Трансформации наркобизнеса в Ливане, или ливанский опыт антинаркотической борьбы

28 апреля 2006
А.Ж. Хасянов

Успешное решение проблемы нелегального оборота наркотических веществ во многом зависит от правильного выбора форм и средств практического исполнения поставленной задачи. В противном случае результаты прилагаемых усилий могут оказаться трудно предсказуемыми и даже неожиданными. По крайней мере, односторонний подход к урегулированию наркоситуации, реализовывавшийся на протяжении последних десятилетий в Ливане, лишь видоизменял ее, но не снимал остроты проблемы.

Ливан, прежде всего долина Бекаа, является местом традиционного произрастания конопли и опийного мака. Начало целенаправленного культивирования этих наркосодержащих растений, в первую очередь каннабиса, относится к 20–30-м годам ХХ века.

Ливанские крестьяне, отдававшие предпочтение возделыванию конопли и откликавшиеся на растущий внешний спрос на продукты переработки этого растения, уже в 70-е годы прошлого столетия превратились в одних из главных поставщиков высококачественной марихуаны для «черного» рынка наркотиков как в соседних арабских государствах, так и в странах Западной Европы.

Разразившаяся в стране в 1975 году гражданская война кардинальным образом изменила ситуацию с нелегальным оборотом наркотиков. Отсутствие государственной власти, создание анклавов, контролируемых противоборствующими военно-политическими формированиями, экономический хаос, лишавший граждан Ливана легальных источников дохода, интернационализация внутриливанского конфликта и все возраставший спрос на наркотики на внешнем рынке крайне негативно сказались на наркоситуации в республике.

Выращивание конопли и опийного мака, их переработка и контрабандный экспорт готовых наркотических средств в Европу, США и страны Ближнего Востока превратили наркобизнес в мощную национальную экспортно ориентированную индустрию. По данным издания «The Middle East Quarterly», к началу 80-х годов более половины объема марихуаны и гашиша, задержанных в Западной Европе, имели ливанское происхождение, а если быть более точным, то из долины Бекаа.

Своего пика производство наркотиков в Ливане достигло к концу 80-х годов. Площади, отведенные под культивирование каннабиса, по оценкам Управления ООН по наркотикам и преступности (ЮНОДС), в то время занимали 11-16 тыс. га, что обеспечивало ежегодный сбор урожая в объеме 1 тыс. тонн конопляной смолы.

Одновременно международные эксперты указывали на расширение возделываемых полей опийного мака, площадь которых за десять лет (80-е годы ХХ века) увеличилась почти в два раза — с 3,5 до 5 тыс. га. Урожаи, собираемые крестьянами долины Бекаа, позволяли ежегодно производить 3-5 тонн героина.

При этом отмечалось, что процесс вытеснения наркосодержащими растениями разрешенных сельскохозяйственных культур наиболее быстрыми темпами шел в районах Баальбек и Эль-Хермиль в северной части долины Бекаа. О масштабах этого процесса можно судить по некоторым экспертным оценкам, которые свидетельствуют о том, что с 1976 по 1991 годы площадь полей, отведенных под возделывание двух основных наркосодержащих растений, увеличилась с 10 процентов всех обрабатываемых земель в долине Бекаа до 90 процентов.

В целом, ежегодный оборот незаконных сделок с производимыми в Ливане наркотиками составлял несколько миллиардов долларов США, в том числе рыночная стоимость ливанского героина достигала, по некоторым оценкам, 2 миллиардов американских долларов.

Израильские и некоторые ливанские источники, прежде всего из числа ливанских правохристианских сил, выступавших против сирийского присутствия на территории Ливана, открыто обвиняли официальный Дамаск в покровительстве ливанским наркодельцам. К числу тех, кто имел прямое или косвенное отношение к культивированию, производству, транспортировке и сбыту гашиша и героина, были отнесены не только руководители и офицеры сирийских спецслужб и армии, курировавшие ливанское направление.

Под подозрение были взяты многие сотрудники просирийских силовых ведомств Ливана, не говоря уже о лидерах политических партий, организаций и движений Ливанской Республики, которые выступали в поддержку миротворческой миссии Сирии в стране.

