Законодательные основы сотрудничества арабских государств в области борьбы с терроризмом

11 ноября 2005
Е.А. Карпенко

Одну из самых острых проблем для стран арабского мира в настоящее время представляет терроризм. Для арабских государств эта проблема обладает двоякостью: с одной стороны, террористические акты уносят человеческие жизни и на территории этих стран базируются террористы, а с другой — общественное мнение в ряде государств видит в террористах именно арабов.

В связи с этим на международной арене перед арабскими странами встает проблема поддержания имиджа, который обеспечивает, в частности, стабильность в отношениях с другими субъектами международных отношений, в том числе приток иностранных и частных инвестиций.

Так, в списке самых разыскиваемых США подозреваемых в терроризме, в который внесена 31 фамилия, находятся 25 выходцев из арабских стран, за поимку которых Госдепартамент США готов выплатить 180 млн долларов из кармана налогоплательщиков. Что касается «черного» списка членов «Аль-Каиды», составленного Советом Безопасности ООН, то в него занесены 192 человека (известно, что 11 из них арестованы, один убит), многие из которых также являются выходцами из арабских стран.

Если отвлечься от уровня большой политики, где истоки возникновения терроризма не связывают с определенным этносом или национальностью, некоторые граждане, заглянув в эту статистику, могут сделать однозначные выводы.

В арабских государствах ислам является официальной религией большинства граждан. Учитывая также многолетнюю конфронтацию с Израилем, отделить политику от религии зачастую просто невозможно, однако, видится, что причины возникновения терроризма более глубоки и не могут сводиться лишь к религиозным или этническим аспектам.

Несмотря на обвинения арабских режимов в спонсировании терроризма, они сами стали жертвами терроризма. Достаточно вспомнить долгую борьбу с исламским фундаметализмом в Алжире, а также взрывы жилых домов в Эр-Рияде в мае и ноябре 2003 года, атаку на консульство США в Джидде 6 декабря 2004 года, жертвами которых стали десятки человек, в том числе и американцы.

В 2000 году в порту Адена был взорван американский эсминец Cole, 19 августа 2005 года в порту Акабы обстреляны два американских военных корабля — USS Kearsarge и USS Ashland (к счастью, снаряды тогда не достигли своей цели), 9 октября 2004 года в египетской Табе взорван отель Hilton, где в основном проживали израильские туристы, 23 июля 2005 года целями трех взрывов в Шарм аль-Шейхе также стали иностранные туристы, 16 мая 2003 года в Касабланке были взорваны сразу пять бомб.

Эти теракты и взрывы 11 сентября 2001 года, которые послужили своеобразным водоразделом в борьбе с международным терроризмом, несомненно, заставили арабские правительства пересмотреть принципы осуществления безопасности.

Для любой страны, в том числе и арабской, проблема искоренения терроризма может решаться на различных уровнях: международном, региональном и национальном. Что касается последнего, то здесь речь идет не только о запрете экстремистских организаций и поголовном аресте их членов. Так, в докладе Группы высокого уровня ООН по угрозам, вызовам и переменам указывается, что «терроризм процветает в условиях отчаяния, унижения, нищеты, политического угнетения, экстремизма и нарушений прав человека, он также процветает в условиях региональных конфликтов и иностранной оккупации, он выигрывает от слабой способности государства поддерживать правопорядок».

Поэтому перед арабскими странами, в частности, стоит вопрос децентрализации власти с целью повышения уровня жизни и занятости населения, которое нужно «оттянуть» от пропагандирующих экстремистские идеи деятелей.

В рамках ООН принято 12 соглашений о борьбе с терроризмом, среди них, в частности, Международная конвенция о борьбе с актами ядерного терроризма (2005 год), Международная конвенция о борьбе с финансированием терроризма (1999), Международная конвенция о борьбе с бомбовым терроризмом (1997), Международная конвенция о борьбе с захватом заложников (1979), Конвенция о борьбе с незаконным захватом воздушных судов (1970)), и арабские страны на бумаге активно включились в эту борьбу вместе с международным сообществом.

28 сентября 2001 года после терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне на основании Главы VII Устава ООН Совет Безопасности принял резолюцию 1373, в которой он подтвердил безоговорочное осуждение таких нападений и заявил о решимости предотвращать подобные акты. Резолюцией 1373 был также учрежден Контртеррористический комитет (КТК), в состав которого входят все 15 членов Совета Безопасности. КТК обеспечивает контроль за осуществлением всеми государствами резолюции 1373 и стремится расширить возможности государств в деле борьбы с терроризмом. КТК представляет собой механизм контроля за осуществлением резолюции 1373. Эту резолюцию поддержали все арабские государства.

Что касается непосредственно международных конвенций по борьбе с терроризмом, то ко всем двенадцати документам из арабских стран присоединилась только Ливия. Наиболее активно арабские страны присоединяются к Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма. Присоединяясь к этой конвенции, страны обязуются не финансировать террористов на государственном уровне, что должно повышать их международный престиж, а также замораживать счета тех организаций, которые имеют связи с террористами.

