Сергей Пряхин: Иран – лучший атомный рынок для России

25 ноября 2005
Парвиз Немати

В Вене начинает свою работу очередное заседание Совета управляющих МАГАТЭ, на котором будет обсуждаться ядерная программа Ирана. Уже в преддверии заседания многие СМИ и эксперты усомнились в том, что США и европейская тройка и в этот раз смогут пожать плоды своих неустанных усилий по лоббированию вопроса о передаче иранской ядерной программы на рассмотрение в СБ ООН и введении санкций против Ирана. Запад в очередной раз оказался повязан активной дипломатией руководства Ирана.

В этом ракурсе, конечно, нельзя забывать о пополнении рядов членов, поддерживающих иранскую позицию в Совете управляющих, а также дипломатических усилий приложенных, со стороны России. На эту тему за комментарием в связи с сложившейся ситуацией вокруг ядерной программы Ирана мы обратились к главному редактору интернет-портала «IranAtom.Ru – информационно-аналитический сайт» Сергею Пряхину.

Вопрос: Начинается очередное заседание Совета управляющих МАГАТЭ, на котором будет обсуждаться ядерная программа Ирана. Как Вы расцениваете ситуацию и можно ли говорить о каких-либо изменениях с момента принятия последней резолюции?

Ответ: Если говорить о заседании, то в четверг оно только начинается и думаю, что ее результаты будут известны, может быть, в пятницу, а может и в понедельник. Что касается ситуации, то можно сказать, что сейчас ситуация представляется в оптимистическом свете. Хочу отметить, что в первую очередь благодаря усилиям России, хотя нас в Иране часто критикуют, по всей видимости, удастся избежать постановки на голосование вопроса о передаче «иранского досье» в Совбез. То есть, видимо, будет принято решение о том, что можно продолжать переговоры.

Очень радует, что американцы в принципе тоже на этот раз не занимают воинственную позицию. Джордж Буш сделал довольно примиряющее заявление. Очень радуют появившиеся в печати сообщения даже о дате возобновления переговоров – это 6 декабря. То есть, все это внушает очень большой оптимизм. Если не произойдет некоего форс-мажора, то это заседание Совета управляющих пройдет для Ирана в оптимистическом ключе.

Вопрос: Как на ваш взгляд повлияют на ситуацию последние изменения в рядах членов Совета управляющих МАГАТЭ?

Ответ: Я не думаю, что это очень важно. Потому, что западный блок сохранял за собой большинство. Хотя оно немного размыто после вступления Белоруссии и Кубы. Я думаю, что в Иране также обратили внимание на последнее заявление Индии, что руководство этой страны не желает передачи иранского вопроса в Совбез, по крайней мере, они будут стараться этого избежать. То есть, в принципе, ситуация в количественном смысле по сравнению с прошлым для Ирана лучше, но мне кажется, что большинство за западным блоком все же сохраняется. Резолюция, принятая 18 голосами, все равно считается принятой. Поэтому, мне кажется, ключевой момент в этом вопросе – это все-таки появившиеся в прессе слухи о так называемом «российском компромиссе». Конечно же, не сами слухи оказали положительное влияние, а именно существование этого российского компромиссного плана сыграло положительную роль.

Вопрос: Вы имеете в виду «компромиссный план» по обогащению урана?

Ответ: Да, это совместное предприятие по обогащению урана, которое могло бы быть размещено на российской территории. Именно этот план я и имел в виду.

Вопрос: Как мы знаем, на счет этого плана много говорится в прессе, но глава Совбеза РФ Игорь Иванов в ходе визита в Тегеран заявил, что он не привозил с собой никаких планов и предложений на этот счет?

Ответ: Он правильно поступил. Любой другой чиновник, если был бы на его месте, поступил бы также. Ситуация выглядит так: официально этот «компромисс» вам не предложен, официально вы его не отвергали. Таким образом, сохраняется место для дальнейшего дипломатического диалога и маневра.

Нужно отдавать себе отчет, что это трудно реализуемый на деле план. И с финансовой, и с технической точек зрения, этот план очень не простой. Даже если он будет принят, невозможно будет прямо завтра перенести этот процесс в Россию. Существует очень много деталей (о которых я сейчас не хотел бы упоминать), которые затрудняют реализацию этого плана. Все это должно быть обсуждено. Необходимо, чтобы детали проработали эксперты. И может быть, на основании этого плана удастся или полностью решить проблему или выйти на другое решение, которое станет приемлемым для всех сторон, в том числе Ирана, России и Запада.