Особенно много обвинений в этой связи было брошено в адрес шиитской организации «Хизбалла», пользовавшейся особым влиянием среди шиитского населения долины Бекаа. Вероятно, для этих заявлений были основания, тем более что было бы наивным отрицать факт коррумпированности части государственного аппарата Сирийской Арабской Республики, как, впрочем, и на всем Ближнем Востоке.

Нелогично было бы отрицать и бездействие руководства «Хизбаллы» в отношении почти повсеместного возделывания конопли и опийного мака в долине Бекаа в годы войны, пусть и под предлогом сохранения социальной стабильности в этой части Ливана.

В то же время наркобизнес в 70–80-е годы стал основой национальной экономики, и в него, как заявила израильская газета «Едиот ахронот», «были вовлечены почти все этнические общины и силы Ливана». Этот факт косвенно подтвердило и внешнеполитическое ведомство США, заявив, что после вывода израильских войск с ливанской территории в мае 2000 года наркотрафик через ливано-израильскую границу стал незначительным.

Из этого вытекает, что так называемая Армия Южного Ливана, активно сотрудничавшая с Израилем, не стояла в стороне от нелегального оборота наркотиков.

Однако в 1989 году ситуация с наркотиками в Ливане стала коренным образом меняться. Именно в этот период не без давления со стороны международного сообщества, главным образом США, правительства Сирии и Ливана развернули мощную антинаркотическую кампанию в прессе, а в первой половине 90-х годов сирийские и ливанские армейские подразделения и спецслужбы начали осуществлять жесткие меры по ограничению площадей, отводившихся под возделывание наркосодержащих культур.

Так, американское издание «Middle East Intelligence Bulletin» сообщает, что уже в 1996 году опийный мак возделывался только на 150 га ливанской территории, а поля каннабиса занимали всего 240–260 га в долине Бекаа. Особенно интенсивно ликвидация посевов запрещенных культур велась в 1991–1993 годах.

Тем не менее эти меры не столь сильно отразились на общем положении дел с наркотиками в Ливане. Силовое давление на местных крестьян не было частью продуманной сбалансированной национальной программы по борьбе с наркоиндустрией и не подкреплялось мерами социально-экономического характера. Не имея иных источников получения доходов, крестьяне не отказались от своего противозаконного и рискованного бизнеса, но переориентировали его на транзит наркотиков. Из страны, производившей марихуану, гашиш и героин, Ливан превратился в региональный центр транзита героина и кокаина.

В 1999 году этот вывод официально подтвердила Экономическая и социальная комиссия ООН для Западной Азии: «Ливан постепенно трансформировался из страны-производителя в один из региональных маршрутов кокаинового и героинового трафика». Особенностью этой трансформации стало то, что объектом наркотрафика являлись не только готовые к использованию наркотические средства, но и сырье для их изготовления, ввозимое с территории других государств.

В различных уголках Ливана, главным образом в долине Бекаа, начали создаваться лаборатории, начиная с крупных, оснащенных современным оборудованием, и кончая так называемыми кухонными, примитивными лабораториями, которых было большинство. Всего в 90-е годы насчитывалось несколько десятков подпольных лабораторий. Они располагались в таких районах, как Баальбек, Эль-Хермиль, Дейр-эль-Ахмар, Захла, и ряде других.

В качестве сырья для производства героина в Ливан доставлялся опиум, собираемый в странах «Золотого треугольника» (труднодоступные места на соединении границ трех государств — Бирмы, Лаоса и Таиланда) и Турции. Это сырье в виде морфина поступало в Ливан контрабандными маршрутами через Пакистан, Афганистан, Турцию и Сирию.

Кокаин-основание, являющийся сырьем для производства кокаина, импортировался в ливанские лаборатории из ряда государств Латинской Америки, включая Колумбию, Перу, Бразилию, Парагвай и Венесуэлу. Практически все источники, в том числе Международная организация криминальной полиции (Интерпол), указывают на активную роль в нелегальных поставках кокаинового сырья для изготовления кокаина в Ливане выходцев из этой арабской страны.

Многие десятилетия назад они осели в ряде латиноамериканских государств и сформировали свои подпольные криминальные сети, связанные с нелегальным оборотом наркотиков и тесно взаимодействующие с преступными группами на исторической родине.

