Перспективы вступления Ирана в ВТО

29 января 2006
А.А. Розов

Проблема вхождения Ирана в ВТО имеет долгую историю. Возникнув в 1996 г. на волне экономических преобразований, затеянных в Иране президентом-прагматиком А.А. Хашеми-Рафсанджани (1989-1997), этот вопрос вошел в реестр приоритетов экономической политики команды реформаторов во главе с президентом С.М. Хатами (1997-2005), взявших курс на либерализацию экономической системы и постепенную интеграцию Ирана в мировое хозяйство. Присоединение к ВТО подавалось тогда правительством ИРИ в качестве панацеи от всех социальных бед иранского общества. Считалось, что поставленная цель станет краеугольным камнем долгосрочной экономической стратегии Ирана.

На протяжении девяти лет иранские чиновники различного уровня убеждали своих западных оппонентов в том, что созрели все необходимые предпосылки для вступления Ирана в глобальный торговый форум. Пропагандистская работа велась на различных направлениях, а стоявшие у руля иранские реформаторы использовали любую трибуну для продвижения данной идеи. Несмотря на это, США с 1996 по 2005 гг. ветировали официальную заявку Тегерана (она подавалась более 20 раз).

Примечательно, что вопрос о присоединении ИРИ к ВТО изначально был тесно увязан с иранской ядерной проблематикой. Это было сделано Западом намеренно, с целью заполучить дополнительный козырь в «бартерной политике», проводимой на иранском векторе. В обмен на «объективные гарантии» полностью мирной направленности иранской ядерной программы Европа рассчитывала предложить Ирану широкий набор дивидендов, в том числе обещание поддержать иранскую заявку в ВТО, а также поощрение частных инвестиций, оказание технической помощи/сотрудничества в автомобильной, телекоммуникационной, сельскохозяйственной сферах, гражданской авиации.

Взаимосвязь двух этих аспектов — членства Ирана в ВТО и иранской ядерной программы — отчетливо проявилась в мае 2005 г., когда американцы, удовлетворенные ходом переговорного процесса в формате «Иран–евротройка», сняли свое возражение и таким образом содействовали одобрению иранской заявки на присоединение к ВТО. Это решение было принято в «мозговом центре» американской администрации после того, как иранская сторона заключила с «евротройкой» Парижское соглашение и убедила Запад в последовательности своих намерений продолжать добровольное обязательство по заморозке всего комплекса обогатительных работ.

Официальный представитель Госдепа США Р. Баучер заявил, что время, выбранное для оглашения американского решения по членству Ирана в ВТО, было «не совсем случайным». Он отметил, что состоявшийся накануне очередной раунд ирано-европейских переговоров «продемонстрировал, что усилия по достижению мирного, дипломатического пути решения иранской ядерной проблемы будут продолжены». Тем более что поводов для опасения у американцев не было: по всем аналитическим выкладкам политологов, как иранских, так и международных, на предстоявших в июле 2005 г. президентских выборах в ИРИ должен был победить А.А. Хашеми-Рафсанджани (который, собственно, и инициировал процесс присоединения ИРИ к ВТО), готовый к налаживанию конструктивного взаимодействия с Европой и настроенный даже на восстановление ирано-американских отношений.

Иранское руководство также с воодушевлением восприняло известие о том, что его заявка наконец утверждена и первоочередная задача по оформлению членства в ВТО успешно выполнена. Как заявил представитель Ирана при отделении ООН в Женеве Мохаммад Реза Альборзи, данное решение хоть и запоздало, тем не менее, оно является позитивным.

При этом в Иране ситуация оценивалась абсолютно реалистично: там понимали, что решение о начале переговорного процесса с Тегераном представляет собой лишь первый «пробный шар», а впереди его ждут длительные и сложные переговоры (согласно процедурному режиму ВТО, Иран должен на двусторонней основе переговорить и согласовать свое членство с каждым из 148 членов организации).

Подобные суждения высказывались иранскими аналитиками неоднократно. В частности, в реформаторской газете «Шарг» было высказано мнение, что поводом для позитивного решения Вашингтона послужила его озабоченность угрозой срыва переговорного процесса Тегерана с «евротройкой» и возобновления обогатительных работ. В то же время Вашингтон прекрасно понимает, что практическая отдача от данного решения членов ВТО наступит не скоро. По мнению автора статьи, Ирану потребуется как минимум пять лет для проведения переговоров о членстве в ВТО.

