Иран, Россия и Турция: Анкара всегда оказывала поддержку террористам

Ида Саркисян

08 декабря 2016

С самого начала арабской весны и кризиса в Сирии и Ираке Турция оказывала значительную поддержку террористическим группам, в частности, «Исламскому государству» и «Джабхат ан-Нусре». Покупала дешевую нефть у террористов, через турецкую границу в Сирию и Ирак проникали члены террористических групп, по тому же маршруту радикалам поставлялись оружия и техника, что доказано, как западными, так и российскими разведывательными службами. Турецкие вооруженные силы непосредственно участвуют в военных операциях на территории обеих арабских государств без согласия официальных Дамаска и Багдада. В Сирии Анкара не отказывается от цели свергнуть президента Башара Асада, однако наладить конструктивный диалог с Багдадом важно для Турции. Без посреднической помощи в этом вопросе не обойтись.

 Спустя год после инцидента со сбитым российским бомбардировщиком на турецко-сирийской границе можно отметить, что помимо внутриполитических процессов, политика Турции по отношению к странам региона значительно изменилась. Первым шагом на пути к этим изменениям стало послание президента Реджепа Тайипа Эрдогана с извинениями президенту РФ Владимиру Путину и выражение готовности наказать виновных. После извинений турецкой стороны между Россией и Турции восстановились двусторонние контакты.

 После неудачной попытки переворота в Турции состоялся телефонный разговор между президентом Турции и президентом Исламской Республики Иран Хасаном Роухани, во время которого турецкий лидер заявил: «Мы дошли до того уровня, когда требуется более, чем когда-либо, тесное сотрудничество Турции, Ирана и России». Иран же стал одной из первых стран, выразивших поддержку турецкому правительству.

 К сближению с Ираном и Россией Турцию подталкивает и позиция Запада. Как известно, 24 ноября Европейский парламент проголосовал за резолюцию о приостановке переговоров по вступлению Турции в ЕС, некоторые страны грозятся принять санкции против Анкары. Немецкая оборонная компания «Heckler & Koch» заявила о намерении прекратить поставки оружия Турции в связи с внутриполитической ситуацией. Новоизбранный президент США Дональд Трамп во время своей предвыборной кампании назвал Турцию террористической страной, и будущее двухсторонних отношений после инаугурации Трампа пока неизвестно.

 

С самого начала арабской весны и кризиса в Сирии и Ираке Турция оказывала значительную поддержку террористическим группам, в частности, «Исламскому государству» и «Джабхат ан-Нусре». Покупала дешевую нефть у террористов, через турецкую границу в Сирию и Ирак проникали члены террористических групп, по тому же маршруту радикалам поставлялись оружия и техника, что доказано, как западными, так и российскими разведывательными службами. Турецкие вооруженные силы непосредственно участвуют в военных операциях на территории обеих арабских государств без согласия официальных Дамаска и Багдада. В Сирии Анкара не отказывается от цели свергнуть президента Башара Асада, однако наладить конструктивный диалог с Багдадом важно для Турции. Без посреднической помощи в этом вопросе не обойтись.

Кризис ирако-турецких отношений разгорелся после заявления Турции об увеличении военного контингента на базе Башика в Ираке. Вторая волна кризиса началась 17-го октября 2016 года, когда стало известно о начале военной операции по освобождению города Мосул от террористов «Исламского государства». Анкара заявила, что Турция будет принимать участие в операции, на что Багдад не дал свое согласие. Более того, премьер Абади назвал присутствие турецких военных на базе в Башика нарушением территориальной целостности Ирака и потребовал вывести войска из страны. Ответ Эрдогана оказался чрезвычайно грубым. Он сказал: «Премьер-министр Ирака меня оскорбил… Ты мне не ровня и не можешь мне указывать. У тебя нет тех возможностей, что есть у меня. Твои крики и вопли из Ирака не имеют для меня значения. Ты должен знать, что мы продолжим наш путь и сделаем то, что хотим». За этими словами последовал поток взаимных оскорблений от официальных лиц двух стран.

 Турция продолжала настаивать на своем участии в операции в Мосуле. К участию в операции Анкара планировала подключить и президента иракского Курдистана Масуда Барзани, в чем заключался турецкий план «Б», если коалиционные силы не смогут одержать победу. Об этом сообщил президент Эрдоган. Сам Барзани, отметил, что если Турция желает принять участие в операции, то необходимо запросить согласие Багдада. Турецкие войска вошли в Ирак и укрепились на базе Башика, однако, не добившись никаких видимых результатов, вооруженные силы Турции были дислоцированы на ирако-турецкой границе.

 Переформатирование турецкой политики проявилось и в Ираке. Вскоре МИД Турции заявило, что турецкая делегация отправилась в Багдад для согласования участия турецких ВС в операции в Мосуле и присутствия их на базе Башика. После возвращения турецкой делегации министр ИД Мевлют Чавушоглу сообщил о скором визите иракской делегации в Анкару, который по сей день не состоялся.