О масштабах нового вида наркобизнеса в Ливане могут свидетельствовать данные ЮНОДС, которые говорят о том, что только в 1994 году расположенные на ливанской территории лаборатории переработали от 1 до 2 тонн кокаин-основания, поступившего из Южной Америки.

Эти изменения побудили ливанские власти, а также сирийских военных и сотрудников спецслужб обратить более пристальное внимание на борьбу с незаконным перемещением наркотиков по стране и попытками их вывоза за рубеж. В 1994 году был задержан рекордный для Ливана объем нелегальной конопляной смолы, который составил почти 40 тонн. В последующие годы задержания носили более скромный характер: 3,7 тонны в 1995 году и 4,9 тонны в 1996 году. На этих показателях могло сказаться перенасыщение мирового рынка каннабиса, отмечавшееся в те годы.

Аналогичная тенденция прослеживалась и в отношении героина. Так, если в 1994-1995 годах на территории Ливана ежегодно изымалось по 5 кг героина, то в 1996 году было задержано приблизительно 50 кг этого «тяжелого» наркотика, что соответствовало показателю 1993 года. В 1996 году также произошло увеличение количества задержаний кокаина по сравнению с 1995 годом. За один год объем изъятого кокаина увеличился более чем в 10 раз — с 12,7 до 166,7 кг.

Однако в 1998 году вес конфискованного кокаина вновь упал до 11,9 кг. По мнению ряда экспертов, в том числе специалистов Управления ООН по наркотикам и преступности, резкий рост задержаний наркотических средств может с известной долей вероятности подтвердить переориентацию ливанских преступных групп на транзит героина и кокаина после уничтожения местных плантаций наркосодержащих растений.

Тем не менее в 90-е годы, как и в предыдущие два десятилетия, в Ливане отлаженно действовала система нелегального оборота наркотиков, включая их поставку на «черные» рынки Западной Европы, США, Канады и Ближнего Востока, включая государства Аравийского полуострова.

Такая схема функционирования национального наркобизнеса, базировавшегося в значительной степени на завозном сырье, хотя и носила вынужденный характер, но имела ряд преимуществ по сравнению с традиционной схемой, включавшей возделывание запрещенных растений.

К числу явных выгод, извлекаемых местными участниками наркопроизводства, относятся меньшая уязвимость от действий сил правопорядка (обнаружение нарколабораторий представляется более затруднительным по сравнению с выявлением плантаций конопли и опийного мака), менее трудоемким и более прибыльным.

Усилия официальных Бейрута и Дамаска в деле организации и ведения борьбы с наркотиками, несмотря на все недостатки, не остались незамеченными. В 1997 году Государственный департамент США вычеркнул Ливан и Сирию из списка государств, занимающихся производством или транзитом нелегальных наркотических средств. Тем самым Вашингтон признал эффективность предпринятых двумя странами мер по сокращению площадей под выращивание конопли и опийного мака и предупреждению вывоза наркотиков в другие государства.

К тому же во второй половине 90-х годов не отмечалось крупных поставок гашиша и героина ливанского происхождения на территорию США. Кроме того, власти Ливана и Сирии пошли на более тесное сотрудничество с американскими ведомствами, занимавшимися пресечением нелегального оборота наркотиков, угрожающего безопасности США.

В этих условиях правоохранительные органы Ливана и Сирии, успокоившиеся достигнутыми успехами, несколько ослабили свой силовой натиск на местный наркобизнес. И уже в конце 90-х годов, согласно оценкам международных наблюдателей, ливанские крестьяне вновь начали расширять посевы конопли и опийного мака, но с осторожностью и в ограниченных масштабах. В частности, в 2002 году площади посадок каннабиса в Ливане занимали уже около 2,2 тыс. га.

Проблемы культивирования наркосодержащих растений и их переработки не могли не сказаться на состоянии ливанского общества и формировании определенного круга лиц, попавших в зависимость от наркотиков. Оценка уровня наркомании в Ливане в предыдущие десятилетия носит в значительной степени условный характер, так как в условиях гражданской войны этот вопрос был далеко не первостепенным, да и возможности, в том числе технические, для его изучения отсутствовали.