Но и этот прогноз следует воспринимать как излишне оптимистичный: на сегодня в переговорные процессы по оформлению членства в ВТО вовлечено около 30 государств, включая Россию, Саудовскую Аравию, Афганистан, а Китаю для вступления в ВТО потребовалось более 15 лет, он стал членом организации в 2001 г. В конечном счете, для утверждения решения о вступлении в ВТО необходимо набрать две трети голосов государств — членов организации. Соответственно, американцы оставили себе массу лазеек, чтобы в случае необходимости все же перекрыть Ирану доступ к ВТО.

Тем не менее принятое в мае 2005 г. с подачи американцев решение стало итогом «уступчивой» позиции Ирана по его ядерной программе. Уступил и Вашингтон. Расчет американцев строился на том, что принятое решение убедит Тегеран дождаться так называемого пакета европейских предложений и до тех пор не объявлять даты возобновления ядерной деятельности (европейцы обещали представить иранской стороне в начале августа 2005 г. детализированные пошаговые предложения по продвижению в сторону консенсуса в рамках ядерной программы Ирана).

Но Вашингтон автоматически обозначил два важнейших условия для обеспечения в дальнейшем членства Ирана в ВТО. Первое — полное прекращение ядерной деятельности, второе — проведение в стране «открытых и свободных президентских выборов». Как впоследствии показала практика, ни одно из этих условий Тегеран выполнять не собирался. Что касается американской интерпретации «открытых и свободных выборов», то под ними понималась победа кого-либо из представителей реформаторского либо, в крайнем случае, умеренно-консервативного крыла иранского духовенства (ставка делалась либо на консерватора-прагматика А.А. Хашеми-Рафсанджани, либо на реформаторов — умеренного М. Кярруби и радикального М. Моина).

Но неожиданно на выборах победил один из аутсайдеров президентской гонки — неоконсерватор М. Ахмадинежад.

Другое важное условие Вашингтона — полное прекращение ядерной деятельности Тегерана — в сегодняшних условиях потеряло актуальность, поскольку ясно, что «точки возврата» Тегерана к прежним договоренностям с «евротройкой» ожидать не приходится.

В результате дипломатические «потуги» американцев и европейцев накануне президентских выборов в ИРИ оказались напрасными: оба важнейших условия Белого дома не были выполнены. Европейский пакет предложений, поступивший в Тегеран в начале августа 2005 г., был также отвергнут новоизбранным президентом М. Ахмадинежадом.

Затем были скорректированы приоритеты экономического курса правительства ИРИ. Не высказываясь в открытую против членства в ВТО, М. Ахмадинежад, тем не менее, всеми своими шагами отдаляет эту перспективу. С началом глубокой фазы дестабилизации ситуации вокруг иранской ядерной программы в ноябре–декабре 2005 г. шансы Ирана оформить в обозримой перспективе членство в ВТО заметно сократились.

Дальнейшие перспективы Ирана в ВТО оцениваются пока довольно осторожно. Очевидно, что продолжение ядерного кризиса не сулит Ирану легкого вступления в организацию. А в случае передачи иранского досье в СБ ООН и введения экономических санкций процесс оформления членства ИРИ в ВТО становится еще более проблематичным. Нужно также иметь в виду, что оформление членства в этой организации занимает годы и требует проведения широкого спектра либеральных реформ, причем не только в социально-экономическом сегменте, но и в политической сфере.

Жесткий внутренний курс, проводимый неоконсерваторами после победы М. Ахмадинежада на президентских выборах в августе 2005 г., последовательно ведет Иран в обратную сторону — на сворачивание либеральных рыночных реформ и построение социального государства. Одновременно наблюдается стагнация в сфере политических реформ и построения гражданского общества. В таких условиях Иран объективно постепенно отдаляется от стандартов, требуемых для принятия во Всемирную торговую организацию. Складывается впечатление, что новое руководство страны вполне устраивает жизнь за рамками ВТО.

Тегеран сейчас морально готовится к другому сценарию, планируя стратегию на случай введения со стороны международного сообщества экономических санкций (хотя и такой дискриминационный режим в Иране вполне привычен, ведь американские санкции против этой страны, введенные в 1979 г., действуют до сих пор). А что касается текущих взаимоотношений Ирана с ВТО, то они, несмотря на всю революционность принятого в мае 2005 г. решения о начале в рамках соответствующей рабочей группы переговорного процесса по вступлению, пока продолжают оставаться на нулевой отметке.

Институт Ближнего Востока

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03936 sec