Ирано-израильские отношения в свете развития иранской ядерной программы

04 мая 2006
С.Б.Дружиловский (По материалам международной конференции «Ядерный Иран», Иерусалим, 30 мая-2 июня 2005 г.).

Доклады научной конференции "Место и роль ИРИ в регионе" ИВ РАН, 10 апреля 2006 г.


После исламской революции Иран серьезно укрепил свои позиции в регионе. Сегодня, в отличие от шахского периода, ИРИ окружают, в основном, дружественные или нейтральные страны. Политика по развитию добрососедских и дружественных отношений с соседними странами стала частью стратегической линии иранского руководства на превращение ИРИ в региональную державу, которая должна объединять общие усилия региональных союзников, а не противников, оспаривающих у Ирана этот статус.

Даже вторжение американских войск в Ирак и Афганистан не смогло серьезно поколебать усилия ИРИ по сближению со своими соседями, которые охотно идут на переговоры и соглашения с иранским руководством, поддерживая с ним отношения на самом высоком уровне.

Исключение представляют ирано-израильские отношения, которые выбиваются из общего контекста региональной политики ИРИ.

В данной статье, наряду с личной оценкой характера и особенностей ирано-израильских отношений, автор попытался проанализировать некоторые выступления израильских и иностранных экспертов на конференции, проведенной в Иерусалимском Дж. Шаша Институте в мае-июне 2005 г., на которой обсуждались проблемы ирано-израильских отношений в свете активизации ядерной программы ИРИ.

Сегодняшний антагонизм между Ираном и Израилем может показаться странным, учитывая, что в отличие от арабов персы никогда не воевали с евреями, более того, исторически они считались дружественными народами.

Известно, что именно персидский царь и полководец Кир Великий освободил евреев из вавилонского плена в У1 в. до н.э., и это событие всегда по достоинству оценивалось еврейской диаспорой, а потом и гражданами Израиля.

До исламской революции ирано-израильские отношения развивались в дружественном русле, а развитие иранской ядерной программы, начатое шахом М.Резой Пехлеви, с согласия США, не вызывало у Израиля никаких возражений, так же, как и иранский шах вполне спокойно относился к развитию израильской ядерной программы.

Положение изменилось вслед за приходом к власти в Иране аятоллы Р.Хомейни. Вскоре после победы исламской революции он заявил о разрыве ирано-израильских отношений и распорядился передать здание израильского посольства в Тегеране представительству Организации Освобождения Палестины.

После этого сам Р.Хомейни и многие из его сподвижников неоднократно заявляли о неправомерности существования сионистского израильского государства на Ближнем Востоке, причем правительство Израиля рассматривалось как проводник агрессивной политики США в регионе. В то же время Р.Хомейни неоднократно подчеркивал, что речь идет именно о Государстве Израиль и его сионистской сущности, а не о евреях вообще, в том, числе проживающих в Иране.

Им, как заявлялось руководителями ИРИ, совершенно нечего опасаться, если они не будут ассоциировать себя с Израилем и заниматься шпионской деятельностью.

Действительно, хотя сразу после революции определенное количество евреев подверглись в Иране гонениям, все-таки это не вылилось в целенаправленную политику по репрессированию их самих или их организаций, как это произошло, например, с иранскими курдами. Еврейский капитал по-прежнему продолжал оставаться неотъемлемой частью иранской экономики, а верующие иудеи свободно отправляли свой культ в десятках действующих в стране синагог.

Видимо, поэтому антиизраильские заявления иранских лидеров до поры до времени воспринимались Израилем не более чем революционная риторика. Более того, на протяжении первых послереволюционных лет Израиль стремился поддерживать с ИРИ некоторый уровень торгово-экономических отношений, а в период ирано-иракской войны, несомненно, сочувствовал Ирану, выступившему против одного из его арабских противников.

Так, известна роль Израиля в сделке Иран-Контрас. В этой связи с доверием можно отнестись к свидетельству бывшего президента страны А.Банисадра, который в своей книге «Мой черед говорить. Иран, революция и секретные сделки с США», утверждает, что во время алжирских переговоров между США и Ираном в 1980 г. об освобождении заложников, захваченных в американском посольстве, была достигнута договоренность между тогдашнем руководством ИРИ и сторонниками баллотировавшегося в президенты Р.Рейгана, о том что иранцы выпустят заложников сразу же после избрания Р.Рейгана, чтобы не дать Д.Картеру шанса приписать эту внешнеполитическую победу своей администрации. За это США обещали возобновить поставки оружия в Иран через Израиль.

