Россия выступает за мирные переговоры

20 января 2006
Сайт IranAtom.Ru публикует интервью с российским экспертом в области ядерной программы Ирана, согласившемся ответить на наши вопросы на условиях сохранения анонимности

Может ли Россия заблокировать передачу иранского «ядерного досье» в Совет Безопасности ООН?

Не могла и не может. У нашей страны нет технической возможности заблокировать любое решение Совета управляющих МАГАТЭ, так как мы располагаем там всего лишь одним голосом из 35. Наличие права на вето в управляющих органах МАГАТЭ не предусмотрено уставом.

Но на предыдущих сессиях Совета управляющих к нашему мнению прислушивались, и с нами проводили консультации…

Совет управляющих всегда стремится принимать резолюции консенсусом. Но устав не запрещает решать вопросы простым большинством. С формальной точки зрения, консенсусная резолюция ничем не отличается от резолюции, которую поддержало всего 18 стран, и голоса России и Ганы при этом будут равны.

Означает ли передача досье в Совбез автоматическое введение санкций против Ирана?

Нет, не означает. Проведение дебатов в Совете Безопасности ООН может вылиться в любой результат. В том числе, и полный отказ от принятия резолюции, как это было при рассмотрении «ядерного досье» Пхеньяна.

Какие цели может преследовать передача иранского досье в Совбез?

Совет управляющих МАГАТЭ требует от Ирана долгосрочного отказа от собственной программы ядерно-топливного цикла. Нужно помнить, что устав МАГАТЭ не даёт оснований для выдвижения подобных требований или просьб. Что до Совета Безопасности, то этот орган юридически в состоянии ограничить права любого государства, если сочтёт его действия угрожающими миру и безопасности сообщества.

Иран утверждает, что полностью сотрудничает с МАГАТЭ. В то же время, Мохаммад Эльбарадей упоминает о проблемах, возникающих при проведении инспекций…

Иран демонстрирует свою полную открытость при проведении инспекций своих ядерных объектов, как предписано в Дополнительном протоколе к соглашению о гарантиях с МАГАТЭ. Но в агентстве постоянно требуют разрешения на инспекции объектов, не причисляемых к ядерным – в первую очередь, военных баз и предприятий ВПК. Это выходит за пределы полномочий МАГАТЭ, и Иран редко даёт на это согласие. Хотя инспектора уже провели осмотр военных объектов в Лавизане, Парчине и Колахдузе, МАГАТЭ настаивает на большем. Это ещё одна причина для возможного привлечения к расследованию Совета Безопасности, обладающего более широким мандатом.

К каким последствиям может привести введение санкций против Ирана?

Рост национализма и экстремизма в Иране и ухудшение обстановки в соседних государствах, в первую очередь, в Ираке.

Но в Вашингтоне считают, что влияние Ирана на соседний Ирак сильно преувеличено.

Вторгнувшись в Ирак под сфабрикованным предлогом поиска ОМП, Соединённые Штаты продемонстрировали всему миру своё полное непонимание процессов, происходящих на Ближнем и Среднем Востоке. Должно пройти не менее 10-15 лет, прежде чем к оценкам, исходящим из Вашингтона, можно будет прислушиваться всерьёз. А до тех пор никого не должно интересовать, что считают в Вашингтоне.

Чего добивается Россия, выдвигая собственный компромиссный план по решению иранского кризиса?

Наша страна добивается возвращения процесса в русло переговоров. Мы вынесли на рассмотрение вариант, способный стать базой для достижения финального соглашения. Россия активно лоббирует свою инициативу как на Западе, так и на Востоке. При наличии у прочих участников кризиса доброй воли, российский план должен помочь окончательно разрешить сложившийся кризис.

Реальна ли военная операция против Ирана?

Скорее всего, нет. Хотя поведение людей из команды Буша очень настораживает. Радует, однако, то, что с перспективой «второго Ирака» не согласно большинство из европейских государств.

Интересы Евросоюза в Иране лежат только в экономической плоскости?

Не стоит так сужать вопрос. Кроме естественного желания Франции продавать в Иран свои АЭС, есть ещё и общеевропейское стремление выйти на передовые роли на международной арене. Такое сильное и потенциально претендующее на лидерство объединение, как Евросоюз, не может оставаться в стороне от сегодняшних «горячих» вопросов.

Вернёмся к ядерной деятельности ИРИ. Появляются оценки о гипотетическом создании ядерного оружия через несколько лет, а то и месяцев…

В России подтверждения таким оценкам не имеется, о чём недавно заявлял Лебедев (директор СВР. – IranAtom.Ru).

Но в секретном докладе ЦРУ, распространявшемся прошлым летом среди членов МАГАТЭ, упоминалось о разработках в Иране ракет с ядерными боеголовками.

В данном документе экспертами было найдено немало внутренних противоречий, что ставит под сомнение его подлинность.

Вы можете назвать их?

Не могу.

Последний вопрос. Как Вы можете прокомментировать книгу американского журналиста Джеймса Райзена об операции «Мерлин»?

Обязательное присутствие такого персонажа, как «русский атомщик», в любой продукции американского разведывательного сообщества, касающейся Ирана, заставляет задуматься – что важнее для американцев? Понять, что на самом деле происходит в Иране, или любой ценой испортить репутацию России?

Можно с немалой вероятностью предположить, что в Вашингтоне хотели заполучить нашего бывшего министра Адамова для участия в «иранском спектакле». Но, благодаря активным действиям наших дипломатов, Адамов был возвращён в Россию. Теперь американцам приходится ссылаться на не имеющих фамилии и имени «жадных русских атомщиков», готовых за копейки продавать первому встречному секреты наших технологий.

Говоря коротко, книга оставляет странное впечатление. Раньше бы её назвали инструментом психологической войны. Но сегодня у нас времена политкорректности и общечеловеческих ценностей, поэтому я лучше оставлю ваш вопрос без ответа.

Спасибо за интервью.

IranAtom.Ru

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03999 sec