской позиции. Это может означать только одно: в Тегеране не отступятся и к 31 августа с.г. едва ли выполнят требования, содержащиеся в резолюции. Ситуация поступательной эскалации напряженности в регионе Ближнего Востока, обусловленная кризисом вокруг Ливана, явно благоприятствует Тегерану.

В то же время А. Лариджани предпочел не ставить окончательную точку вокруг предложений «шестерки» и оставил вопрос открытым. По его словам, окончательный ответ на это предложение, как и было заявлено ранее, президент ИРИ даст 22 августа с.г., а может быть, и раньше — если экспертные комитеты досрочно представят свои соображения по данному документу.

И наконец, в завершении «мяч» был искусно переведен главным ядерным переговорщиком на сторону оппонентов: по его словам, на данном этапе Тегеран будет стремиться избегать резких и опрометчивых шагов и ожидать от Запада конкретизации целей и намерений в отношении Ирана.

Институт Ближнего Востока

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03732 sec