Ситуация стала меняться после того, когда в Израиле появились сведения о том, что правительство ИРИ приняло решение начать исследования в области производства оружия массового уничтожения, включая атомное оружие.

По мнению израильских экспертов, импульсом для такого решения послужило применение Ираком химического оружия против иранской армии, приведшее к многочисленным человеческим жертвам, а в последующем использование Ираком ракетного оружия для нанесения ударов по иранской столице.(Эфраим Кам – Тель-Авивский Центр стратегических исследований).

В то же время, некоторые из экспертов отмечают, что, хотя создание атомной бомбы нацелено, прежде всего, на отражение внешней угрозы и упрочение ИРИ в качестве региональной державы, в то же время решение этой проблемы направлено также на сплачивание разделенного иранского общества вокруг единой национальной задачи, значимость и необходимость выполнения которой признается большинством иранцев, вне зависимости от их идеологических убеждений (Даниель Цадик – Иерусалимский Институт изучения стран Азии и Африки).

После смерти Р.Хомейни антиизраильская риторика в Иране не прекратилась. При этом в ней все явственней стал просматриваться ядерный компонент. После разрушения Израилем иракского ядерного реактора и вынесения на повестку дня вопроса об атомной угрозе в регионе Ближнего Востока, Иран начал постоянно призывать мировое сообщество к осуждению Израиля, как государства, отказывающееся подписаться под Договором о нераспространении ядерного оружия и не скрывающего, что такое оружие у него имеется.

В то же время все более часто стали раздаваться высказывания иранской стороны о том, что если соседи Ирана не откликнуться на предложение о создании безъядерной зоны, то ИРИ вынуждена будет сама побеспокоиться об обеспечении своей безопасности. Причем тогдашний президент ИРИ А.Хашеми-Рафсанджани однажды заявил, что для Израиля Ирану понадобится всего лишь одна бомба (Эфраим Халеви – Иерусалимский Центр стратегических и политических исследований).

Израиль не остался в долгу и предпринял против Ирана ответную кампанию, заявляя, что ИРИ стоит на пороге создания атомной бомбы, и что это неизбежно приведет к ядерному кризису в регионе и в мире в целом. Причем, как сегодня стало известно, израильские спецслужбы, на основе данных которых и делались соответствующие заявления, явно завышали иранские возможности или специально их искажали. Так, в начале 1990-х годов, по данным израильской разведки, ИРИ должна была приблизиться к созданию первой атомной бомбы не позднее, чем через 3-5 лет.

Сроки эти давно прошли, и сегодня уже американские разведслужбы выступили с осторожным прогнозом, что такая бомба может быть создана в Иране через 10-15 лет (Мартин Ван Кревельд – исторический департамент Иерусалимского университета).

Как бы то ни было, израильская позиция была поддержана США, и вскоре Ираном самым серьезным образом занялось Международное Агентство по атомной энергии, которое настояло на принятии Ираном Дополнительного протокола к ДНЯО, позволяющего ей осуществлять несанкционированные проверки любых объектов на территории ИРИ на предмет их соответствия Договору о нераспространении. При этом в обсуждение ядерной проблемы Ирана были втянуты все великие державы.

С осуждением Ирана за его ядерные приготовления высказались многие общественные и политические деятели. Надо сказать, что этот раунд дипломатической борьбы выиграл Израиль, так как в условиях беспрецедентного международного прессинга на ядерную программу Ирана, с повестки дня ушел вопрос об угрозе существования израильских ядерных арсеналов. В течение восьми лет, то есть в период нахождения у власти президента Хатами, Иран предпринимал значительные усилия, направленные на то, чтобы мировое сообщество в лице МАГАТЭ перестало дискриминировать Иран и признало его право на проведение ядерных исследований в рамках ДНЯО, указывая при этом, что в соответствии с данным договором ИРИ имеет право на осуществление полного ядерного цикла, включая обогащение урана.

Однако со временем стало ясно, что чем упорнее Иран доказывал свою правоту, тем непримиримее становилась позиция Запада, которую полностью разделял Израиль. Поэтому, начиная с 2005 г. Иран резко ужесточил свою позицию и вновь привлек внимание мирового сообщества к Израилю как к обладателю реального ядерного оружия.

