Мотахарния: Иран может стать союзником Европы

24 ноября 2005
Корреспондент агентства «Мехр» взял интервью у политолога доктора Мотахарния в связи с развитием ситуации вокруг ядерной программы Ирана.

Вопрос: Назовите сильные стороны Ирана в ядерной проблеме.

Ответ: Сильные стороны Ирана – это национальный суверенитет, религиозная тождественность и молодые и образованные трудовые ресурсы. Кроме того, Иран никогда не был покорён за всю свою историю.

Разумеется, Иран неоднократно терпел поражения, но никогда не был покорён. Есть большая разница между понятиями «потерпеть поражение» и «быть покорённым». Наши национальные интересы требуют от нас заботиться об Иране, исламе и национальной мощи, и сфокусировать для этого все наши усилия на укрепление названных ценностей.

Вопрос: Уточните, пожалуйста, концепцию наших национальных интересов в проблеме нашего «ядерного досье».

Ответ: «Ядерное досье» Исламской Республики – это наиболее значительный вызов, стоявший перед Ираном когда-либо в его истории. Иными словами, мы сейчас находимся в ситуации, когда нам нужно сфокусировать все наши усилия для оптимального использования всех возможностей по сохранению достоинства в рамках наших национальных интересов.

Кроме того, мы должны быть реалистами. Мы не можем оставаться непонятыми и невовлечёнными в современный мир. Существуют различия между реалистами и идеалистами. Защита национальных интересов и религиозных идеалов никогда не может быть забыта. Однако полем для нашей игры является реальный мир, и это никогда нельзя забывать. Мы должны очень хорошо понимать наш мир и действовать таким образом, чтобы наши принципы и ценности были соблюдены, и пытаться минимизировать любой возможный вред государству и нации.

Ганс Моргентау, основоположник реализма в области международных отношений, говорил, что политик должен избегать таких путей, следуя которым он или его нация встанут перед выбором – заплатить дорогую цену или лишиться достоинства. Другими словами, политик должен глубоко понимать все возможные последствия своих шагов.

Вопрос: Полагаете ли Вы, что развитие полномасштабного ЯТЦ является необходимым для защиты наших национальных интересов?

Ответ: Первое, что мы должны рассматривать в данной связи, это национальные интересы. То есть, защита национальных интересов есть принцип, а развитие ЯТЦ – это «национальный актив». Но имеем ли мы право жертвовать принципами в угоду активам? Честный ответ на поставленный вопрос позволит решит множество проблем. Я полагаю, что ни один находящийся в здравом уме человек не пожертвует принципами ради имущества.

Вопрос: Какие политические и ядерные инициативы может предложить Исламская Республика для того, чтобы добиться доверия со стороны международного сообщества и выйти из нынешней трудной ситуации?

Ответ: Ответ может быть найден в природе ДНЯО. Иран подписал этот договор в 1970 году. ДНЯО носит характер откровенного апартеида. Тем не менее, Иран признал его.

Вопрос: Что Иран может сделать в связи с ядерным апартеидом ДНЯО?

Ответ: Мы должны признать реалии сегодняшнего мира, если мы хотим найти выход из неприятного положения. Нам нужно сделать подходящие шаги. Макиавелли сказал: «Цель оправдывает средства». Если ислам не может принять подобный тезис, то мусульмане могут интерпретировать его так: «Каждая цель требует подходящих средств».

Если мы настроены изменить доминирующую в мире систему, то мы должны использовать подходящие для этого средства, а для того, чтоб эти средства получить – заплатить за них цену. Попытка изменения миропорядка приведёт нас к конфронтации с Соединёнными Штатами. В любом случае, «ядерное досье» Ирана есть политическая, а не юридическая проблема. Тем не менее, Иран всегда пытался решать её с использованием юридических средств.

Вопрос: Как Вы оцениваете иранские СМИ и освещение в них «ядерного вопроса»?

Ответ: Иранским СМИ следует избегать акцента на развитии ЯТЦ. Нужно помнить, что о национальных интересах страны заботится духовный лидер Исламской Республики.

Прессе не следует вмешивать общество в ядерную проблему. В этом случае, высокопоставленным руководителям страны не придётся идти навстречу требованиям общества. Разумеется, предоставление информации народу является обязательным, но нынешний подход иранских СМИ выглядит крайне опасным.

Мы должны знать, что находимся в сложной политической ситуации. Иран начал укреплять доверие к себе после подписания Дополнительного протокола, но впоследствии оказался втянутым в словесные баталии с Западом. В результате, все наши предыдущие шаги оказались перечёркнутыми, так как Запад гиперболизировал наши возражения и протесты и использовал их против нас, чтобы добиваться от нас новых уступок.

Мы пытались установить контакты с Евросоюзом, Движением неприсоединения и МАГАТЭ, но у нас не было стратегической цели. Конечно, была проделана большая работа, но усилия наших переговорщиков пропали втуне, и был сделан ряд противоречивых заявлений.