 Турецкое общественное мнение разделилось на две категории: первая поддержала враждебную воинственную позицию по отношению к Багдаду, вторая выступала за решение разногласий дипломатическим путем, учитывая тесные исторические связи. Выступить в качестве посредника между Ираком и Турцией выразил готовность Тегеран, в лице советника Верховного лидера по международным делам Али Акбара Велаяти. Подходит ли кандидатура Исламской Республики для этой миссии?

 Влияние Ирана в Ираке объясняется целым рядом факторов. Основу для него создает шиитское большинство Ирака. После вывода американских войск из Ирака, не без участия ИРИ, в стране установилось проиранское шиитское правительство во главе с Нури аль-Малики. При Хейдаре аль-Абади, чью кандидатуру поддержала Турция, выступающая на стороне суннитского населения, ситуация в ирано-иракских отношениях сильно не изменилась.

 

На сегодняшний день определяющим фактором роли Ирана внутри Ирака является помощь, оказываемая иракской армии в борьбе против террористов ИГИЛ. ИРИ не только поставляет оружие и военную технику, но и занимаются организацией военных операций и принимают в них активное участие. Именно при помощи ИРИ было сформировано шиитское ополчение Хашд аш-Шааби. В частности большую роль сыграл командующий подразделением аль-Кудс Корпуса стражей исламской революции Касем Сулеймани. В то время, как иракская армия была занята Борьбой с ИГИЛ в разных провинциях страны, Багдад от ИГИЛ защищали военизированные подразделения МВД, так же сформированные при помощи ИРИ. Как заявлял сам Нури аль-Малики, если бы не Иран, Багдад давно бы пал. Ирак заинтересован в посредничестве ИРИ, т.к. верит, что Иран сможет заставить Турцию отступить к своим границам и помочь контролировать ситуацию.

 Отношения ИРИ с Турцией основаны на взаимовыгодном партнерстве. На протяжении всей истории страны конкурировали за звание региональной сверхдержавы, турецкое правительство оказывает неофициальную поддержку антииранским пантюркастским движениям, как внутри страны, так и в самом Иране. Их подходы к конфликтам в Сирии и Ираке расходятся. Но у них есть также общие интересы, как, например, вопрос о создании курдского государства, с чем не могу согласиться ни Тегеран, ни Анкара. Проблема курдов одна из самых главных для Турции. Возможно, приезд главы службы нацбезопасности вместе с министром ИД в Тегеран 26 ноября с.г. связан с обсуждением курдского вопроса.

 Торгово-экономические отношения связывают два государства. Энергетический вопрос очень важен для Анкары, и Иран является одним из основных источников энергии.

 Сирийский кризис внес изменения в отношениях Тегерана и Анкары, ведь с самого начала войны в Сирии ИРИ оказывала поддержку сирийскому правительству и президенту Асаду, и критиковала Анкару за ее действия в Сирийской республике.

 Учитывая роль и влияние ИРИ, как в Ираке, так и в Сирии, Анкара с удовлетворением приняла предложение Тегерана. Уже через два дня после заявления Велаяти глава МИД Турции сказал, что если Иран сыграет положительную посредническую роль между Ираком и Турцией, турки будут благодарны Ирану за его подход к этой проблеме.

 Специальный помощник спикера Меджлиса Ирана Хоссейн Амир Абдоллахиан в одном из своих выступлений также подчеркнул изменение позиции Турции по отношению к региону и отметил, что Иран поддерживает Анкару в этом вопросе. Кроме того, в Турции уверены, что Тегеран сможет защитить их общие интересы, в частности, предотвратить объединение курдов Сирии, Ирака и Турции.

 Учитывая действия Турции на протяжении последних пяти лет в регионе, полноценного доверия в Иране к этой стране нет. Желание Тегерана выступить посредником обусловлено не только стремлением восстановить стабильность и предотвратить новый конфликт в регионе, но и взять под свой непосредственный контроль эту острую ситуацию. В Иране считают необходимым сохранять контакты и вести консультации, даже если страны не являются союзниками и находятся на противоположных фронтах. Тегеран также ответственен за своих военнослужащих, находящихся в Ираке и принимающих участие в освобождении Мосула.

 Миссия посредника не просто укрепит роль Ирана в регионе, но и создаст для страны образ не только борца, но и миротворца, что необходимо ИРИ, учитывая угрозу срыва ядерного соглашения с избранием Дональда Трампа президентом США и его обвинениями ИРИ в поддержке терроризма.

 Сближение позиций Турции с Ираном и Россией вызывает беспокойство среди врагов Ирана – Израиля и КСА. Опасения связаны с возможным включением Турции в российско-шиитскую коалицию Россия-Иран-Ирак-Сирия-Хезболла. Как известно, Россия и Турция уже начали обмениваться разведданными. В период налаживания отношений с Израилем, Анкара имела контакты и с разведслужбами США. Факт владения Турции информацией вызывает наибольшую озабоченность. Сорвался также план по созданию суннитской коалиции против ИРИ, в которой Турция была одной из центральных стран.

 http://politcom.ru

Iran.ru

Обнаружили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter



Постоянный адрес новости:

Поиск

Подписка


Главный редактор Иран.ру
Пишите в
редакцию ИА «Иран.ру»

info@iran.ru

Page load: 0.04134 sec