Новый поворот в политике ИРИ произошел после победы исламских радикалов на парламентских выборах 2004 г. и прихода к власти их ставленника М.Ахмадинежада на пост президента страны в 2005 г. Одновременно и с парламентской трибуны и из уст нового иранского президента последовали резкие заявления о том, что Иран никому не позволит ущемлять свой суверенитет и вмешиваться в его внутренние дела. В контексте данных заявлений прозвучали и высказывания М.Ахмадинежада о том, что Израиль должен быть стерт с политической карты мира, что мусульмане не должны отвечать за уничтожение евреев в Европе в годы II мировой войны и расплачиваться своими территориями за так называемый «Холокост», который, по мнению иранских политиков, является проблемой во многом надуманной и специально раздувается сионистскими средствами массовой информации.

После этого лидеры практически всех европейских и многих других стран признали тон высказываний иранского президента недопустимым и осудили его за угрозы в адрес суверенного государства. Учитывая единодушное международное осуждение высказываний М.Ахмадинежада, иранский МИД в последующем дал им свою интерпретацию, разъяснив, что речь идет не о силовом устранении Государства Израиль, а о создании единого палестинcко-еврейского государства, в котором палестинцы, составляющие большинство, придут к власти парламентским путем и изменят сионистскую сущность этого государственного образования.

Как бы там ни было, но задача, поставленная новым иранским руководством, была решена – мир снова заговорил об израильском вопросе, в том числе и ядерной угрозе, которую может представлять эта страна.

Антиизраильские заявления иранского президента совпали с внутриизраильским кризисом, вызванным выводом еврейских поселений с палестинских территорий, уходом с политической арены премьер-министра Шарона, победой движения ХАМАС на парламентских выборах в Палестине, а также с мусульманскими выступлениями по всему миру, связанными с публикациями в ряде западных изданий карикатур на пророка Мухаммеда, во время которых Израиль получил свою долю критики и ненависти со стороны многих мусульманских стран, включая Иран.

После указанных событий Израилю пришлось вновь корректировать свою политику по очередному переводу стрелок на иранскую сторону. Так, израильская сторона постоянно заявляет, что антиизраильская позиция Ирана исторически совершенно не оправданна, поскольку никогда ни один иранец не был убит Израилем (Эфраим Кам – Тель-Авивский центр стратегических исследований).

В то же время в Израиле сегодня проживает достаточно много иранцев, которые вынуждены были покинуть свою родину и теперь, находясь в изгнании, осуждают политику исламского руководства в своей стране. Что касается израильского ядерного потенциала, то израильская сторона дает объяснение этому факту, заявляя, что в отличие от Ирана израильские ядерные возможности служат делу укрепления регионального престижа этой страны и ни для кого не представляют реальной угрозы (Авраам Села – департамент международных отношений Иерусалимского Университета).

По заявлению генерал-майора Узи Даяна, бывшего председателя Совета национальной безопасности Израиля ближайшие события покажут, в каком направлении будет продвигаться Иран. По его мнению, Иран хорошо понимает, что если Вы не являетесь членом «ядерного клуба», то Вас будут игнорировать. Надо предотвратить получение Ираном ядерных возможностей, включая ядерное оснащение ракет «земля-земля», поскольку Иран видит в Израиле врага (чего нет со стороны самого Израиля).

Ядерный Иран станет угрозой стабилизации положения в Ираке. В регионе может сработать «эффект домино», когда к Ирану начнут присоединяться другие страны. Тем не менее, сейчас надо подождать результатов европейской дипломатии. При этом только США будут в состоянии решить этот вопрос, поскольку только они могут наиболее эффективно использовать здесь политику «кнута и пряника». И если политика санкций провалится, то только сила может оказаться методом устрашения Ирана.

То есть, очевидно, что, в сложившихся обстоятельствах, высокопоставленный израильский генерал не рассматривает возможность применения Израилем силы против Ирана, уповая на американское вмешательство. Это явно другой подход по сравнению с тем, который проявлял Израиль в отношении Ирака и его ядерных программ.

В то же время американские участники конференции постоянно подчеркивали, что, осознавая всю опасность ядерной программы Ирана для безопасности США и Израиля, американское правительство по-прежнему полагается на дипломатические методы умиротворения Ирана и не рассматривает возможность силового вмешательства во внутренние дела этой страны.

Так, доктор Михаил Рубин, редактор американского журнала Middle East Quarterly, указал на то, что в США рассматривается множество сценариев развития ситуации в Иране, но не один из них открыто не призывает к американскому вторжению в эту страну, и что президент Буш серьезно относится к возможности демократизации в Иране, хотя и разочарован ходом иранских реформ и итогами студенческих выступлений в этой стране.