Тем не менее, как заявляют эксперты ЮНОДС, уже в 80-е годы стали поступать сведения о росте наркозависимости среди части населения страны. В основном, речь шла о злоупотреблении каннабисом, хотя не исключалась вероятность распространения среди местных наркоманов героина и кокаина. Так, в 1992 году представилась возможность для проведения ограниченного исследования по экспресс-оценке положения в области злоупотребления наркотиками, которое охватило район Большого Бейрута.

Согласно результатам проведенной работы, большинство наркоманов были представлены мужчинами в возрасте 25-34 лет. При этом все большее распространение среди ливанских наркопотребителей получали психотропные препараты, которыми был заполнен легальный рынок лекарственных средств.

Через десять лет, в 2002 году, по инициативе Управления ООН по наркотикам и преступности Институт развития и прикладных исследований провел работу по экспресс-оценке состояния нелегального потребления наркотиков в Ливане. Его результаты вселяют тревогу за будущее борьбы с наркоманией. Так, как свидетельствует исследование, 11 процентов учащихся старших классов школ и 22 процента студентов высших учебных заведений, как минимум, раз в своей жизни пробовали такие наркотики, как кокаин, марихуана, опиум или МДМА («экстази»).

Треть лиц, употребляющих наркотики, составили женщины. По той же информации, около 37 процентов учащихся старших классов школ Ливана заявляют о том, что среди их знакомых есть хотя бы один человек, который часто пользуется наркотиками. Примечательно, что 6 процентов этих учащихся приобретали в аптеках наркотические лекарственные препараты без рецепта врачей.

Средний возраст ливанцев, впервые познакомившихся с наркотиками, колеблется от 14 до 17 лет. Треть наркоманов, находящихся на лечении в больницах, ранее задерживались или отбывали сроки тюремного заключения. Среди пользователей наркотиков, прошедших лечение, 85 процентов не отказываются полностью от потребления наркотических средств.

В соответствии с проведенным исследованием, героин занимает первое место среди наркотиков, пользователи которых чаще обращаются в медицинские центры для лечения от наркозависимости. Далее следуют кокаин и транквилизаторы. Героин также лидирует в списке наркотических средств, являющихся причиной для задержания лиц, которые их хранят. Последующие места в этом списке занимают марихуана и кокаин.

В мае 2003 года ЮНОДС опубликовало доклад об использовании наркотиков в Ливане. В нем, в частности, обращается внимание на рост злоупотреблений в сфере легального оборота медицинских препаратов опийного ряда, особенно заключенными ливанских тюрем. Международные эксперты, опираясь на данные лечебных центров Ливана, также подтвердили тенденцию к увеличению использования таблеток «экстази».

Озабоченность Управления ООН по наркотикам и преступности вызвали факты увеличения числа молодых ливанцев, пристрастившихся к токсикомании.

Многие из этих сведений перекликаются с информацией, которую сделали достоянием гласности ливанские неправительственные организации (НПО), занимающиеся вопросами наркомании и борьбы с нелегальным оборотом наркотических веществ. Базирующаяся в Бейруте общественная организация «Умм ан-Нур» сообщила в 2004 году, что 60 процентов пациентов, проходящих курс лечения от наркомании в медицинских учреждениях этой НПО, не достигли 24-летнего возраста.

По информации этой организации, в 1990 году доля лиц этой возрастной категории, злоупотреблявших наркотиками, не превышала 5 процентов. Представители НПО отметили, что героин доминирует среди наркотических средств по численности наркоманов.

Руководители «Умм ан-Нур» высказывают озабоченность в связи с тем, что в последние годы отмечается устойчивая тенденция к распространению в Ливане психотропных препаратов, например, метамфетамина, и «экстази».

В настоящее время, по сведениям сил внутренней безопасности Ливана, к числу наиболее распространенных наркотиков в стране относятся героин, гашиш, марихуана и кокаин. В то же время, по их мнению, «экстази» не является широко распространенным наркотическим средством.