Последней из арабских стран к этой конвенции 24 апреля 2005 года присоединилась Сирия, обвиняемая США в финансировании ряда организаций, которые Вашингтон считает террористическими. Таким образом, Дамаск доказывает, что не выбивается из рядов борцов с терроризмом.

В декабре 2004 года арабские страны провели первое заседание регионального отделения ФАТФ (Financial Action Task Force), где они договорились о выработке мер по борьбе с финансированием терроризма, очерченных этой организацией. Соответствующий договор подписали Саудовская Аравия, Оман, ОАЭ, Бахрейн, Катар, Кувейт, Йемен, Иордания, Сирия, Ливан, Египет, Тунис, Алжир и Марокко. Ирак стал наблюдателем, а Ливия, Судан и Палестинская национальная администрация на заседании не присутствовали. Членами ФАТФ являются лишь две международные организации, одна из которых — ССАГПЗ (вторая — ЕС). Таким образом, арабские страны обязались исполнять мировые стандарты в предотвращении отмывания денег и использования финансовых средств террористическими организациями, внесенными в «черный список» СБ ООН.

22 сентября 1999 года представители Интерпола и министерского совета ЛАГ подписали меморандум о взаимопонимании, в котором обязались обмениваться информацией и осуществлять взаимное сотрудничество в области предотвращения преступлений. Однако до заключения соглашения дело пока не дошло.

Неповоротливость арабских государств, в частности, в деле присоединения и ратификации международных соглашений связана в основном с различиями в подходах к определению терроризма. Так, арабские государства настаивают на разграничении понятий «терроризм» и «вооруженная борьба против оккупации». Эта попытка оправдать, в частности, теракты в отношении израильтян и служит основным тормозом в решительной реализации международных соглашений и причиной трений с другими государствами. Это разграничение в понятиях отражено в региональных соглашениях о борьбе с терроризмом, заключенных при участии арабских государств.

22 апреля 1998 года в рамках Лиги арабских государств главы МВД арабских стран подписали Соглашение о борьбе с терроризмом, подготовка которого велась четыре года. В этом документе арабские страны сформулировали основные понятия, касающиеся терроризма, а также выработали меры для его предотвращения. Терроризм в соглашении понимается как «любой акт насилия или угроза насилия вне зависимости от его мотивов и целей, который осуществляется единолично или коллективно и имеет целью посеять панику среди населения, угрожает жизни людей, наносит вред окружающей среде, личному или общественному имуществу или представляет опасность для национальных ресурсов», а также преступления, определенные в международных конвенциях ООН о борьбе с актами терроризма.

В статье 2 особо указывается на то, что преступлениями не являются борьба за национальное самоопределение против государства-оккупанта и агрессия с целью освобождения (в соответствии с международным правом). Таким образом, арабские страны для себя четко подвели черту под спором относительно того, является ли терроризмом борьба палестинцев против израильтян. В связи с этим некоторые трудности представляет и борьба с терроризмом в Ираке: с одной стороны, в ней видится борьба за национальное самоопределение иракцев, а с другой — убийство мирных жителей. Арабские государства со своей стороны неоднократно осуждали убийство мирных жителей в Ираке.

Арабские государства обязались не организовывать, не финансировать и не осуществлять любые акты терроризма. С этой целью в статье 5 Соглашения о борьбе с терроризмом, в частности, определены обязательства по предотвращению использования террористами своей территории; проведению усиленных мер безопасности на границах и различном транспорте, чтобы не допустить проникновения преступников, а также в дипломатических представительствах иностранных государств и международных организаций на своей территории; проведению кампании в СМИ по разъяснению опасности терроризма и информированию населения о террористических группировках; обмену информацией в области безопасности; созданию и обновлению базы данных о террористах; экстрадиции их в страны, где они находятся в розыске, а также по оказанию помощи жертвам терроризма и свидетелям преступлений.

Кроме того, арабские государства договорились оказывать необходимую юридическую помощь в расследовании актов терроризма или их предотвращении, которая включает проведение допросов в другой стране, обысков, изъятий документов, предоставление необходимых документов (статья 9), а также согласились делегировать друг другу право судебного разбирательства над подозреваемыми в терроризме (статьи 10-12). Одним из самых важных пунктов этого соглашения является обязательство обмениваться любой информацией о террористической деятельности или же о результатах расследования (13-18). При этом стоит отметить, что, если теракт был совершен в одной арабской стране против объекта другой арабской страны, то результаты расследования не могут быть переданы третьей стороне (статья 21). Статьи 22-28 этого соглашения четко прописывают процедуру экстрадиции подозреваемых в терроризме, статьи 34-38 — механизм защиты свидетелей и следователей. Видится, что такое подробное описание юридических процедур в многостороннем соглашении дает возможность не усложнять дело заключением еще и односторонних договоров.

Между тем в рамках этого соглашения или ЛАГ не создано специального органа, который бы занимался координацией антитеррористических усилий. Непосредственным выполнением пунктов соглашения занимаются министерства внутренних дел. Это и другие соглашения облегчили, в частности, процедуру выдачи подозреваемых в терроризме из одной страны в другую. Так, в июле 2005 года Сирия выдала Саудовской Аравии 12 «экстремистов» и объявила о начале процесса экстрадиции группы подозреваемых в терроризме в другие арабские страны. Пожалуй, самым известным подозреваемым, выданным одной арабской страной другой, стал лидер египетской группировки «Гамаа исламийя» Ахмад Рифа Таха, который был экстрадирован из Сирии в Египет.