В то же время, он считает, что дипломатические переговоры будут идти успешней, если переговорщики будут осознавать, что в случае их неудачи может произойти нечто худшее. Его коллега, профессор Антони Кордесман из Вашингтонского центра стратегических и международных исследований, высказался в том смысле, что США активно поддерживают дипломатические усилия евротройки и в случае ее успеха готовы положительно решить вопрос о присоединении Ирана к Всемирной торговой организации. В противном случае, США совместно с Англией, Германией и Францией готовы вынести иранский вопрос на обсуждение в Совете Безопасности ООН. Но при этом, по заявлению госсекретаря США К. Райс, атака на Иран вообще не стоит на повестке дня.

Проиранские по своей сути заявления были сделаны на конференции представителями Италии, что конечно можно расценить и как проявление национальной обиды за то, что эта европейская сторона оказалась в стороне от иранского урегулирования и не была подключена к обсуждению иранской ядерной проблемы участниками евротройки.

С другой стороны, известна серьезная вовлеченность итальянского бизнеса в многочисленные проекты на территории Ирана, что автоматически делает итальянскую сторону незаинтересованной в военном решении иранского вопроса. Так, профессор Паоло Кота-Рамазино из Миланского университета считает, что к нынешней ситуации Иран привела американская политика «демонизации» этой страны.

Иран вынужден опасаться удара со стороны США и Израиля и поскольку его предложение о создании безъядерной зоны в регионе игнорируется, иранское правительство желает получить гарантии своего выживания. Его поддержал профессор Риккардо Редаэлли из Миланского католического университета, заявивший, что для решения иранской ядерной проблемы Запад не должен фокусировать свое внимание только на технической стороне иранской ядерной программы.

Простые негативные решения, такие, как смена иранского режима, превентивные удары, безоговорочный запрет на обогащение урана не могут привести к позитивному результату. Вместо этого надо разобраться в сущности иранских национальных интересов, его озабоченностей и устремлений. Но это безнадежная задача без создания нового регионального порядка, который будет учитывать безопасность всех стран региона.

Солидаризировался с Ираном и индийский участник конференции доктор П.Р Кумарасвами из Делийского Университета Дж.Неру, который в своем выступлении отметил, что Израиль критикует индо-иранские связи, опасаясь, что технологии, которые он поставляет Индии могут быть переданы Ирану.

Что же касается Ирана, то он никогда не делал проблемы из развития индо-израильских отношений. Будучи ядерной державой, Индия не может осуждать Иран. Иран имеет право проводить свои работы под контролем МАГАТЭ.

Таким образом, в отличие от ангажированных политиков и ряда средств массовой информации, ученые многих стран, включая сам Израиль, более взвешенно относятся к ядерной проблеме Ирана, предлагая рассматривать ее в комплексе с вопросами обеспечения безопасности этой страны, при этом никто из них не видит военного решения сложившейся вокруг Ирана ситуации.

Интересно, что в кулуарах конференции высказывались мысли о том, что главное для Израиля это не предотвратить любой ценой создание атомной бомбы в Иране, поскольку у последнего всегда найдутся и другие возможности наносить ущерб израильскому государству, а найти способ урегулировать ирано-израильские отношения. В этом случае гипотетическая иранская атомная бомба и вполне реальные израильские ядерные арсеналы могут стать предметом двусторонних договоренностей о ненападении и отказе от взаимной ядерной угрозы. Но для этого надо возобновить ирано-израильский диалог, который пока, к сожалению, кажется маловероятным.

Высказывалось также мнение о том, что, возможно, Иран искренне заявляет об исключительно мирном использовании атома в своей стране, и что неоднократные заявления иранского руководства о принципиальном нежелании владеть ядерным оружием, а также решение парламента ИРИ о запрете его производства в стране, не следует рассматривать просто как дезинформацию.

Если это так, то Запад, в том числе и Израиль, должны отказаться от попыток любой ценой найти в Иране не существующие, судя по всему, следы производства ядерного оружия, а вместо этого содействовать принятию в рамках Совета Безопасности решения, которое, безусловно, поддержат все постоянные и непостоянные члены этой организации.

Суть его должна сводиться к тому, чтобы оставить Иран в покое и не препятствовать развитию его ядерной программы, до тех пор, пока она будет носить мирный характер. В случае же испытания в ИРИ атомного взрывного устройства или объявление этой страной о создании своего атомного оружия против нее автоматически будет введена система самых строгих международных санкций, включая эмбарго на все поставляемые Ираном на внешний рынок товаров, закрытие его границ для зарубежных поставок и прекращение его участия во всех международных организациях и проектах. Думается, это немедленно сняло бы остроту проблемы и позволило на практике убедиться в искренности иранской позиции.

Институт Ближнего Востока

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03743 sec