Государство ведет жесткую борьбу с незаконным оборотом наркотиков. В частности, в марте 1998 года в Ливане был принят новый антинаркотический закон, который предусматривает лечение и реабилитацию лиц, впервые задержанных за злоупотребление наркотическими средствами. Этот же закон вводит суровые наказания за преступления, связанные с наркотиками. За их совершение ливанское законодательство карает преступников длительными сроками тюремного заключения, включая пожизненное, и налагает на них крупные денежные штрафы, достигающие нескольких десятков тысяч долларов США.

Излишняя жесткость в отношении пользователей наркотиков подчас вела к усугублению проблемы наркомании. В частности, согласно информации специализированных структур ООН, в середине 90-х годов многие местные наркоманы опасались обращаться в больницы за медицинской помощью и лечением из-за страха оказаться в тюрьме.

В этих условиях возрастает роль институтов гражданского общества, которые выступают союзниками государства в борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Все чаще функции по лечению и реабилитации наркоманов берут на себя неправительственные организации, которые тесно сотрудничают как с государственными ведомствами, включая министерство здравоохранения и министерство по социальным вопросам, так и с представителями многочисленных этноконфессиональных общин.

Наиболее влиятельной среди ливанских НПО считается уже упоминавшаяся «Умм ан-Нур». По данным за 2004 год, бюджет этой организации составил 1 миллионов долларов США, из которых 36 процентов предоставляется правительством Ливанской Республики по линии государственного финансирования. Ею созданы три медицинских центра, специализирующихся на лечении наркомании: два — для лечения мужчин и один — для лечения женщин.

Курс лечения для пользователей «жестких» наркотиков, к которым относится героин, рассчитан на один год.

Деятельность НПО «Умм ан-Нур» заслужила одобрение внешнеполитического ведомства США, которое выделило из своего специализированного фонда «USAID» средства на открытие в сентябре 2004 года дополнительного отделения на 12–15 пациентов в одном из медицинских центров этой организации.

Аналогичной лечебной деятельностью занимаются еще несколько ливанских неправительственных организаций, включая организацию «Молодежь против наркотиков» и «Ассоциацию справедливости и милосердия», которая специализируется на оказании медицинской помощи наркозависимым заключенным. Причем последняя из указанных НПО также субсидируется из специального фонда Государственного департамента США.

Однако главная тяжесть борьбы с нелегальным оборотом наркотиков ложится на органы государственной власти Ливана. В настоящее время главной национальной структурой страны, призванной противостоять местному наркобизнесу, является Бюро по контролю над наркотиками ливанского министерства внутренних дел (БКН МВД Ливана).

МВД Ливанской Республики курирует антинаркотическую кампанию, которая на протяжении последних лет широкомасштабно ведется по всей стране, и само активно участвует в ней. Эта кампания включает различные рекламные акции, как, например, рассылка SMS-сообщений на мобильные телефоны ливанских абонентов, демонстрирующиеся по ливанским телевизионным каналам видеоклипы с призывами бороться с наркотиками.

Даже в школьных учебниках, одобренных для использования в общеобразовательных школах, содержится специальная глава о наркотиках. Тем не менее, по признанию сотрудников ЮНОДС, подготовка и осуществление многих антинаркотических мероприятий пропагандистского характера грешат отсутствием профессионализма.

И все-таки деятельность БКН МВД Ливана, как, впрочем, и всего правоохранительного ведомства в целом, не сводится исключительно к проведению антинаркотических агитационных акций. Их первоочередной задачей является работа по составлению национальной программы борьбы с незаконным оборотом наркотических средств.

Решение этой задачи выглядит проблематичным без изучения мирового опыта и без тесного сотрудничества с международными и национальными специализированными структурами на глобальном, региональном и двустороннем уровнях.

Наиболее значимым в этом отношении представляется взаимодействие Ливанской Республики с Управлением ООН по наркотикам и преступности, затрагивающее вопросы сокращения спроса на наркотики и альтернативного развития, нацеленного на ограничение культивирования запрещенных наркосодержащих растений.

Содействие в решении этих вопросов реализуется через ряд структур ООН, включая Программы ООН по международному контролю над наркотиками и по развитию, а также целый ряд других агентств. Предыдущие меры по искоренению опийного мака и каннабиса в долине Бекаа подвигли международные организации на подготовку и осуществление проектов более общего характера. Это решение было обусловлено позицией ООН, заключавшейся в том, что применявшийся прежде узкий и механический подход не дал ожидаемых результатов.