Процесс обмена сведениями и подозреваемыми проходит и на международном уровне. Однако здесь существует и проблема гуманитарного характера. Так, в декабре 2001 года Швеция выдала Египту двух подозреваемых в терроризме, один из которых обвинялся в причастности к расстрелу туристов в Луксоре. Однако организация «Международная амнистия» выразила протест в связи с тем, что содержание подозреваемых под стражей осуществлялось с нарушениями. Естественно, это не главное препятствие в совместных действиях. Так, сложно представить, что какая-либо из арабских стран станет выдавать США или Израилю, например, подозреваемых, состоящих в «Хизбалле».

Подобная же проблема стоит перед всеми исламскими государствами, которые 1 июля 1999 года заключили конвенцию организации «Исламская конференция» о борьбе с терроризмом. Конвенция, которая распространяет свое действие на ряд преступлений, закрепленных в международных соглашениях по борьбе с терроризмом, делает, однако, исключения для преступлений, которые не признаются террористическими актами по национальному законодательству, а также для «народной борьбы, включая вооруженную борьбу против иностранной оккупации, агрессии, колониализма, гегемонии, направленную на освобождение и самоопределение в соответствии с международным правом» (пункт «а» статьи 2). Как и в межарабском соглашении, под действие конвенции подпадают нападения на глав государств, наследных принцев, членов правительства, дипломатов, атаки на государственные учреждения и объекты иностранных государств, а также торговля оружием, взрывчаткой и другими веществами с целью совершения терактов (пункт «с» статьи 2).

В целом, пункты конвенции ОИК повторяют положения межарабского соглашения о борьбе с терроризмом. Из нововведений нужно отметить статью 5, которая обязывает договаривающиеся страны проводить информационную кампанию для противодействия антиисламской пропаганде (пункт 4.1).

Примечательно, что за первый год существования этой конвенции (к 1 июля 2000 года) документ подписали только три страны, и ни одна его не ратифицировала. К настоящему времени эту конвенцию ратифицировали далеко не все страны-участницы.

Пробуксовка в реализации межарабских соглашений заставляет некоторые страны идти по пути вычленения определенных партнеров, с которыми сотрудничество более налажено. 4 мая 2004 года члены ССАГПЗ подписали соглашение о борьбе с терроризмом, которое стало первым подобным документом, заключенным аравийскими монархиями. Учитывая то, что в обеспечении своей безопасности эти шесть арабских стран опираются на помощь США и других иностранных государств, это соглашение также включает сотрудничество с международными организациями. Несмотря на то, что общеарабское соглашение о борьбе с терроризмом было заключено еще в 1998 году, аравийские монархии пошли по пути более тесного сотрудничества в обеспечении безопасности в зоне Персидского залива.

Члены ССАГПЗ, как и все арабские государства, в общеарабском соглашении обязались не предоставлять свою территорию для террористических организаций, а также не финансировать террористические организации. Согласно документу, усиливаются пограничные воздушные, наземные и морские патрули. Кроме того, министерства внутренних дел членов ССАГПЗ обязались составить «черный» список террористических организаций и физических лиц. Нужно отметить, что публикации этого списка, подобного тому, что составлен Советом безопасности ООН, не было (по крайней мере, для широкой общественности), однако известно, что в него занесена, например, «Аль-Каида». Особенную актуальность это соглашение принимает в свете непрекращающейся войны в Ираке и свободного (безвизового) передвижения граждан членов ССАГПЗ внутри этого союза.

Однако наиболее действенным всех же остается двустороннее сотрудничество. После терактов 11 сентября в Нью-Йорке и Вашингтоне аравийские монархии как стратегические партнеры США в Персидском заливе предприняли ряд шагов для ликвидации на своей территории террористических организаций. В ноябре 2001 года ОАЭ и США договорились о замораживании активов организаций, признанных террористическими. Министерство финансов ОАЭ заморозило активы группировки «Аль-Баракат» и «Аль-Каиды». Всего были приняты меры против 11 группировок, имеющих активы в ОАЭ, и 10 — в США. Только в 2002 году Саудовская Аравия подала в розыск по линии Интерпола 750 лиц, подозреваемых в террористической деятельности, отмывании денег и торговле наркотиками (из них только 214 являлись подданными королевства).

В целом можно отметить, что хотя законодательная база довольно проработана, правоприменительной практике мешают долгие согласования и различия в подходах. К сожалению, сфера борьбы с терроризмом — не та, где нужен определенный стимул (в данном случае негативный — какая-либо катастрофа), где можно спустить дело на тормозах и жить по формуле «сказать — не сделать». Основной выход видится в выработке однозначного гуманистического подхода и мер всем мировым сообществом, к которым бы присоединились и арабские страны.

Институт Ближнего Востока

Мнение автора не обязательно совпадает с мнением редакции.
Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.03268 sec