Вопрос: Сергей Александрович, в начале нашей беседы Вы сказали, что во многом благодаря усилиям России было снижено напряженность вокруг ядерного вопроса Ирана...

Ответ: Да, совершенно однозначно. Это так.

Вопрос: Если конкретизировать этот вопрос, то какие именно усилия: это последние встречи и переговоры проведенные между российскими должностными лицами и их западными коллегами или были предприняты и какие то другие усилия?

Ответ: Разумеется, если Вы обращали внимание, представители российской дипломатии, прежде всего министр иностранных дел РФ, а также Совет Безопасности РФ провели очень большую, плодотворную переговорную работу. Кроме визита Игоря Иванова (секретарь совбеза РФ. – редакция ГИРИ) в Тегеран, он также посетил и другие государства, в том числе и Израиль. Кроме того, МИД РФ провел очень активные переговоры со своими американскими и европейскими коллегами. И, как мне представляется, благодаря усилиям России стороны смягчили свои позиции – и Иран, и Европа. Уже нет такой атмосферы напряженности или, точнее сказать, непримиримости сторон, которая имела место в августе и сентябре текущего года. Сейчас все говорят о том, что необходимо продолжить переговоры. В Иране об этом говорит господин Лариджани (секретарь совбеза ИРИ. – редакция ГИРИ). В Европе также все, даже Великобритания, говорят о переговорах. То есть, это очень важный знак, в котором Россия сыграла очень большую роль.

Вопрос: Действительно были предприняты дипломатические усилия со стороны Росси, но можно еще и так констатировать, что эти усилия были направлены на защиту российских интересов на иранском рынке.

Ответ: Разумеется, любая страна должна защищать свои интересы. Я полностью с вами согласен. Но тут есть еще один простой момент. Мы соседи и всегда хочется, чтобы у соседа все было в порядке. В случае с «компромиссным планом», не знаю, понимают ли это в Иране, Россия может пойти на экономические потери. Ведь изначально предполагалось, что топливо для АЭС в Бушере будет полностью продаваться из России. А теперь речь идет о совместном производстве, что явно скажется на цене в пользу Ирана. То есть, Россия даже согласна пойти на определенного рода экономические потери, лишь бы у вас, как у наших соседей, была мирная и нормальная обстановка.

Вопрос: Я хотел бы дополнить свой вопрос. Какие основные интересы преследует Россия в рамках ядерного сотрудничества с Ираном и намерении его расширения?

Ответ: Знаете, экономические интересы не ограничиваются только атомной энергетикой. Почти на всех встречах российских чиновников с представителями иранского посольства и руководства ставится вопрос о том, чтобы довести товарооборот между наши странами до 10 млрд. долларов. Это значить увеличить товарооборот почти в 10 раз. То есть, здесь может речь идти о высоких технологиях. Уже идут разговоры о сделке по поводу новых видов самолетов «Туполева» и т.д.

Ну а если говорить конкретно об атомной энергетике, то, конечно же, для России очень интересно получить заказ на новые энергоблоки. Как минимум, на новые энергоблоки Бушерской АЭС. Ахвазская АЭС, честно говоря, тоже представляет особый интерес для российской стороны (если когда-нибудь иранская сторона вернется к этой станции).

Вопрос: В случае, если предположить возможную передачу иранского вопроса в СБ ООН и введения эмбарго в отношении Ирана, что ожидает российские интересы, о которых Вы упомянули, что им угрожает?

Ответ: Если будет введено эмбарго, то мы лишаемся товарооборота полностью. Для конкретно атомной отрасли России удар будет достаточно тяжелым. Потому что для России остается только китайское направление. По Китаю совсем недавно в «Атомстройэкспорте» прошла конференция, где речь шла о возможном сотрудничестве в южных районах этой страны, где сильно влияние Франции, и где наше влияние и позиции ослаблены. Поэтому, в принципе, если бы не было политических трудностей, то Иран был бы наилучшим рынком для российской атомной энергетики и продажи российских ядерных энергоблоков за рубеж. Так, что, несомненно, вы совершенно правы – Россия сейчас, в частности, защищает интересы своей атомной отрасли.

Вопрос: Как Вы думаете, что можно ожидать от очередного заседания Совета управляющих МАГАТЭ?

Ответ: На данном этапе появился прогноз, который мы в принципе разделяем: если не произойдет форс-мажора, то, видимо, произойдет так, что просто не будет принято никакой резолюции, а будет принято некое обращение к Ирану о продолжении сотрудничества и призыв к возобновлению переговоров.

Русская служба IRIB

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03886 sec