Спланированные проекты нашли свое воплощение в долгосрочной Программе регионального развития района Баальбек–Эль-Хермиль, которая заключалась в поддержке комплексного сельскохозяйственного развития долины Бекаа. Структурно она включала два этапа.

В ходе реализации первого этапа преследовались такие цели, как создание системы выплат денежных компенсаций крестьянам, ориентированным на выращивание разрешенных альтернативных сельскохозяйственных культур; формирование местных комитетов, которые бы определяли крестьянские хозяйства, заслуживающие льготного кредитования; восстановление системы водоснабжения в Баальбеке и расширение ирригационных сооружений; оснащение государственной больницы в Эль-Хермиле современным медицинским оборудованием; расширение источников получения дополнительного легального дохода за счет открытия ремесленных кооперативов и решение иных социально-экономических вопросов населения долины Бекаа.

В рамках второго этапа осуществлялась поддержка созданной системы льготного кредитования крестьян, внедрение плановости в сельскохозяйственное производство, обеспечение функционирования медицинских учреждений в Арсале и Дейр-эль-Ахмаре, государственных больниц в Баальбеке и Эль-Хермиле, реализация образовательного проекта, открытие молодежного трудового лагеря при участии неправительственных организаций, учреждение компьютерных курсов для учащихся и проведение занятий по ликвидации неграмотности среди взрослого населения долины Бекаа.

За прошедшее десятилетие были полностью выполнены три проекта данной программы. Еще два проекта находятся на стадии практической реализации. На все это ООН было затрачено около 6,5 миллионов долларов США. Несмотря на кажущуюся незначительность суммы, потраченной на Программу регионального развития района Баальбек–Хермель, следует учесть, что Ливан занимает второе место в списке государств — производителей наркотиков, получающих помощь со стороны Программы ООН по международному контролю над наркотиками, в пересчете на душу населения.

Первой идет Боливия, где этот показатель составляет 0,45 долларов США на человека в год. Для Ливана он равняется 0,29 долларов США.

В настоящее время разработана еще одна программа для Ливана, которая также должна выполняться за счет добровольных взносов государств-доноров. Однако вопрос ее финансирования еще не решен. Предполагается, что она должна стать составной частью национальной программы Ливана по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, стоимость которой оценивается в 300 миллионов долларов США. Срок ее реализации рассчитан на пять лет.

По информации Управления ООН по наркотикам и преступности, Ливану предоставлен специальный грант в размере 362 тыс. долларов США на «развитие и выполнение национального плана действий по сокращению спроса на наркотики в Ливане в 2004–2006 годах». Тем не менее эта сумма не решает главной проблемы ливанской национальной антинаркотической программы, которая заключается в отсутствии финансирования, обещанного ливанскому правительству международными донорами.

При этом Международное управление по контролю над наркотиками признало в 2005 году, что «опыт осуществления финансируемых донорами программ альтернативного развития в районах культивирования растения каннабис является весьма ограниченным».

Одновременно с этим при участии экспертов Объединенной программы ООН по ВИЧ/СПИДу в Ливане разрабатывается специальная программа профилактики распространения эпидемии ВИЧ среди лиц, употребляющих наркотики путем инъекций. В свою очередь, Комиссия по наркотическим средствам, являющаяся центральным органом по выработке политики ООН по вопросам, связанным с наркотиками, оказывает ливанским коллегам содействие в организации и проведении мероприятий, направленных на совершенствование национального законодательства, касающегося проблемы ВИЧ.

О пристальном внимании мирового сообщества к наркоситуации в Ливане свидетельствует тот факт, что эту страну неоднократно посещали руководители специализированных международных агентств, которые противодействуют нелегальному обороту наркотических средств. Примером может служить визит в Ливан исполнительного директора ЮНОДС Пино Арлаччи, состоявшийся в июле 1999 года. В ходе поездки он не только провел переговоры с руководством Ливанской Республики, но и ознакомился с реализацией Программы регионального развития района Баальбек–Эль-Хермиль и посетил долину Бекаа.