Нам нужно признать, что Индия, Пакистан, Россия, Китай и другие государства будут поддерживать нас ровно до тех пор, пока под угрозой не окажутся их собственные национальные интересы. Несмотря на все достижения современного мира, могущество и реализм до сих пор определяют все решения государственных лидеров.

Вопрос: Вы видите соперничество между США и Евросоюзом?

Ответ: Да. Проблема установления баланса сил и соперничество между США и Европой – это реальность, и нам нужно оптимально использовать её в деле о нашем досье. Но у нас нет чёткой стратегии по отношению к Европе. Мы не доверяем европейцам и не понимаем, что Евросоюз превратился в нашего северо-западного соседа.

Хотя Европа и пытается сохранить Иран вне зоны влияния США и даже участвует в скрытом соперничестве за новый мировой порядок, она никогда не пойдёт на конфликт с Америкой из-за Исламской Республики.

Тем не менее, в наших контактах с МАГАТЭ нам следует оптимально использовать евро-американское соперничество.

Вопрос: Как мы можем использовать Евросоюз при общении с МАГАТЭ?

Ответ: Для того, чтобы сделать это, нам нужно иметь очень эффективную и умную дипломатию. Предыдущая команда переговорщиков осознавала это факт и пыталась оптимально использовать все возможности. Нынешняя команда слишком упрощает дело. Во всех политических и безопасностных играх, чем больше вы упрощаете свою стратегию, тем лучше ваш соперник может предсказывать ваши ходы.

Другим решением может стать принятие того факта, что Соединённые Штаты являются главным действующим лицом в иранской ядерной игре, и начать логичные переговоры с США. Однако до тех пор, пока Америка продолжает настаивать на своих прошлых политических взглядах и не признаёт права иранского народа, прямые переговоры с Вашингтоном не принесут пользы Исламской Республике.

Следовательно, мы должны возобновить переговоры с Евросоюзом, но Европе нужно пойти для начала на некие уступки, если она хочет приостановки работ на заводе UCF. Затем нам нужно запросить у европейцев новый план по продолжению переговоров. В конце концов, если европейцы не смогут справиться с этой проблемой, то нам следует сказать Европе – призовите США принять участие в диалоге «Иран-Запад», а не «Иран-Европа». Наша ядерная программа не вызывает проблем у России и восточных государств, таких как Китай, Индия, Пакистан, члены Движения неприсоединения. У нас есть трудности с Европой, но Европа не представляет весь Запад.

Вопрос: Вы имеете в виду, что Ирану нужно начать непрямые переговоры с Соединёнными Штатами?

Ответ: Да. Иран должен начать непрямые переговоры с США для того, чтобы упростить переговоры с МАГАТЭ, решить политические проблемы вокруг ядерного досье и гарантировать получение Ираном уступок со стороны Запада.

У нас есть три средства в нашем распоряжении перед лицом нашего стратегического врага – Израиля и США:
ось Тегеран-Москва-Пекин-Дели (восточная ось);


ось Тегеран-Дамаск-Каир-Эр-Рияд-Амман (региональная ось);


ось Тегеран-Берлин-Париж-Рим-Лондон.
В ходе предыдущих переговоров, Италия занимала близкие к нам позиции. Мы пытались создать третью ось, совершенно забыв об укреплении двусторонних связей. Мы вели переговоры с Евросоюзом, при этом рассматривая весь Запад как нашего врага – и это несмотря на то, что Евросоюз будет сближаться с Америкой по всем вопросам, по которым сочтёт нужным сделать это.

Третья из вышеперечисленных осей представляется наиболее выгодной для Ирана. Иран может стать стратегическим партнёром Европы. Стабильный и независимый Иран, не входящий в сферу влияния США, пойдёт на пользу Европе и укрепит стратегические позиции Евросоюза в мире.

США и Европа намереваются поддерживать статус-кво у иранского «ядерного досье». Я полагаю, что на ноябрьской сессии Совета управляющих МАГАТЭ не произойдёт ничего существенного, потому что новый мировой порядок обретает свои формы, и центром его становится Ближний Восток.

Новый мировой порядок – это соревнование между США и Европой. Членство Турции в Евросоюзе станет реальностью только после окончательного закрепления США в Ираке. Турция будет принадлежать Европе, а Ирак – Америке. Следующим шагом в борьбе станет Сирия. После Сирии, Евросоюз обратит свои взгляды на Иран и Саудовскую Аравию, чтобы стабилизировать границы в системе нового мирового порядка.

Ирану нужно постараться выйти из сегодняшней ситуации, причём, чем быстрее, тем лучше. Нам следует либо выйти из ДНЯО, либо превратиться в активного игрока на новой международной арене.

«Мехр»

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03558 sec