В марте 2003 года в Ливане побывала представительная делегация еще одной организации, входящей в структуру ООН, — Международного управления по контролю над наркотиками. Ее главной задачей было изучение результатов усилий ливанской стороны по ограничению посевов опийного мака. Глава ливанского МВДа Элиас Мурр предоставил членам делегации обширную информацию об опыте деятельности подчиненных его ведомству подразделений в области ежегодной ликвидации полей опийного мака и конопли.

Несмотря на важность контактов в рамках глобального сотрудничества, основной упор в реализации антинаркотических мер ливанские власти делают на региональное взаимодействие. Так, Бюро по контролю над наркотиками МВД Ливана на регулярной основе участвует в работе Арабского бюро по вопросам наркотиков, созданного при Совете министров внутренних дел арабских государств, во встречах каирского Регионального бюро Управления ООН по наркотикам и преступности.

Ливанские делегации — инициативные участники международных конференций по вопросам борьбы с нелегальным оборотом наркотиков, проводящихся на Ближнем Востоке. Например, в феврале 1997 года в Абу-Даби (ОАЭ) прошел форум, посвященный вопросам сокращения спроса на наркотические средства. На нем БКН МВД Ливана представило информацию о мерах по сокращению площадей, занимаемых запрещенными культурами.

Два года спустя, в июле 1999 года, делегация ливанского правительства провела встречи со своими арабскими коллегами в рамках вторых субрегиональных технических консультаций по проблемам наркоконтроля. Главной темой переговоров стало предложение расположенного в египетской столице ближневосточного Регионального бюро ЮНОДС по подготовке программы по контролю над распространением наркотиков на Ближнем Востоке.

Наконец, в последних числах августа 2004 года при содействии ООН — Комиссии по контролю над наркотиками и Управления ООН по наркотикам и преступности — шесть арабских стран, включая Ливан, и Турция на встрече в Аммане (Иордания) приняли решение о создании сети для обмена информацией и развития межведомственного сотрудничества в целях предупреждения утечки прекурсоров. Эта тема чрезвычайно важна для Ливана с учетом деятельности подпольных лабораторий по переработке импортного сырья опия и каннабиса, получившей широкое распространение на ливанской территории в середине 90-х годов.

Немалое значение Ливан придает углублению двусторонних отношений с государствами, заинтересованными в урегулировании наркоситуации в регионе. Одной из таких стран является Иордания. Выступая на двустороннем семинаре, прошедшем в ноябре 2005 года в ливанском городе Батрун, депутат парламента Ливанской Республики Аммар Хури особо отметил «тесное сотрудничество» между двумя странами в области противодействия наркотической угрозе и оказания помощи наркозависимым людям путем «ужесточения законодательства, касающегося культивирования запрещенных растений и принятия эффективных мер по недопущению транспортировки и торговли наркотиками».

Государственный департамент США в своем ежегодном докладе о ситуации с незаконным оборотом наркотиков в мире заметил в 2005 году, что Ливан не является крупным центром по транзиту запрещенных наркотических средств, а большинство фактов выявления контрабанды наркотиков — дело рук скорее «любителей», чем крупных преступных групп. Эту информацию подтверждают и данные Всемирной таможенной организации, которая зарегистрировала в 2003 году всего один случай задержания незаконно перемещаемых наркотиков. Речь шла о 40 кг кокаина, доставлявшегося в Ливан из Южной Америки.

Тем не менее, высоко оценивая деятельность государства и гражданского общества по ограничению спроса на запрещенные наркотические средства, необходимо констатировать, что проблема наркотиков в Ливане далека от своего разрешения в силу, по крайней мере, двух причин.

Во-первых, делая основную ставку на силовую составляющую антинаркотических мер, Ливан в настоящее время не готов к устранению социально-экономических условий, обеспечивающих жизнеспособность национального наркобизнеса.

Во-вторых, несмотря на многочисленные заявления, в стране так и не создана стройная общенациональная система, которая могла бы консолидировать все ресурсы государства и общества для ликвидации наркопроблемы.

По крайней мере, идея по формированию Национального совета по наркотикам, создание которого заложено в ливанском законодательстве, с приданием ему функций общегосударственного координирующего органа, ответственного за выработку национального плана действий, уже несколько лет не находит своего практического воплощения.

Институт Ближнего Востока

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03289 sec